Часть 10

Музыка в студии не просто играла — она буквально заполняла собой всё пространство, выбивая мощный, плотный ритм. Из огромных профессиональных колонок на полную громкость долбило что-то из старого, олдового творчества Бьянки. Басы были настолько сочными и сильными, что их вибрация физически отдавалась где-то внутри, заставляя грудную клетку приятно подрагивать в такт. Свободного места здесь было предостаточно. Огромная современная фотостудия состояла из нескольких концептуальных залов, и сегодня абсолютно все они на несколько часов полностью принадлежали им. Никаких посторонних глаз, только своя, проверенная временем команда. Влада обожала работать с Верой. Они были знакомы уже лет шесть, и за это время Вера стала не просто её личным фотографом, а настоящим ментором в мире визуала. Вера была абсолютным мастером своего дела, понимавшим Владу с полувзгляда. За годы совместной работы у них даже сложилась своя незыблемая традиция — устраивать съёмки исключительно под громкие, качающие олдскульные треки. Это заряжало студию правильной энергией, помогало расслабиться и поймать нужный вайб. Прямо сейчас Влада уже вовсю работала в кадре, сменяя вторую локацию. Это был её второй образ — дерзкий, горячий и невероятно смелый. На ней было обтягивающее чёрное боди с тугим, подчёркивающим талию корсетом и высокой ластовицей, которая визуально делала её и без того длинные ноги просто бесконечными. Образ дополняли черные колготки в крупную сетку. С причёской и макияжем Влада решила поэкспериментировать. Свой яркий, выразительный мейк с акцентом на глаза она сделала сама себе — за годы выступлений в латине этот навык был отточен до идеала. А длинные волосы стилисты распустили и плотно накрутили на мелкую плойку. Это были не привычные мягкие локоны, а упругие, мелкие кудряшки, из-за которых объём волос визуально увеличился раз в сто, создавая на голове роскошную, дикую копну. Влада двигалась перед объективом легко и раскованно. Вера непрерывно щелкала затвором камеры, ловя каждый удачный ракурс, а её помощница крутилась рядом, снимая сочные вертикальные видео для бэкстейджа. Влада была профессионалом: она умело балансировала, работая то строго на фотоаппарат, выдавая нужную эмоцию, то переключая внимание на телефон ассистентки. Сдерживать себя, когда вокруг на всю студию басили песни её подростковых лет, было решительно невозможно. Влада ловила колоссальный кайф от процесса. Забыв обо всех страхах и комплексах последних месяцев, она прямо в кадре подпевала любимым строчкам, пританцовывала и двигалась так магнетически, что вся команда в студии заворожённо наблюдала за ней. Влада прекрасно понимала: контент для соцсетей сегодня получится просто разрывной. Израненная уверенность в себе возвращалась с каждым новым щелчком вспышки. Образы менялись один за другим, и каждый следующий оказывался ещё более дерзким и концептуальным, чем предыдущий. На смену строгому корсетному боди пришла огромная, тяжёлая оверсайз-косуха из потёртой чёрной кожи. Под курткой у Влады не было абсолютно ничего — никакого лифчика, только голая кожа, укутанная в грубый материал. Весь этот сногсшибательный лук состоял всего из трёх деталей: массивных армейских ботинок на тракторной подошве, лаконичных чёрных стрингов и самой косухи, которую Влада то намеренно спускала с одного плеча, то запахивала на груди, играя на контрасте жёсткого и женственного. С причёской тоже решили поиграть, чтобы поддержать этот бунтарский стиль. Пышную копну мелких кудрей аккуратно собрали наверх. Стилист ловко повязал вокруг головы свернутую в обруч бандану-косынку, а оставшиеся волосы завязал в небрежный, высокий узел на макушке, из которого дерзко выбивалось несколько текстурных прядей. Получилось невероятно сексуально, по-хорошему нагло и с чётким привкусом олдскульного рок-н-ролла. — Боже, Владка, это просто разрыв! — кричала Вера сквозь грохот очередного трека, не переставая нажимать на кнопку шедевра. — Повернись боком, подбородок чуть выше... Да! Взгляд в камеру, поправь куртку! Влада чувствовала себя в этой локации максимально расслабленно. Она двигалась под басы, дерзко улыбалась в объектив и ловила кайф от того, насколько живой и притягательной она снова себя видит. Та утончённая, тихая девочка из ночной машины на пару часов уступила место уверенной в себе, роскошной женщине, которая знает, что от неё невозможно оторвать глаз. Помощница Веры только успевала переводить фокус телефона, понимая, что эти рилсы соберут миллионы просмотров. В самый разгар съёмки, когда Влада, закусив губу, дерзко позировала у фактурной бетонной стены, плейлист на телефоне Веры переключился. Из огромных колонок студии внезапно раздались знакомые с первых секунд аккорды , а следом по залу разнёсся до боли знакомый голос Егора. Заиграли «Зажигалки». От неожиданности Влада на долю секунды буквально дернулась и замерла в кадре, едва не сбившись с ритма. Глаза округлились, а к щекам тут же прилил лёгкий румянец.  —Влад,ты чего зажалась? Влада пару секунд переваривала услышанное, а потом внутри неё поднялась волна искреннего, весёлого смеха. «Блин, ну это же надо было такому случиться! Из тысяч треков в случайном шаффле включился именно он. Ну чистый знак!» — пронеслось у неё в голове. Вчерашний ночной разговор, его слова в машине, плотный взгляд — всё это моментально вспыхнуло в памяти с новой силой. Смущение улетучилось, уступив место какому-то абсолютному, дикому азарту. Под этот трек Влада раскрылась ещё сильнее. Она двигалась невероятно пластично, то накидывая капюшон огромной косухи, то дерзко глядя прямо в объектив, будто смотрела через него лично на автора этой песни. Текст она знала наизусть, поэтому уверенно подпевала, ловя каждую долю баса. Это было настолько органично, сексуально и мощно, что помощница Веры, снимавшая бэкстейдж, едва успевала водить телефоном из стороны в сторону. Когда песня доиграла, Влада перевела дыхание, поправила выбившуюся кудряшку и, хитро улыбнувшись, подошла к ассистентке: — Танюш, слушай, — тихо, но твёрдо попросила она, кивая на телефон. — Ты снимала, когда этот трек играл? Отлично. Смонтируй мне, пожалуйста, из этих кусочков отдельный, прям самый сочный видос. Именно под «Зажигалки». И, кстати, скинь мне вообще все видео-исходники в Телеграм, как только закончим. Прямо очень надо. Влада уже мысленно предвкушала, как выполнит своё вчерашнее обещание. Ведь отправлять статичные фотки — это одно, а закинуть ему в чат бэкстейдж, где она в одной косухе и стрингах зажигает под его собственный трек — это уже совершенно другой уровень. Вечер того же дня. Влада сидела в своём привычном стримерском кресле перед включённой камерой, а чат на экране уже летел с бешеной скоростью, заполняясь приветствиями и вопросами от преданных зрителей. Для трансляции она решила частично сохранить свой дневной образ, который ей безумно нравился. Яркий, дерзкий макияж со съёмки остался нетронутым, идеально подчёркивая её глаза в свете кольцевой лампы. Огромную копну мелких кудрей, которая днём сводила всех с ума в студии, Влада аккуратно собрала наверх в объёмный, высокий пучок и завязала той самой чёрной банданой-косынкой. Чтобы сбалансировать этот горячий, олдскульный верх, она накинула уютную оверсайз-футболку, которая мягко скрывала фигуру. Влада подпёрла подбородок рукой, с тёплой улыбкой вчитываясь в сообщения фанатов, и весело заговорила в микрофон: — Ребята, всем привет! Да, вижу ваши комплименты, спасибо огромное! На самом деле, я сегодня не просто так при параде. Мой день прошёл просто невероятно, я наконец-то выбралась из своей скорлупы! — она заговорщически подмигнула в камеру. — В общем, хвастаюсь: я сегодня была на большой фотосессии. Наконец-то! Вы даже не представляете, как долго я этого ждала и как сильно соскучилась по такому вайбу. Чат тут же взорвался вопросами: «Что за съёмка?», «Какой концепт?», «Когда фотки?!». — Оооо, ребят, концепт — просто пушка, — довольно протянула Влада, поправляя край банданы. — Там такая эстетика... дерзко, сексуально, немного олдскульно. Мы арендовали огромную студию, врубили старую Бьянку,Артик и Асти на полную громкость, басы долбили так, что стены дрожали! Короче, фотки и бэкстейджи ждут всех просто разрывные. Я до сих пор на этой энергии сижу, меня прямо штырит. Так что готовьте свои лайки, скоро всё начну выкладывать в соцсети! Она искренне смеялась, делясь с аудиторией своими эмоциями, а внутри неё приятным фоном грела мысль, что самые сочные исходники под «Зажигалки» уже сохранены у неё в телефоне. И один конкретный человек, как она и обещала, увидит их первым. Влада увлечённо болтала, то и дело жестикулируя и прерываясь на звонкий смех. Она шутила с чатом, зачитывала донаты, делилась какими-то забавными историями