Часть 18

Егор окончательно разблокировал телефон, зашёл в приложение и нажал заветную кнопку запуска трансляции. Буквально за первые секунды счётчик зрителей начал стремительно крутиться, со скоростью света набирая тысячи, а затем и десятки тысяч человек. Экран мгновенно превратился в летящий поток приветствий, знаков вопроса и восторженных криков фэнов Влады, которые ещё час назад строили теории на стриме у Влады. Егор поудобнее перехватил стабилизатор, направляя фронтальную камеру так, чтобы они оба идеально помещались в кадр, и широко улыбнулся. — Так, чат, всем огромный привет! — бодро начал Егор, слегка наклоняясь вперёд.  —Чатик,всем доброго,—мягко сказала Влада,открывая бутылочку с водой. Егор заговорщически посмотрел в объектив, а затем перевёл взгляд на заинтригованное лицо девушки. — В общем, рассказываю, чем мы сегодня займёмся, — продолжил он, выдерживая эффектную паузу. — И, кстати, открою вам маленький секрет: Влада сейчас сидит и тоже вообще пока не в курсе нашего плана.Готова? Влада покачала головой, искренне рассмеявшись, и подвинулась ближе к его плечу, чтобы лучше видеть взрывающийся от любопытства чат. — Ну давай, Егор, не томи, — с азартом подзадорила она его. — Мне уже самой страшно! Егор перевёл взгляд с чата на Владу, и на его губах заиграла загадочная, чертовски привлекательная усмешка. Он чуть прищурился, выдерживая театральную паузу, и неожиданно спросил: — Влад, а ты когда-нибудь вообще стреляла? Влада на секунду замерла, вмиг став очень серьёзной. Она округлила глаза, задумчиво посмотрела в потолок салона, а потом резко рассмеялась, заставив Егора тоже улыбнуться. — Ну да, конечно! В CS:GO на стримах постоянно раздаю хедшоты, ты разве не видел? — она задорно подмигнула камере, но тут же осеклась, осознав его вопрос. Влада резко повернула голову к парню, её глаза удивлённо расширились: — Так, Егор, подожди... Мы что, реально будем стрелять?! Из настоящих пушек?! — Именно, — довольно кивнул Егор, явно наслаждаясь произведённым эффектом. — Мы едем в один очень крутой, закрытый тир. Там нас уже ждут. Он поудобнее перехватил телефон, чтобы в кадр снова попали они оба, и заговорщически подмигнул экрану, где комментарии чата уже летели с бешеной скоростью. — Короче, чат, план такой, — объявил он, повышая голос от азарта. — Мы устраиваем жёсткий баттл на меткость. Проверим, у кого из нас крепче нервы и лучше прицел. Проигравший сегодня выполняет любое — я подчёркиваю, абсолютно любое — желание победителя! Влад, ты как, принимаешь вызов или сольёшься сразу, сославшись на то, что ты бьюти-блогер? Влада от такого вызова даже выпрямилась на сиденье. Вся её недавняя сонная вялость и следы похмелья испарились в одну секунду, уступив место чистейшему азарту. Она воинственно вскинула подбородок и дерзко посмотрела сначала на Егора, а затем прямо в камеру айфона. — Слышали, чат? Он думает, что если я крашу губы на стримах, то не смогу попасть в мишень! — она картинно возмутилась, а затем перевела взгляд на Егора и хитро улыбнулась. — Вызов принят, Егор. Чат, вы просто обязаны голосовать и топить за меня! Егор беззвучно, но очень тепло рассмеялся, оценив её боевой настрой. Под камерой он слегка придвинулся ближе и незаметно для зрителей ободряюще сжал её ладонь, посылая ей многозначительный взгляд. — Ну-ну, посмотрим. Чат, запускаю опрос: кто сегодня победит? Голосуйте, а мы пока доезжаем до локации. Машина как раз плавно свернула в один из тихих переулков центра Москвы, подъезжая к стильному зданию с панорамными тёмными окнами, где их уже ждали. Охрана привычно открыла тяжёлые двери автомобиля, и ребята, не прерывая трансляцию, быстрыми шагами направились к входу. Внутри их встретил лаконичный, дорогой интерьер в тёмных тонах с мягкой неоновой подсветкой. Посторонних в клубе не было — Егор, как обычно, позаботился о полной конфиденциальности. Первым делом на ресепшене им протянули планшеты с электронными бланками. — Так, чат, заполняем доки и правила техники безопасности, — со смехом прокомментировал Егор, переводя камеру на Владу. Она, смешно