Подземелья, вечеринки и люди, которых выбирают

      Второй семестр пятого курса начался так, будто первый никогда и не заканчивался. Хогвартс жил своей обычной жизнью: лестницы продолжали менять направление в самый неподходящий момент, первокурсники всё ещё терялись в коридорах, а преподаватели с удивительным постоянством задавали столько домашней работы, будто у учеников в сутках существовало по меньшей мере часов тридцать.       Т/и относилась ко всему этому с привычным спокойствием, по крайней мере, внешне. Она сидела в гостиной Слизерина, устроившись в глубоком кресле возле камина, и лениво листала учебник по трансфигурации, больше делая вид, что читает, чем действительно пытаясь что-то запомнить.       Рядом шумела её компания. Точнее — как обычно устраивала хаос.       — Если профессор Снейп ещё хоть раз посмотрит на меня так, будто я лично оскорбил его род, я официально начну переживать за свою безопасность, — трагично заявил Драко, закидывая голову на спинку дивана.       — Ты существуешь как личное оскорбление, — спокойно заметил Теодор, не отрываясь от книги.       Блейз тихо рассмеялся, а Пенси, сидящая у него под боком, лишь закатила глаза.       — Нотт, иногда мне кажется, что у тебя вместо крови сарказм.       — Это семейное, — невозмутимо ответил Тео.       Т/и тихо усмехнулась, перелистывая страницу. Она знала этих людей слишком долго, чтобы раздражаться на привычные перепалки.       Драко Малфой— громкий, драматичный и иногда невыносимый, но удивительно преданный тем, кого считал своими.       Пенси Паркинсон— острая на язык, но внимательная к мелочам, которые остальные даже не замечали.       Блейз Забини— спокойный, обаятельный и, к удивлению многих, по-настоящему заботливый рядом со своей девушкой.       Теодор Нотт — он просто отдельная история. Иногда казалось, что он существует сразу в двух мирах: физически рядом, мыслями — где-то очень далеко.       И всё же именно рядом с ними т/и чувствовала себя… дома. Настолько, насколько вообще умела. Она редко думала об этом вслух, да и вообще редко говорила о том, что чувствует. Даже себе. Проще было шутить, смеяться, держать дистанцию, оставаться лёгкой и весёлой, не подпуская никого слишком близко. Это работало. Почти всегда.       — Ты опять ушла в свои мысли, — заметил Драко, бросая в неё конфету.       Т/и поймала её почти автоматически.       — Завидуешь?       — Я переживаю. Вдруг ты там строишь план убийства.       — Если бы строила, ты был бы первым в списке.       — Вот видишь? Никакой благодарности за дружбу.       Пенси фыркнула.       — Ты буквально заслужил это своим существованием.       — Меня никто не ценит, — нарочито обиженно заявил Драко с присущим ему драматизмом.       — Это тоже заслуженно, — спокойно вставил Тео.       Блейз уже откровенно смеялся.       Т/и улыбнулась, качнув головой. Именно такие вечера она любила больше всего, когда не нужно думать, а можно просто быть. Громкая музыка из магического проигрывателя, чужой смех, сладковатый запах огня в камине и ощущение, что хотя бы здесь ничего не нужно объяснять.       Позже они всё-таки выбрались из подземелий. Как обычно — спонтанно, потому что Драко решил, что «приличные люди не могут проводить вечер, как библиотечные привидения».       — Мы буквально учимся в школе магии, — заметила т/и. — У нас есть настоящие привидения.       — Не рушь драму.       Вечер закончился небольшой слизеринской вечеринкой в одной из пустующих комнат замка. Ничего необычного. Музыка, приглушённый свет, ученики старших курсов, тихие разговоры, смех, кто-то уже тайком притащил сливочное пиво.       Т/и, как всегда, не пила. Даже не потому, что запрещали, просто не любила терять контроль над собой. Да и смысла не видела. Ей и без того хватало поводов смеяться. Драко уже что-то активно рассказывал группе семикурсников, Блейз почти не отходил от Пенси, Тео стоял чуть в стороне с видом человека, которого каким-то чудом занесло в место слишком громкое для его внутреннего мира.       Т/и устроилась рядом с окном, наблюдая за снегом снаружи. Иногда ей нравилось просто смотреть, не участвовать. Быть чуть в стороне. Словно мир становится понятнее, если наблюдать за ним издалека.       — Ты опять выглядишь так, будто сбежишь через окно, — заметил Блейз, ненадолго остановившись рядом.       — Я живу в подземельях. У меня иммунитет к драматичным побегам.       — Врёшь. Ты любишь драму.       — Только если она не моя.       Он усмехнулся и ушёл обратно к Пенси.       Т/и снова перевела взгляд к окну.       Где-то в другом конце зала мелькнули знакомые лица с других факультетов. Старшекурсники. Игроки в квиддич, кто-то из Пуффендуя. Среди них мельком промелькнул и Седрик Диггори — высокий, спокойный, слишком собранный даже среди шума. Он что-то говорил друзьям и негромко смеялся.       Т/и скользнула взглядом мимо почти без интереса. Они были знакомы, но не близко. Так… на уровне обычного школьного общения. Иногда пересекались на занятиях, пару раз разговаривали в библиотеке или за столом в Большом зале. Седрик казался приятным, слишком хорошим, чтобы вызывать сильные эмоции. Из тех людей, рядом с которыми обычно спокойно, но не более. По крайней мере, тогда ей так казалось.       Она отвела взгляд почти сразу. И уже через минуту снова спорила с Драко о том, почему слизеринская форма выглядела бы лучше, если бы преподаватели разрешали хотя бы немного менять фасон.       Она ещё не знала, что совсем скоро один случайный момент изменит слишком многое.       И начнётся всё до смешного банально.