из жизни и буквально лучилась позитивом. Энергия из неё била ключом — фотосессия действительно зарядила её на все 100500%. Ей хотелось говорить без умолку, открываться, дурачиться и просто транслировать это абсолютное, подзабытое состояние счастья. Для себя Влада уже всё объяснила. Она была твёрдо уверена: это просто закономерный эффект от крутой съёмки. От того, что она наконец-то вышла из затяжного ментального кризиса, скинула с себя этот невидимый кокон из страхов и боли и снова почувствовала себя той самой молодой, яркой, чертовски сексуальной девчонкой, которая способна приковывать к себе взгляды. Паркет у неё забрали, но её женскую силу — нет. И это осознание окрыляло. Она крутилась в кресле, поправляя оверсайз-футболку, и продолжала весело отвечать зрителям. Но если копнуть чуть глубже? Если быть до конца честной с самой собой, хотя бы на долю секунды, пока чат быстро пролистывает очередные смайлики? Возможно, дело было не только в красивых кадрах и дерзких боди. Возможно, настоящая причина этого внутреннего пожара крылась ещё в одном человеке. В мужчине, который прошлой ночью сидел рядом в полумраке автомобиля, бережно держал её за подбородок и с абсолютной, обезоруживающей искренностью говорил, что она красива без всяких фильтров и масок. В человеке, чья песня сегодня так вовремя ворвалась в динамики фотостудии, заставив её сердце биться в два раза быстрее. Влада гнала от себя эти мысли, списывая всё на творческий подъём, но где-то на подкормке сознания чётко понимала: Егор запустил в ней механизм, который она уже не затормозит. И этот стрим, и её сияющие глаза, и грядущие фотки — всё это теперь неуловимо, но прочно было связано с ним. Днём они немного списывались с Егором. Он сразу, честно и ясно дал ей понять, что сегодня будет чертовски загружен: куча встреч, созвонов, поэтому он станет надолго пропадать из сети и вряд ли сможет оперативно отвечать. И Влада всё прекрасно понимала. Никаких глупых девичьих обид в духе «почему он мне не пишет» у неё не было и в помине. Она ведь взрослая девочка и отлично осознавала масштаб его личности. Прямо сейчас у него шла колоссальная, изнуряющая подготовка к грандиозным сольным концертам в Лужниках. Это площадка на огромные десятки тысяч человек, где каждый шаг, каждый звук и каждый световой луч требуют тотального контроля и миллионов согласований. Там сейчас крутился такой объём работы, от которого у обычного человека голова пошла бы кругом. Вместо обиды внутри Влады зрело совсем другое чувство — искреннее, глубокое восхищение. Сидя перед камерой на стриме и продолжая весело общаться с чатом, она ловила себя на мысли, насколько сильно её зажигает его отношение к делу. Она сама, будучи мастером спорта, прекрасно знала, что такое отдавать себя своей страсти без остатка, до кровавых мозолей и изнеможения. И то, как Егор горел своими проектами, как он любил то, чем занимается, как до мелочей выверял каждую деталь своего шоу — вызывало у неё колоссальное уважение. Это был мужчина с большой целью и бешеной энергетикой. И осознание того, что этот трудоголик, ворочающий стадионами, вчера ночью сидел с ней в машине и слушал её излияния, делало его образ в её глазах ещё более магнетическим. — Ой, чатик, извиняюсь! Я что-то немного зависла, задумалась о своём, — Влада забавно мотнула головой, возвращаясь к реальности, и весело посмотрела в камеру. — В общем, короче, я уже прямо жду не могу, когда моя Вера скинет мне фотки. Вы просто не представляете, сколько там красоты получилось, у меня самой до сих пор глаза горят. В этот момент на экране загорелось оповещение о новом донате. Робот озвучил сообщение от зрителя: «Влада, в смысле ждёшь фотки? Тебе что, сегодня же, прямо после съёмки, уже отретушированные фотографии отправят?» Влада довольно заулыбалась, откинувшись на спинку кресла, и закивала: — Ну да, ребят! Именно так. Вера — это просто фотограф от бога, я вам серьёзно говорю. Мы сегодня утром были в студии, и этот день она выделила чётко под меня. Мы сразу так договорились, чтобы уже к ночи весь готовый результат нашей работы был у меня на руках. Она сделала небольшую паузу, понимая, как это звучит со стороны. — Да, работа Веры стоит колоссальных, просто безумных денег, но это оправдано на все сто процентов. Вот скажите, это же нереально круто — в день съёмки сразу получить на руки и готовые, вылизанные фотки, и