наморщив носик, быстро пробежалась глазами по пунктам и поставила свою электронную подпись. Егор сделал то же самое. Как только все формальности были улажены, администратор вежливо жестом пригласил их пройти вглубь коридора, откуда уже доносились глухие, раскатистые звуки чужих выстрелов. Они переступили порог огневой зоны, и Влада невольно затаила дыхание — атмосфера здесь была максимально брутальной и кинематографичной. Инструктор — крепкий мужчина в тактической форме — приветливо кивнул ребятам и сразу протянул им снаряжение. — Обязательное правило: наушники и защитные очки не снимать до конца стрельб, — строго, но вежливо произнёс он. Влада аккуратно натянула массивные наушники, которые мгновенно заглушили все внешние шумы, превратив их в глухое эхо, и поправила свой высокий хвост. Защитные очки идеально сели на переносицу. Егор закрепил телефон на специальном штативе чуть позади них, чтобы чат идеально видел и их в полный рост, и сами мишени впереди. Инструктор выложил на стол перед ними несколько видов оружия и начал детальный инструктаж: — Итак, начнём с базового пистолета Glock 17. Слушаем внимательно. Оружие всегда направлено только в сторону мишени. Палец ложится на спусковой крючок только тогда, когда вы готовы выстрелить. Стойка должна быть уверенной... Влада слушала каждое слово, затаив дыхание, а Егор, хоть и прекрасно всё это знал, внимательно наблюдал за ней. Он стоял чуть позади неё, скрестив руки на груди, и его взгляд то и дело опускался на её ноги — он мысленно просчитывал, как помочь ей встать так, чтобы её травмированное колено не получило лишней нагрузки от отдачи. — Инструктаж окончен. Кто первый? — спросил мужчина, глядя на ребят. — Я,— Егор уверенно сделал шаг вперёд к огневому рубежу, бросив на Владу короткий, полный азарта взгляд. Влада в ответ шутливо фыркнула и поудобнее перехватила штатив с телефоном, направляя камеру прямо на него. — Ну давай, Егор, покажи мастер-класс, — подзадорила она его, широко улыбаясь. — Чат, смотрите внимательно, сейчас мы узнаем, кто у нас тут настоящий гэнгста, а кто просто красиво позирует. Егор встал в правильную стойку, легко перехватил тяжёлый матовый пистолет обеими руками и вытянул их вперёд. В этот момент вся его расслабленность мгновенно исчезла — он сосредоточенно замер, ловя мишень в прицел. Влада, глядя на него через экран телефона, поймала себя на мысли, как чертовски круто ,мужественно и сексуально он выглядит в этом брутальном антураже. Напряжённые плечи, уверенный взгляд, чёткий профиль — от этой картины у неё внутри снова побежали приятные мурашки. Три оглушительных хлопка подряд разорвали тишину зала, даже сквозь плотные наушники отдавшись вибрацией в груди. Пистолет послушно дёргался в его крепких руках. На электронном табло над мишенью мгновенно загорелись результаты: «6», «8», «8». — Хорош! — Влада искренне восхитилась, переводя камеру то на экран, то на довольное лицо Егора. Чат в эту секунду просто взорвался. Егор поставил пистолет на предохранитель, плавно повернулся к Владе и хитро прищурился, забирая у неё телефон и возвращая его на штатив. — Ну что, планочка задана, — негромко, с едва заметной хрипотой произнёс он, делая шаг назад и освобождая ей место у барьера. —Только аккуратно, ладно? — добавил он уже совсем тихо, так, чтобы микрофон телефона точно не поймал эту чисто мужскую, трепетную заботу в его голосе. Влада вдохнула поглубже, стараясь унять лёгкое волнение, и уверенно подошла к стойке. Вес оружия оказался больше, чем она ожидала, и, когда она вытянула руки вперёд, мышцы плеч сразу напряглись. Она встала в стойку, как её учили пару минут  назад, стараясь максимально разгрузить левую ногу. — Чат, не слушайте его, я сейчас сделаю всё по красоте, — звонко произнесла она, обращаясь к камере, хотя внутри всё сжалось от ответственности. Егор, который до этого момента стоял в стороне, наблюдая за ней с лёгкой улыбкой, вдруг сделал шаг ближе. Он увидел, как напряглась её поза, и как правая рука чуть заметно дрогнула под тяжестью пистолета.  