Лес пустых глаз. Том 1. Часть 2.

Они бежали, пока в лёгких не заболело. Элли споткнулась о корень, упала на колено, но Джейк — сам Джейк, который её ненавидел, — схватил её за локоть и рывком поставил на ноги. — Смотри под ноги, — процедил он сквозь зубы, и это прозвучало почти как забота. Лес менялся. Теперь здесь были не просто деревья — здесь были камни. Серые, гладкие, расставленные в неправильном порядке, будто их кто-то нарочно сдвинул. Между камнями тянулись нити паутины, толстые, как верёвки. — Это похоже на старую дорогу, — сказала Рина, успокаиваясь. — Может, здесь была деревня? — Или кладбище, — мрачно добавил Джейк. — Дэнис, посвети. Дэнис включил фонарик на телефоне. Свет был слабым, но его хватило, чтобы увидеть стволы. На коре были царапины. Не от когтей — глубокие, прямые, будто кто-то водил ножом, выводя знаки. — Назад, — сказал Дэнис. — Возвращаемся к камням. Там хоть место открытое. Они вернулись. И тут Элли почувствовала запах. Сначала слабый, потом всё сильнее — металл. Ржавое железо, смешанное с чем-то сладким, как переспелые фрукты. — Кровь, — выдохнул Джейк. Не человеческая. Другая. Густая, тёмная, она блестела на листьях впереди. Они вышли на просеку — полосу земли, где деревья расступались, будто от страха. И там, посередине, стоял он... Чёрный медведь. Он не двигался. Огромный, с свалявшейся шерстью, он стоял на четырёх лапах и смотрел прямо на них. Но его глаза были пустыми. Совсем. Как у куклы, у которой выпали стёкла. — Не шевелись, — прошептал Дэнис, заслоняя собой Рину. Медведь не рычал. Не фыркал. Он просто стоял, и от него пахло железом. Элли заметила, что на его боку, под лопаткой, зияла рана — старая, но не заживающая, и из неё сочилась та самая темная жидкость, похожа на кровь, но она была черной. — Уходим, — сказал Джейк, хватая Элли за плечо. — Медленно. Не поворачиваясь спиной. Они отступали. Пять шагов. Десять. Медведь повернул голову, но не на них — в сторону, будто услышал что-то в чаще. Потом он развернулся и ушёл в заросли. Бесшумно. Как призрак. — Ты видел его глаза? — спросила Рина, когда он скрылся. — В них ничего не было. — Видел, — ответил Дэнис. — Пойдём дальше. Это место не для нас. Они пошли быстрее. Элли чувствовала, как Джейк идёт рядом, и понимала, что его ненависть куда-то ушла — на время, но всё же. Ей было странно ощущать его локоть почти вплотную к своему. — Ты цела? — спросил он шёпотом, когда Рина и Дэнис ушли немного вперёд. — Колено разбила, но ничего страшного, — ответила Элли. — У тебя кровь на штанине. Прижми платком. Он протянул ей грязный носовой платок. Элли взяла. Это было так неожиданно, что она не нашлась, что сказать. Впереди, между стволами, показался силуэт. Не зверь. Не человек. Дом. Крыша съехала набок, дверь была приоткрыта, и изнутри тянуло холодом — не сквозняком, а настоящим подвальным холодом, который бывает только глубоко под землёй. — Хижина, — сказал Дэнис. — Может, там есть люди. Или телефон. — Или еще что-то, — ответил Джейк, но пошёл первым. Он толкнул дверь ногой. Петли завыли. Внутри было темно, пахло пылью и чем-то кислым. На столе — пустая банка из-под тушёнки. На полу — рюкзак, весь в плесени. — Здесь кто-то жил, — сказала Рина. — Недавно. Банка не старая. Элли подошла к столу. Кроме банки, там лежали: старый фонарик, сложенная карта, компас и тетрадь в порватой обложке. Она взяла фонарик, нажала на кнопку. Свет выхватил из темноты углы, паутину, стёкла в шкафу — все они были покрыты белым налётом, как будто внутри замерзла соль. — Карта, — сказал Джейк, забирая её. — Тут отмечена дорога. Мы где-то здесь. — Он ткнул пальцем в пятно без названий. Дэнис и Рина сели на пол, прислонившись к стене. Рина дрожала. Дэнис обнял её, и она заплакала — тихо, не всхлипывая, просто слёзы катились по щекам. — Я не хочу здесь оставаться, — прошептала она. — Мы уйдём, — сказал Дэнис. — Сейчас. Только отдохнём минуту. Элли опустила фонарик вниз и увидела люк. Квадратный, с железной ручкой, почти незаметный в углу под слоем пыли. — Там подвал, — сказала она. — Может, есть другой выход. Джейк покачал головой, но открыть люк не запретил. Рина и Дэнис не смотрели. Элли взяла фонарик, нащупала лестницу — узкую, деревянную, скользкую — и начала спускаться. Ступенька прогибалась под ногой. Воздух становился плотнее, холоднее. Запах — стойкий, горький — ударил в нос, когда она коснулась бетонного пола. Фонарик дрожал в руке. Элли подняла его. Свет скользнул по стенам, по каким-то мешкам в углу, а потом упал на пол. Тела. Много тел. Они лежали ровными рядами, как консервы в банке. Взрослые люди и дети. У некоторых глаза были открыты, но они ничего не видели, а у других глаза были пустыми, там в прямом смвсле ничего не было. Несколько секунд Элли стояла, не дыша. Потом её вырвало. Она согнулась, держась за стену, а фонарик упал и покатился, высвечивая лица. У одного, у женщины на краю, пальцы были сжаты в кулак, будто она пыталась ударить кого-то в последний момент. — Тридцать, — прошептала Элли. — Их здесь тридцать. Она не помнила, как поднялась по лестнице. Только открыла люк, и Джейк сразу схватил её за руку. — Что там? — Ничего, — сказала она, и голос прозвучал чужим. — Там ничего нет. Пойдём. Она не смотрела на остальных. Взяла карту, компас, фонарик и вышла на улицу. Но на пороге её накрыло — не страх, а ощущение. Чей-то взгляд сзади. Из леса. Из хижины. Оттуда, где шевелились листья без ветра. — Ты как? — спросил Джейк, выходя следом. — Всё нормально, — ответила Элли. — Уходим. Быстро. Она не сказала про тела. Не прошептала про глаза, которые смотрели на неё с бетонного пола. Не рассказала, как фонарик высветил на стене слова, написанные чем-то тёмным: «Они пришли не из леса» Всё это осталось с ней. Пока они шли. Пока Рина снова плакала, а Дэнис сжимал её ладонь. Пока Джейк шёл рядом и не говорил ни слова. Только когда лес начал редеть, она поняла, что всё это время он держал её за руку. — Не отпущу, пока не выйдем, — сказал Джейк, не глядя на неё. — Ты дрожишь. Как осиновый лист. Элли ничего не ответила. Но руку не убрала...