весь смонтированный видеоматериал? Не ждать месяцами, пока у фотографа дойдут руки, а получить всё, пока ты ещё сама горишь этими эмоциями. Я считаю, что это овер-круто и стоит каждого рубля. Чат тут же зашумел, обсуждая такой уровень сервиса, а Влада незаметно потянулась к телефону, лежащему на столе. До релиза оставались считанные часы, и Вера как раз должна была вот-вот прислать ту самую заветную ссылку. Чат моментально подхватил тему, и среди сотен летящих сообщений ярким цветом выделился вопрос: «Влада, а ты будешь петь сегодня на стриме? Очень хочется послушать!» Влада прочитала это, хитро прищурилась и с улыбкой подалась вперёд, ближе к микрофону. — Буду ли я петь сегодня?.. А нужно? — она забавно вскинула брови, глядя прямо в камеру. — Слушайте, я на самом деле даже не знаю, что можно спеть. У меня сегодня такое странное, улетное настроение после съёмки... Если накидаете сейчас хороших вариков в чат, то, может быть, что-нибудь из этого и споём. Давайте, жду ваши предложения! Экран тут же превратился в сплошной, безумный поток названий треков. Зрители начали наперебой предлагать всё подряд: от душевных лирических каверов до старого доброго поп-рока и попсы нулевых, под которую она зажигала днём. Влада лениво крутила колёсико мышки, вчитываясь в варианты, а в голове промелькнула шальная мысль. Она ведь знала, какая песня крутится у неё на повторе весь сегодняшний день. Но решится ли она спеть её в прямом эфире, зная, что этот стрим или нарезки из него точно долетят до одного конкретного человека? Была не была. Гулять так гулять. — Так, ладно, — Влада заговорщически улыбнулась и подалась ближе к микрофону, убирая руку от мышки. — На самом деле, ребят, у меня есть одна идея. Я сегодня на фотосессии... совершенно случайно в плейлисте услышала песню, которую не слышала, наверное, уже несколько лет. И она мне так в голову засела, просто кошмар. Это песня Егора Крида «Зажигалки». Споем? Чат на секунду будто замер, а потом полетел с такой бешеной скоростью, что буквы слились в одну сплошную пеструю ленту. Зрители спамили знаками восклицания, капсом и смайликами огня. Такой выбор трека определенно попал в самое сердце аудитории. — Вижу, что вы «за», — рассмеялась Влада, быстро открывая новую вкладку в браузере. Пока чат продолжал сходить с ума, она оперативно вбила название в поиск. Буквально за полминуты Влада нашла в интернете хороший, качественный, плотный минус с сочными битами, чтобы он хорошо звучал через стримерскую звуковую карту, и вывела на соседний монитор текст песни. Она поправила микрофон, потянула рукава оверсайз-футболки и сделала глубокий вдох, наводя курсор на кнопку «Play». Сердце забилось чуть быстрее — в эту минуту она пела не просто для «чатика». Влада кликнула по экрану, и из динамиков полились первые, знакомые переборы. Через секунду в силу вступил плотный, качающий бит. Влада закрыла глаза, улавливая ритм, мягко задвигалась в кресле в такт музыке и поднесла микрофон ближе к губам. Когда она запела первый куплет, чат, до этого бежавший со скоростью света, на мгновение затих. Влада не пыталась копировать манеру Егора, его фирменную дерзкую читку или расщепление голоса. Она пела по-своему — её голос звучал мягко, немного с хрипотцой, безумно уютно, но при этом с какой-то скрытой, внутренней силой. Каждое слово она пропускала через себя, и олдскульный поп-трек в её исполнении вдруг приобрёл совершенно иную, глубокую и интимную окраску. —Губы немеют, я даже не знал, что она так умеет. Руки потеют на ее теле. Мне наплевать, я стерплю сто истерик. Увидел ее - сообщай о потере. Беру два бокала, мешаю коктейли. Беру этих двух и мешаю их с третьей. На припеве Влада полностью расслабилась. Весь тот драйв, который она поймала днём на фотосессии, и все те эмоции, что подарил ей ночной разговор с Егором, выплеснулись наружу. Она открыла глаза, уверенно и магнетически глядя прямо в объектив камеры, будто смотрела сквозь неё на одного-единственного зрителя. Она пела, улыбаясь, подтанцовывая плечами в своей огромной футболке, а её высокая причёска с банданой забавно покачивалась в такт. Это было чертовски красиво и стильно. Влада настолько кайфовала от процесса, что напрочь забыла про стеснение. Она играла с интонациями, где-то уходила в красивое субтоновое звучание, а где-то чётко попадала в бит. В этот момент чат просто взорвался. Экран