Он не мог допустить, чтобы разочаровалась из-за нелепой ошибки. — Слишком высоко держишь руки, — Егор подошёл к ней со спины, оказавшись в личном пространстве, которое перекрывало для неё весь остальной мир. — Расслабься. Вот так. Он положил свои руки поверх её рук. Его ладони были огромными по сравнению с её, и это прикосновение мгновенно заземлило Владу. От его близости, от запаха парфюма, смешанного с запахом оружейного масла, в висках застучало. Она почувствовала, как он прижался своим корпусом к её спине, создавая надёжную опору. — Теперь зафиксируй локти, но не блокируй их, — шептал он ей прямо в ухо, игнорируя то, что трансляция продолжается. Для чата это выглядело как «обучение новичка», но Влада чувствовала, как его пальцы слегка сжали её запястья, помогая направить прицел точно в центр мишени. — Дыши через раз. Сейчас... плавно. Влада нажала на спуск. Выстрел получился более резким, чем она ожидала, и отдача толкнула её назад, прямо в крепкую грудь Егора. Он даже не шелохнулся, просто обхватил её чуть крепче, не давая потерять равновесие. На табло загорелась гордая «десятка». — Ооо! — взвизгнула Влада, забыв про всё на свете, и резко обернулась в его объятиях, сияя от восторга. — Егор! Ты видел?! Десятка! Она оказалась так близко к его лицу, что их носы почти соприкоснулись. Егор смотрел на неё с такой нескрываемой нежностью, что на мгновение в тире стало очень тихо, несмотря на то, что чат в это время просто сходил с ума от «химии». — Видел, — его голос стал низким и бархатным. Он на долю секунды задержал взгляд на её губах, прежде чем вспомнить о камере. — Неплохо. Даже очень неплохо. Кажется, твои бьюти-пальчики умеют не только тушевать тени. Он отстранился, но не ушёл далеко, оставаясь стоять прямо за её спиной. Инструктор, который всё это время тактично стоял чуть в стороне, внимательно контролировал процесс. Он периодически делал профессиональные подсказки: то напоминал Владе не заваливать корпус назад, то корректировал хват Егора. Стрим шёл своим чередом, на максимальном вайбе — чат просто разрывался от комментариев и споров о том, кто же всё-таки заберёт победу. Ребята по очереди подходили к огневому рубежу, подкалывали друг друга на камеру после каждого промаха и искренне радовались точным попаданиям. Конечно, параллельно со стримом они успевали жить и для себя. Пока один стрелял и общался с чатом, второй на свой личный телефон снимал живые, атмосферные видео для личного архива и делал крутые фотки. Егор наснимал кучу кадров, где Влада в этих огромных наушниках со своим высоким хвостом выглядит невероятно эстетично и сексуально, а Влада поймала несколько брутальных ракурсов Егора в момент выстрела. Время пролетело незаметно. Они азартно стреляли чуть больше получаса, перепробовав разные мишени, как вдруг Влада, отложив оружие, повернулась к мужчине-инструктору. В её глазах загорелся чисто блогерский огонёк. — Подскажите, а можно будет снять короткое видео с пистолетом? Ну, чисто для соцсетей? — Влада мило улыбнулась, прижимая руки к груди. Инструктор понимающе усмехнулся и кивнул: — Да, конечно, без проблем. Только давайте мы сначала достанем из него все патроны и снимем с затворной задержки — на всякий случай, строго по технике безопасности.  — Да, супер, спасибо большое! — обрадовалась Влада и сразу повернулась к Егору, забирая свой личный телефон.  Следующие минут двадцать превратились в самый настоящий съёмочный процесс, где блогерский перфекционизм Влады и режиссёрский взгляд Егора слились в идеальном тандеме. Стрим на штативе продолжал идти, и чат с огромным удовольствием наблюдал за этой кухней создания контента, попутно заваливая ребят комплиментами. Влада идеально отыгрывала образ опасной девчонки, то эпично поправляя высокий хвост свободной рукой, то заговорщически улыбаясь в объектив. Видео получались невероятно киношными и эстетичными. Потом инициативу перехватила Влада, устроив фотосессию для Егора, а под конец они решили, что чат просто не простит им отсутствие совместных видео. — Короче, народ, Твитч заждался, но ТикТок тоже сам себя не снимет, — со смехом объявил Егор в камеру стрима. Атмосфера была максимально расслабленной и весёлой. Они постоянно смеялись, переглядывались, проверяя получившиеся дубли, и Влада ловила себя на мысли, что это свидание, пусть и под прицелом тысяч глаз через экран, получается самым лучшим и запоминающимся в её жизни. Когда с контентом было покончено, ребята тепло поблагодарили инструктора и направились к выходу. Вместе с ними из зала выходили двое личных охранников Егора — крупные, серьёзные мужчины, которые, к слову, за это время тоже успели пару раз подойти к рубежу и профессионально, без лишнего шума всадили по нескольку обойм точно в «десятки», знатно впечатлив чат своей подготовкой. Егор шёл на пару шагов впереди. Ему на телефон внезапно прилетело рабочее уведомление, и он, нахмурившись, принялся оперативно решать какой-то неожиданный вопрос быстро перебирая пальцами по экрану. Влада же отстала от него чуть назад. Она крепко держала в руке штатив с телефоном Егора, продолжая трансляцию, и буквально светилась изнутри. Похмельная вялость улетучилась без следа, сменившись бешеной энергией. Она активно жестикулировала свободной рукой, делясь с чатом своими живыми, неподдельными эмоциями. — Чат, я вам клянусь, это просто такие охрененные эмоции! — восторженно говорила она в камеру, пока они шли по тёмному неоновому коридору к выходу. — Если у вас когда-нибудь будет возможность, время, обязательно сходите и попробуйте. Настолько крутая разрядка! У меня сейчас адреналинчик прямо так хорошо приплыл, пошёл по всему телу, я вообще как заново родилась! Чат вовсю поддерживал её настрой, засыпая экран сообщениями: «Влада, ты выглядела как подружка Бонда!», «Ради таких эмоций стоило съездить!» Влада весело рассмеялась, глядя на летящие комментарии, и ускорила шаг, догоняя Егора, который как раз заблокировал свой мобильный и обернулся к ней, услышав её эмоциональный монолог. — Ну что, чат, — Егор поудобнее перехватил телефон, переводя камеру на себя, и со вздохом улыбнулся в экран. — Будем, наверное, прощаться? Вот такой короткий, но очень плотный и заряженный стрим у нас сегодня получился.  Экран телефона мгновенно запестрил сообщениями, комментарии полетели с тройной скоростью. Весь чат в один голос умолял ребят не выключать эфир. Егор, глядя на эту волну фанатской любви, хмыкнул и поднял глаза на Владу. Она стояла прямо напротив него, укутавшись в прохладный ночной воздух, и в кадр сейчас не попадала — зрители видели только его лицо. — Так, народ, подождите, — он интригующе прищурился и обратился к девушке. — Влад, тут чат бунтует, уходить не хочет. Мы как — останемся или ну его? Поедем поедим куда-то спокойно? Или, как вариант, можем ещё в машине немного повисеть с ребятами, пообщаться, а потом уже закончим? Что думаешь? Влада посмотрела ему прямо в глаза. На её губах заиграла мягкая, лукавая улыбка. Она кокетливо прикусила нижнюю губу и, глядя на него невероятно милым, тёплым взглядом, тихо ответила: — Мне без разницы, Егор… Делай как хочешь. Я за любой твой выбор. И прямо на этих словах, оставаясь за камерой, она сложила губы бантиком и послала ему самый очаровательный, нежный воздушный поцелуй. Егор от такой внезапной и чертовски милой контрабанды чувств на секунду потерял дар речи. У него внутри всё сладко перевернулось. Он шумно выдохнул, тоже прикусил губу, пытаясь сдержать рвущуюся наружу улыбку, и коротко рассмеялся, отводя взгляд от её лица обратно к экрану телефона, пока чат не заподозрил, почему у их кумира так резко покраснели уши. — Так, ладно, уговорили, — Егор бодро крутанул головой, открывая перед Владой дверь машины. — Чат, прыгаем в тачку!