полностью заполнился смайликами горящих сердец, огня и бесконечными комплиментами: «Боже, это лучший кавер!», «До мурашек!», «Егор обязан это увидеть!», «Владка, ты богиня!». Модераторы едва успевали закреплять восторженные донаты. Влада допела последние строчки на затихающем минусе, сделала лёгкий выдох и, смущённо улыбнувшись от собственной смелости, поправила микрофон. Она ещё не знала, что этот кусочек стрима фанаты нарежут и выложат в сеть уже через пятнадцать минут. После того как песня отгремела, Влада посидела в эфире ещё немного и, тепло попрощавшись с притихшим от восторга чатом, завершила трансляцию. С тех пор прошло около получаса. Сейчас она стояла в тёплой, окутанной лёгким паром ванной комнате прямо перед большим зеркалом. Только что из душа, облачённая в мягкий, уютный домашний халат. Свою роскошную копну мелких кудряшек она мыть не стала — зачем, если только утром стилисты в студии привели голову в порядок. Влада просто аккуратно собрала пышные волосы на макушке, закрутив их в высокую, забавную «дулю», чтобы они не мешали и не лезли в лицо. Ванную наполнял тонкий аромат ванили и дорогой косметики. Влада не торопясь занималась своим привычным, успокаивающим каждовечерним ритуалом ухода за кожей. Это было её личное время медитации после эмоционально насыщенного дня. Набрав в пипетку немного питательной сыворотки, она аккуратно нанесла несколько капель на лоб и щёки. Затем лёгкими, точными массажными движениями подушечек пальцев начала бережно втирать средство в кожу, двигаясь строго по массажным линиям — от центра лица к вискам, как её когда-то учили. Вслед за сывороткой в ход пошёл увлажняющий крем. Влада мягко похлопывала пальцами по лицу, разгоняя лимфу и чувствуя, как уходит дневное напряжение, а кожа под её руками становится свежей и увлажнённой. Она посмотрела на своё отражение в зеркале. Яркий, вызывающий мейк со съёмки был полностью смыт, и сейчас на неё смотрела обычная, настоящая Владка — домашняя, милая, с чистым лицом и слегка порозовевшими от горячей воды щеками. Именно такая, какой её вчера ночью видел Егор. Мысли о нём тут же отозвались лёгким трепетом где-то в груди. Влада потянулась к полотенцу, чтобы промокнуть руки, и её взгляд упал на лежащий на краю раковины телефон. Экран внезапно зажёгся, оповещая о новом уведомлении. Экран телефона, лежащего на краю мраморной раковины, моргнул один раз, а следом тут же раздался ещё один короткий, приглушённый сигнал. Два уведомления подряд. Влада быстро промокнула руки полотенцем и взяла мобильный. Сердце почему-то забилось чуть чаще, предвкушая то, что она сейчас увидит. Первое всплывающее окошко было от Веры в Телеграме. Как и обещала, чётко к ночи, фотограф прислала заветную ссылку на закрытый диск. —Владка, лови! Это просто пожар, я сама пересматриваю и кайфую. Там и фотки, и готовые бэкстейджи, как ты просила 😉 Ссылку не удаляю, качай! Влада не успела даже кликнуть по ссылке, потому что её взгляд намертво приковало второе уведомление, высветившееся следом. На экране горело имя Егора. На часах было уже почти полночь — без нескольких минут двенадцать. Он написал: —Привет. Я вот только-только освободился, только доехал. Ну и денёк, конечно... Выжал меня до капли. Как ты?Как фотосессия?Как прошёл стрим? Она прислонилась бедром к раковине, заблокировала экран и на секунду прикрыла глаза, улыбаясь своим мыслям. У неё на руках сейчас было идеальное комбо: её собственное горячее видео со съёмки, которое Вера так вовремя смонтировала под его «Зажигалки», и сам Егор, уставший, голодный до нормального общения после тяжёлого дня и ждущий её ответа. Влада разблокировала телефон и зашла сначала в чат к Вере, чтобы сохранить заветный видеоролик в галерею. Ей не терпелось отправить этот «сюрприз» адресату. Влада сохранила видео в галерею, но нажимать кнопку «отправить» в чат к Егору не спешила. Она положила телефон обратно на мраморный бортик раковины, оперлась обеими руками о края и подняла глаза на своё отражение. Из зеркала на неё смотрела девушка с чистым лицом, забавным пучком на макушке и… абсолютно растерянным, глубоким взглядом. Пора было перестать врать самой себе. Хватит. Вчера вечером она ещё пыталась играть в осознанность. Она ведь прекрасно понимала, что за шторм начинает закручиваться вокруг неё, и умышленно, с холодной головой делала шаги назад. Включала тормоза. На девичнике она с