Минут двадцать еще повисим и все. Стрим остался далеко позади, и вот, наконец, этот бесконечный, шумный день растворился в тишине. Влада с Егором остались совершенно одни — в её квартире, куда посторонним и камерам вход был строго воспрещён. Когда они только приехали, уставшие, но дико довольные, первым делом разложили на кухне свой ночной улов. Влада с огромным аппетитом, зажмурившись от удовольствия, уничтожила тот самый сочный, горячий крафтовый бургер, о котором мечтала всю дорогу. Егор же, по своей вечной классике, от жирного и вредного отказался и ел только пп ужин. И вот теперь они лежали вдвоём в просторной, мягкой кровати под огромным тёплым одеялом. В комнате царил уютный полумрак, который разбивался лишь мягким светом от большого экрана телевизора. Сна не было ни в одном глазу — адреналин после стрельбы и бургеров всё ещё приятно вибрировал в венах, оставляя чувство абсолютного, расслабленного счастья. На телеке через Ютуб крутился какой-то ролик, который включил Егор, чтобы они могли просто позалипать. Влада уютно устроилась на его плече, вдыхая родной запах его кожи после душа — уже без парфюма, чистый и такой домашний. Одна её рука покоилась на его груди, лениво перебирая пальцами его цепочку, а нога переплелась с его ногами под одеялом. Егор плавно перебирал её волосы, пропуская пряди сквозь пальцы, и иногда отвлекался от экрана, чтобы поцеловать её в макушку. В этот момент им обоим было чертовски хорошо. Больше не нужно было играть на камеру, скрывать взгляды, шифроваться от чата и контролировать каждое движение. Напряжение последних недель просто испарилось. — Ну и как тебе наше тайное свидание? — тихо, с мягкой хрипотой в голосе спросил Егор, не переводя взгляда с экрана, но чуть крепче прижимая её к своему боку.  Влада тихо, уютно рассмеялась, ещё ближе прижимаясь к его груди и вдыхая родной запах. —Свидание… оно превзошло вообще всё. Я так давно не чувствовала такого кайфа. Спасибо тебе. Правда. Для меня это было идеальное свидание,пусть оно и было на глазах у тысяч людей. Она снова опустила голову ему на плечо, ласково очерчивая пальцем контуры татуировок на его груди. Экран телевизора всё так же тихо мигал, создавая уютные блики на стенах. Немного помолчав, Влада перевела взгляд на его профиль — под глазами Егора всё ещё залегала едва заметная тень от хронического недосыпа. Она прекрасно знала, сколько энергии из него высасывает грядущее масштабное шоу. — Егор… а как у тебя самого дела? — тихо спросила она, и в её голосе зазвучала искренняя, глубокая забота. — Как идёт подготовка к концерту? Ты вообще вывозишь этот график? Егор на секунду замер, переведя взгляд с экрана на потолок, и тяжело, устало выдохнул. Перед ней ему больше не нужно было держать марку суперзвезды, у которой всё под контролем. — Да в целом всё хорошо, — негромко ответил он, продолжая лениво перебирать её волосы. — Процесс идёт, концепт утвердили. Но, блин, есть куча мелких нюансов, которые постоянно вылезают в самый неподходящий момент. То со светом косяки, то по звуку на площадке вопросы, то режиссуру номеров приходится перекраивать на ходу. Идёт просто колоссальная, огромная работа, Влад… Я ценю команду, но сил, если честно, чертовски уже не осталось. Иногда кажется, что я просто доползаю до кровати. Влада почувствовала, как напряглись его плечи, стоило ему просто заговорить о работе. Она приподнялась на локте, заставляя его повернуться к ней, и мягко положила ладонь на его щеку, заглядывая в самые глаза. — Посмотри на меня, — нежно, но очень уверенно попросила она. Егор послушно повернул голову, всматриваясь в её лицо. — Ты чертовски сильно устал, и это нормально. На тебя сейчас давит огромная ответственность. Но я хочу, чтобы ты помнил одну вещь: ты лучший в своём деле. Абсолютно лучший. То, что ты делаешь, масштаб, который ты создаёшь — никто больше так не умеет. Она провела большим пальцем по его скуле, словно стирая весь накопившийся за день стресс. — Твои люди, твой чат, твои фанаты — они все видят, сколько души ты в это вкладываешь. И я вижу. Твой перфекционизм иногда тебя губит, но именно он делает тебя особенным. Ты со всем справишься, слышишь? Ты выйдешь на эту сцену и просто разнесёшь этот зал, как делал всегда. А я буду стоять в секторе, держать за тебя кулачки и безумно гордиться своим самым талантливым мужчиной. Егор смотрел на неё, и её слова, её мягкий, наполненный верой голос проникали куда-то глубоко под кожу, моментально затягивая все душевные раны от усталости. Физически сил у него, может, и не прибавилось, но внутри, в самой груди, словно расцвело мощное, второе дыхание. Тяжесть, которая давила на него последнюю неделю, отступила. Он перехватил её ладонь, нежно поцеловал внутреннюю сторону запястья, а затем притянул Владу к себе, крепко заклинивая её в своих объятиях и утыкаясь носом в её шею. Они полежали так ещё какое-то время, слушая размеренный шум работающего телевизора. Ночной ролик на Ютубе уже давно закончился, сменившись каким-то случайным фоновым видео, но выключать его никто не собирался. Влада поудобнее устроилась в его руках, и оба поняли: спать они в ближайшие часы точно не лягут. Да и глупо было на это надеяться. С графиком сна у обоих была полная жопа уже очень много лет. Но сегодня это даже радовало. Слово за слово, шутка за шуткой, и их беседа плавно перетекла в то русло, куда они редко кого-то пускали. В этой темноте, защищённые от всего мира стенами квартиры, они незаметно для себя начали открывать друг другу душу. Смылись маски популярных блогеров и артистов — остались просто парень и девушка, которые отчаянно нуждались в том, чтобы их наконец-то поняли и выслушали. Они рассказывали друг другу такие вещи, о которых, возможно, вообще никогда и никому не говорили: детские страхи, моменты самого жгучего одиночества на пике славы, разочарования в людях, которых когда-то считали близкими, и то, как тяжело порой соответствовать ожиданиям миллионов. А потом разговор как-то естественно свернул на тему отношений. — Знаешь, — тихо произнёс Егор, лениво перебирая пальцами её ладонь, — после всего моего опыта… я понял, что больше всего ценю, когда человек просто умеет разговаривать. Без этих глупых загадок, обид с молчанием на трое суток и попыток что-то из себя строить. Мне важно знать, что если у нас проблема, мы сядем, потрём за неё и решим всё как взрослые люди. Влада чуть приподняла голову и посмотрела на него в полумраке: — Согласна. Для меня самое страшное в отношениях — это потерять себя. Когда тебя пытаются переделать, загнать в какие-то рамки или ревнуют к каждому столбу, потому что не доверяют. Мне важно, чтобы мужчина уважал моё дело, мою свободу, но при этом оставался той самой стеной, за которой можно просто выдохнуть и побыть слабой. Вот как сейчас с тобой. Егор повернул к ней голову, внимательно вглядываясь в её глаза, и на его губах появилась очень тёплая, понимающая улыбка. Они детально обсуждали разные ситуации: как кто реагирует на кризисы, как видит совместный быт при их сумасшедших графиках, и что для каждого из них значит настоящее, не напоказ, преданное партнёрство. И с каждым новым предложением оба ловили себя на удивительном, даже пугающем ощущении — они смотрели на жизнь и на любовь абсолютно в одном направлении. Влада поудобнее перехватила его руку, переплетая свои пальцы с его, и, поддавшись моменту этой максимальной ночной откровенности, тихо спросила: — А если… Ну, вот если всё зашло далеко. Ты бы смог снова открыться человеку на все сто процентов? Довериться так, чтобы вообще без оглядки? Или внутри всё равно сидит этот страх, что тебя используют ради медийки, галочки, или просто сольют, когда станет скучно? Она задала этот вопрос абсолютно искренне, просто развивая тему, и даже близко не догадывалась, что одномоментно, с размаху, попала в самый жесткий, кровоточащий триггер Егора. В ту же секунду атмосфера в комнате резко изменилась. Пальцы Егора, которые только что мягко поглаживали её ладонь, на мгновение сильно сжались, а затем обмякли. Влада почувствовала, как всё его тело под одеялом буквально окаменело, а размеренное дыхание перехватило. Егор резко отвёл взгляд от экрана телевизора, уставившись куда-то в темноту перед собой. На его лице, подсвеченном синеватым неоновым бликом, промелькнула целая гамма эмоций — от глухой обиды до глубинного, тщательно скрываемого от всего мира страха. В памяти шквалом пронеслись те самые громкие, грязные расставания из прошлого, когда его искренность выворачивали наизнанку, использовали как инфоповод, а его доверие разбивали вдребезги на глазах у миллионов.  