пеной у рта доказывала подругам, что контролирует ситуацию, что это просто дружеский вайб, менторство, поддержка в тяжёлый период — да что угодно, только не «банальная влюблённость». Она убеждала их, а в первую очередь себя, что её израненное прошлыми отношениями сердце закрыто наглухо, а ключи выброшены. И вот вся эта выстроенная, железобетонная защита сейчас с треском летела ко дну. Настоящий ментальный титаник, который раскололся от одного только взгляда и пары честных разговоров. Пообщавшись с Егором без масок, без этой глянцевой мишуры шоу-бизнеса, Влада осознала одну пугающую, но неоспоримую вещь: её тянет к нему. И это не было лёгким фанатским увлечением или мимолётной симпатией. Это была тяжёлая, глубинная, почти физическая тяга. Её тянуло к нему как к человеку — к его бешеной, сметающей всё на своём пути энергетике, к его фанатичной любви к своему делу, к тому, как масштабно он мыслит и как легко, по-взрослому берёт ответственность. И, чёрт возьми, её до дрожи в коленях тянуло к нему как к мужчине. К его сильным рукам, к его уверенному голосу, к тому, как он держал её за подбородок в машине, заставляя забыть, как дышать. Это было жёсткое, отрезвляющее осознание. Влада понимала, во что ввязывается. Егор Крид — это не парень с соседнего двора. Это человек-ураган, за которым тянется шлейф из тысяч разбитых сердец, вечного хаоса, папарацци и безумного графика. Связываться с ним — это всё равно что добровольно шагнуть в открытый космос без скафандра. Тебя либо обожжёт его солнцем, либо разорвёт давлением. Безопасно рядом с таким мужчиной не будет никогда. Но самое страшное было в том, что ей уже было плевать на безопасность. Её внутренний компас окончательно сломался и показывал только в его сторону. Защитные барьеры рухнули. Влада сделала глубокий вдох, глядя на то, как горят её собственные глаза в отражении. Хватит бегать от очевидного. Она пропала. И отрицать это дальше было просто глупо. Она медленно взяла телефон, открыла чат с Егором, где висело его уставшее «Как ты? Как прошёл стрим?», и прикрепила к ответу только что скачанный бэкстейдж под его «Зажигалки» — туда, где она в одной косухе на голое тело, дерзкая и невероятно сексуальная, танцует под его голос. Пальцы замерли над клавиатурой. Нужно было написать что-то, что станет её окончательным ответом на его вопрос. Настоящим вызовом. Влада быстро набрала текст, чувствуя, как от собственной смелости к щекам приливает приятный жар. Пальцы уверенно порхали по клавиатуре: —Привет) Я вот тоже наконец-то добралась до постели. Фотосессия была просто огонь, я до сих пор на эмоциях! Фотограф у меня нереальная, уже скинула весь готовый материал. И я помню про своё обещание, что ты должен увидеть всё первым) Стримчик тоже прошёл хорошо, душевно посидели. Она перечитала сообщение, прикусив губу. Никакого кокетства, всё честно, но с явным, интригующим намёком. Влада нажала кнопку «Отправить». Строчки улетели в чат. Она выдержала паузу буквально в несколько секунд, давая ему возможность прочитать текст, а затем прикрепила следующий файл. Тот самый видеоролик. Экран на мгновение показал кружок загрузки, и сочный, смонтированный Верой бэкстейдж отправился следом. На превью видео Влада стояла спиной к камере в массивных ботинках и стрингах, слегка повернув голову назад, а тяжёлая оверсайз-косуха соблазнительно сползала с её обнажённого плеча. И всё это — под качающие, дерзкие аккорды его «Зажигалок». Влада откинула телефон на кровать, перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку, тихо охнув от смеси дикого восторга и лёгкой паники. Шаг был сделан. Рубикон пройден. Теперь оставалось только ждать, что ответит уставший, выжатый стадионными репетициями мужчина, когда откроет этот чат в полночь. Пролежав лицом в подушке пару минут и попытавшись унять бешено колотящееся сердце, Влада всё-таки не выдержала. Любопытство и адреналин взяли верх. Она снова потянулась к телефону, который так и лежал на покрывале. Ответа от Егора пока не было — статус горел лаконичным «был в сети недавно», значит, ещё не открывал. Влада шумно выдохнула, решив переключить внимание, и зашла в чат к Вере. Палец кликнул по заветной ссылке на закрытый диск. Экран на секунду задумался, а затем выдал ровные ряды аккуратных превью. Влада ткнула на первую попавшуюся фотографию, развернула её на весь экран… и у неё буквально