Влада мгновенно почувствовала эту перемену. Ей стало не по себе от того, как резко он закрылся и ушёл в себя. — Егор?.. — тихо и испуганно позвала она, приподнимаясь на локте и заглядывая в его потяжелевшие, внезапно ставшие холодными глаза. — Прости, я сказала что-то не то? Егор молчал несколько секунд, шумно и тяжело сглотнув. Он запустил свободную руку в волосы, с силой потерев лицо, словно пытаясь физически сбросить с себя нахлынувшие воспоминания. Его голос, когда он наконец ответил, прозвучал непривычно глухо и резко, без капли недавней мягкости: — Это… сложная тема, Влад. Ты даже не представляешь, насколько. — Прости… Правда, прости, если подняла какие-то плохие воспоминания. Я не хотела, — искренне испугавшись его реакции, прошептала Влада. Она бережно накрыла его ладонь своей, пытаясь вернуть то утерянное тепло, которое ещё минуту назад окутывало их обоих. Егор ничего не ответил. Он лишь прикрыл на секунду глаза, едва заметно кивнул и, аккуратно высвободив руку, перевернулся на спину, уставившись в потолок. Его челюсть была плотно сжата, а по лицу ходили желваки. Было видно, как внутри него сейчас идёт тяжёлая, невидимая борьба с собственными мыслями. Влада тихо опустилась обратно на подушку, отвернувшись к окну, за которым медленно занимался бледный московский рассвет. В комнате повисла оглушительная, давящая тишина. В голове девушки завертелся вихрь невесёлых мыслей. —Господи, ну зачем я вообще туда полезла?..— ругала она себя, чувствуя, как внутри разливается неприятный холодок. — Ведь догадывалась же, через какой ад ему пришлось пройти в прошлых отношениях. Все эти публичные грязные расставания, предательства, когда его выворачивали наизнанку ради хайпа… Но я даже подумать не могла, что это до сих пор настолько сильно по нему бьёт. Она прикусила губу, чувствуя, как к горлу подступает ком. Влада вдруг отчётливо осознала одну пугающую вещь: если Егор так реагирует на обычный, казалось бы, теоретический вопрос — значит, рана внутри него всё ещё кровоточит. —Он не отпустил это, — с тяжёлым вздохом подумала Влада, смотря на серые шторы. — Что бы там ни произошло, сколько бы лет ни прошло, какими бы успешными и независимыми ни казались его треки… он до сих пор носит этот груз в себе. Прошлое держит его мёртвой хваткой. И самое страшное — смогу ли я когда-нибудь пробиться через эту глухую стену его недоверия? Или этот страх, что его снова используют, теперь навсегда останется между нами? Она очень хотела обнять его прямо сейчас, прижаться и доказать, что она другая, что ей нужен именно он — обычный парень Егор, а не успешный артист. Но Влада понимала: сейчас ему нужно побыть наедине со своими демонами.  Влада тихо вздохнула, понимая, что оставаться в этой удушающей тишине больше не может. Она аккуратно откинула край одеяла, поднялась с кровати и привычным движением поправила свою лёгкую шёлковую пижамку, скользнувшую по телу. Стараясь не шуметь, она вышла из спальни и направилась в сторону кухни — ей жизненно необходимо было перевести дыхание и просто попить водички. На кухне царил предрассветный полумрак. Влада налила себе полный стакан прохладной воды из фильтра, сделала несколько медленных глотков и опёрлась спиной о столешницу, глядя в окно на просыпающийся город. Внутри всё сжалось от неприятного, тянущего чувства. Ей дико не нравилось то, что произошло. Настроение, которое ещё десять минут назад казалось идеальным, улетучилось со скоростью света, оставив после себя лишь горький осадок. Влада горько усмехнулась про себя, покрутив стакан в руках. В принципе, она ведь с самого начала их общения заметила эту черту в Егоре: он был абсолютным человеком настроения. Вспыльчивый, эмоциональный, глубокий — он мог за секунду загореться азартом, заражая всех вокруг своей бешеной энергетикой, а мог точно так же, в одно мгновение, уйти в себя, закрывшись на сто замков от одного неосторожного слова. И всё бы ничего, но сама Влада была устроена слишком сложно для таких эмоциональных качелей. Она была тем типом людей, которые, как губка, моментально впитывают чужие