перехватило дыхание. Чего греха таить, при виде самой себя на этих кадрах Влада почувствовала, как по телу прошла странная, горячая волна. Лёгкое, будоражащее возбуждение пробежало где-то глубоко под кожей, отозвавшись томительным трепетом внизу живота. Из галереи на неё смотрела не просто красивая девушка — оттуда транслировалась чистая, концентрированная, хищная сексуальность. На обработанных кадрах в косухе на голое тело игра теней идеально подчёркивала изгибы её фигуры, рельеф пресса и длину ног в массивных ботинках. Взгляд — уверенный, манящий, с поволокой. Влада листала снимок за снимком и не верила, что эта роскошная, желанная женщина — она сама. Вся та неуверенность, все комплексы, которые преследовали её последнее время, рассыпались в прах перед этой эстетикой. Она залипала на фотки очень долго, приближая детали, рассматривая текстуру кожи, свет и свои сумасшедшие кудри под банданой. На некоторых кадрах, где куртка была приоткрыта чуть сильнее, сердце начинало стучать совсем по-другому. Вдоволь налюбовавшись, Влада решила не выбирать что-то конкретное прямо сейчас. Она нажала заветную кнопку «выделить всё» и скачала весь материал одним гамузом, в один клик. В её галерею плотным потоком полетели и обработанные, вылизанные до идеала шедевры Веры, и живые, безумно крутые исходники, в которых была своя, особая магия момента. Теперь её телефон превратился в настоящее секретное оружие. Влада заблокировала экран, прижала мобильный к груди и уставилась в потолок тёмной комнаты, согреваясь этим новым, давно забытым чувством собственной неотразимости. Отрезанный путь назад манил её всё сильнее. Отложив телефон на прикроватную тумбочку, Влада заставила себя подняться. Приятное, томительное возбуждение от просмотра фотографий постепенно сменялось свинцовой, тягучей усталостью — организм, весь день проработавший на чистом адреналине, требовал своего. Она скинула мягкий халат и переоделась в любимую свободную пижаму из нежного, струящегося шёлка. Скользнув под прохладное, пахнущее свежестью одеяло, Влада блаженно вытянулась на кровати. Подушка показалась ей невероятно мягкой, почти невесомой. Она закрыла глаза, и в ту же секунду силы начали стремительно покидать её тело. Тёплая волна сонливости медленно накатывала сверху, бережно вытесняя из головы и рой мыслей, и переживания, и даже томительное ожидание ответа от Егора. Всё это вдруг отошло на задний план, растворяясь в уютной темноте спальни. Влада свернулась калачиком, уткнувшись носом в край одеяла, и сладко, глубоко уснула, убаюканная чувством абсолютного, глубинного спокойствия. Спустя всего час Влада резко открыла глаза. В комнате царила глубокая, глухая ночная тишина, нарушаемая лишь едва слышным гулом города за окном. Она села в кровати, кутаясь в одеяло, и растерянно осмотрелась по сторонам. Влада совершенно не понимала, почему её сон прервался. Тело всё ещё наливалось свинцовой усталостью, а голова была тяжёлой. Ещё час назад она была на сто процентов уверена, что провалилась в глубокий анабиоз и теперь проспит как минимум до обеда следующего дня — настолько её выжали эмоции. Никаких резких звуков, кошмаров или духоты. Сон просто улетучился сам по себе, оставив после себя странное, звенящее чувство предвкушения. Словно её подсознание, проигнорировав физическую усталость, упрямо отказывалось спать, зная, что в реальном мире происходит что-то гораздо более важное. Влада повернула голову к прикроватной тумбочке. В темноте спальни телефон лежал экраном вниз, но на коврик от него падал едва заметный, пульсирующий отблеск светодиода. Какое-то шестое чувство подсказало ей, что причина её внезапного пробуждения кроется именно там. Влада протянула руку и взяла айфон с тумбочки. Экран вспыхнул в темноте, на мгновение ослепив её ярким светом. На часах был первый час ночи. Прямо по центру экрана висело уведомление из Телеграма. Сообщение пришло буквально пару минут назад — вот почему её сон так внезапно прервался. Сердце тут же сделало знакомый кульбит, когда она прочитала имя отправителя. Это был Егор. И там была его реакция на её видео. Влада быстро разблокировала телефон и зашла в диалог. Егор посмотрел бэкстейдж. Видимо, уставший после репетиций артист, планировавший просто черкнуть пару строчек перед сном, знатно прифигел от увиденного. Первым сообщением от него шла текстовая реакция — лаконичная, но говорящая сама за себя: —Ахуеть. А следом, не выдержав, он записал голосовое сообщение. Влада включила его голосовое, затаив дыхание. Из динамика раздался его тихий, уставший, но заметно изменившийся, низкий и хриплый голос. На заднем фоне было слышно, как он глушит мотор машины. Егор заговорил медленно, с явным, неприкрытым кайфом и дерзостью в интонации: —Слушай... Я, конечно, знал, что ты красотка, но это... Это просто вышка. Какая же ты тут сексуал... — он на секунду запнулся, тихо усмехнувшись, будто подбирая слова помягче. — Короче, у меня слов нет. Сижу в тачке, пересматриваю и откровенно залипаю. Голосовое закончилось, а Влада так и осталась сидеть в темноте, прижав айфон к губам. Сердце колотилось где-то в районе горла. Тот факт, что этот парень, искушённый вниманием самых красивых девушек страны, сейчас сидел в полночь в машине и залипал на её видео, кружил голову получше любого алкоголя. Телефон в руке Влады снова коротко завибрировал, заставив её вздрогнуть. Экран высветил ещё одно голосовое сообщение — длинное, почти на полторы минуты. Она поспешно прижала динамик к уху. Снова этот низкий, бархатный голос, но теперь в нём уже не было той дерзкой ухмылки. Егор говорил искренне, с каким-то глубинным, мягким удивлением, и от этой смены интонации у Влады перехватило дыхание. — Слушай, я вот одного не понимаю, — тихо вздохнул он, и на бэкграунде послышался шорох одежды, будто он откинулся на спинку сиденья. — Я вспомнил, что ты мне вчера говорила... Ну, про все эти твои загоны, что ты какая-то «не такая», не сексуальная, непривлекательная. Влада, ты вообще себя со стороны видела? У тебя в голове просто тонна каких-то выдуманных, дурацких комплексов, которые ты сама себе внушила и зачем-то в них поверила. А на самом деле всё же с точностью до наоборот. Он сделал небольшую паузу, и Влада буквально кожей почувствовала, как он там, в темноте своего автомобиля, подбирает нужные слова, искренне пытаясь достучаться до неё. — В тебе столько этой дикой, настоящей женской энергии, понимаешь? Ты нереальная. И это видео... на нём же видно, как ты сама от себя кайфуешь, какая ты живая и манящая. Хватит прятаться за этими дурацкими страхами и закрываться в ракушке. Ты роскошная женщина, и то, что ты там себе понапридумывала — полная чушь. Просто прими это как факт. Отвечаю, ты вышка. Голосовое затихло. Влада медленно опустила руку с телефоном на колени, чувствуя, как внутри неё, строчка за строчкой, плавится старая, холодная броня. Его слова, такие весомые и честные, прошивали насквозь. Он не просто оценил картинку — он запомнил её ночные откровения, пропустил их через себя и теперь так бережно, но уверенно разрушал всё то, что причиняло ей боль. Он попал в самую точку. Хватит прятаться. Хватит стесняться себя. Она решительно открыла чат с Верой, скопировала заветную ссылку на закрытый диск и вернулась к диалогу с Егором. Палец без колебаний нажал «вставить». Она скинула ему всё. Полный доступ. Ссылку, где лежал весь массив сегодняшнего дня: роскошные кадры в обработке, короткие бэкстейджи и, главное, десятки «живых» исходников. Её даже на секунду не смутило, что он увидит фотографии без ретуши, без идеального студийного сглаживания кожи или цветокоррекции. Зачем? Ведь на этих кадрах она была точно такой же, как и в реальной жизни — настоящей, живой, с теми самыми родинками и изгибами, которые он уже видел. Чего стыдиться или стесняться, если он только что сам сказал ей принять себя? Сразу под ссылкой Влада быстро набрала всего два слова: —Спокойной ночи. Она нажала кнопку отправки и, не дожидаясь, пока загорятся две синие галочки прочтения, буквально откинула айфон на вторую половину двуспальной кровати. Телефон глухо приземлился на одеяло. Влада резко перевернулась на бок и просто закрыла глаза, натягивая одеяло до самого подбородка. Нет, только не сейчас. Она поймала себя на мысли, что прямо сейчас физически не готова узнать, что он может написать или сказать в очередном голосовом после просмотра всех этих кадров. Там было слишком много личного, слишком много её настоящей. Адреналина на сегодня хватит. Она твёрдо решила, что посмотрит его ответ уже утром. Если, конечно, он вообще что-то ответит после того, как утонет в этой галерее. Влада сделала глубокий вдох, заставляя мысли утихнуть, и поддалась накатившему сну, оставив Егора один на один с её главным секретом.