вибрации. Если близкому человеку плохо, если кто-то рядом расстроен или закрывается в глухой обиде, Влада подсознательно перенимала это состояние на себя. Её собственное внутреннее солнце напрямую зависело от настроения окружающих, особенно от тех, кто ей по-настоящему дорог. И сейчас, когда Егор так резко отдалился, её собственная радость и лёгкость просто разбились вдребезги. Она чувствовала себя опустошённой и виноватой, хотя ни в чём не провинилась. Сделав ещё один глоток, Влада прикрыла глаза, пытаясь успокоить зачастившее сердце. Возвращаться в спальню, где воздух буквально застыл от напряжения, ей сейчас откровенно не хотелось. Влада устало опустилась на стул у кухонного стола, поставила недопитый стакан и, оперевшись локтями о колени, спрятала лицо в ладонях. Прохладный шёлк пижамы едва заметно холодил кожу, но мысли в голове горели синим пламенем. Она сидела в этой предрассветной тишине, и перед глазами, как назло, стоял его образ. Егор был ей безмерно симпатичен. Да и что уж греха таить, глупо было бегать от очевидного: она влюблена по самые уши. И самое пугающее — это случилось буквально по щелчку пальцев. Влада вспомнила, как сначала всё было легко и прозрачно. Они просто общались, смеялись на стримах, перекидывались сообщениями. Она контролировала каждый свой шаг. А потом в какой-то момент в голове словно тумблер переключили — резко, без предупреждения переклинило. Влада вспомнила свои недавние разговоры с подругами, как она с пеной у рта доказывала девчонкам, что у неё всё под контролем, что она «не влюбилась», что это просто дружеский вайб и рабочая химия. Боже, какое же это было враньё. Сама себе врала, лишь бы защититься. Влюбилась, ещё и как. Как глупая, наивная девчонка. Но, с другой стороны, разве могло быть иначе? Егор был именно тем типом мужчин, в которого не влюбиться было, наверное, биологически невозможно. Чертовски красив, успешен, до безумия харизматичен. В нём была эта мужская, породистая властность, которая так привлекает. Но самое главное — он был безумно сильным человеком. Сильным не в плане физической мощи, а в том, как масштабно он мог влиять на людей. Его энергетика просто подчиняла себе пространство. Он заходил в комнату — и всё внимание переключалось на него. И на Владу эта сила действовала разрушительно-прекрасно. Он влиял на неё даже не напрямую, не приказами или какими-то действиями, а как будто ментально, на расстоянии. Одним своим взглядом, изменением интонации в голосе или, как сейчас, внезапным молчанием он мог перевернуть её внутренний мир с ног на голову. Влада подняла голову от ладоней и посмотрела на светлеющее небо. Ей было страшно. Страшно от того, насколько сильно она теперь уязвима перед ним и его настроением. В голове горькой иронией всплыли её собственные слова, сказанные всего минут пятнадцать назад там, в постели. Она ведь так уверенно рассуждала о том, что для неё главное в отношениях — это не потерять себя, сохранить свой стержень и независимость. А на деле? Сделав глубокий вдох, Влада честно призналась себе, что вся эта влюблённость, эти сумасшедшие бабочки в животе, которые порхали от каждого его прикосновения, уже потихоньку размывали её границы. Она действительно уже немного теряла себя, растворяясь в его мощной энергетике. Но, в отличие от совсем юных и наивных девчонок, голова у Влады всё-таки не выключалась окончательно. Профессия, опыт и блогерская закалка научили её трезво смотреть на вещи даже тогда, когда сердце уходило в пятки. Она отчётливо понимала, что происходит, и осознавала: этот процесс нужно брать под жёсткий внутренний контроль. Нельзя позволять чужому настроению, пусть даже настроению любимого мужчины, полностью стирать её собственное «я». Ей жизненно необходимо учиться контролировать этот момент, балансировать на краю этой бездны, не падая в неё без остатка. Она сделала ещё один глоток воды, чувствуя, как логические мысли понемногу возвращают ей прежнюю уверенность. Да, она влюблена, и да, Егор имеет над ней огромную ментальную власть. Но ломаться под этим влиянием она не собирается.