Часть 2

За окном барабанил дождь, отбивая неистовый ритм. В Лондоне солнце никогда надолго не задерживалось — день-другой, и всё. Всё становилось на свои места: серое небо, затянутое тучами, проливные дожди по несколько дней и сильный, неугомонный ветер. Гермиона не знала, сколько времени она лежала на кровати, прежде чем услышала хлопок рядом с дверью. Она резко поднялась и испуганно посмотрела на дверь. Маленькая эльфийка зажала уши крошечными ручками и уставилась на Гермиону. — Мисс, прошу прощения, ужин уже подан. Тинки не хотела напугать маленькую мисс, — пропищала она. — Нет-нет, Тинки, всё хорошо, пошли. — Девочка вытащила наушники из ушей и спрятала их вместе с плеером в сумочку. Повесив сумку на плечо, она взяла Тинки за руку, и с хлопком обе исчезли из комнаты. Через секунду она уже оказалась в гостевой, за столом вместе с родителями и Драко. Он, как обычно, сидел рядом с матушкой и ковырялся в тарелке. Когда Гермиона появилась за столом, мальчик перевёл на неё взгляд и приподнял одну бровь. Гермиона опешила. Несколько секунд они смотрели друг на друга, не отрывая взглядов. В серых, цвета льда глазах Драко читались только злость и ненависть. Гермиона отвела взгляд первой. — Гермиона, как тебе комната, которую мы для тебя приготовили? Понравилась? Если что — только скажи, исправим. — Нарцисса перевела взгляд на девочку и улыбнулась. — О… спасибо, миссис Малфой, всё идеально. — Отлично! Ну, если что, комната Драко находится рядом — можешь обращаться к нему, он обязательно поможет. — Женщина положила руку на плечо сына. — Мама! Почему ты не предупредила меня об этом? — Драко нахмурился и посмотрел на мать. — А что такого, сынок? Вы хорошо ладите. Ты же не откажешь в помощи мисс Грейнджер? — Нет, мама, помогу обязательно, — выцедил он сквозь зубы и направил взгляд на Гермиону, которая, по всей видимости, пребывала в ещё большем недоумении. Никакая помощь ей не нужна, тем более от Малфоя. — Вот и славно! Ну же, дети, налетайте — Тинки постаралась на славу. Джин, милая, так что там насчёт поездки? — Нарцисса повернулась к Джин, и они принялись бурно обсуждать вылазку на свежий воздух в ближайшее время. Гермионе так хотелось уехать отсюда и оказаться сейчас в своей любимой постели, с любимым плюшевым зайцем, которого подарила ей бабушка. Но она в ловушке — никто не собирается её слушать. Так и пролетели выходные. Они с Драко не разговаривали; она почти всё время проводила в своих покоях или в библиотеке, стараясь с ним не пересекаться. Да и зачем с ним разговаривать? У них даже нет ничего общего, кроме любви к чтению. Да и Драко не стремился с ней заговорить. Каждый раз, когда они случайно встречались взглядами, в его глазах было только равнодушие. Второй день в поместье близился к концу; родители прощались с Малфоями. Нарцисса вручила им букет редких цветов — сладкий запах заполнил помещение. — Да ну что ты, Цисси, не нужно таких подарков! — Джин пыталась вернуть букет Нарциссе. Та лишь кривила губы и отмахивалась. — Джин, дорогая, ну пожалей меня, возьми букет. Я собирала их сама — чуть о шипы не поранилась! — Хорошо, раз уж ты пошла на такие жертвы! — Женщины расхохотались. — Милая, машина подъехала. — Мартин Грейнджер принял букет из рук жены и, попрощавшись, вышел из поместья. — Спасибо за выходные, Цисси! Люциус, и вам спасибо за компанию. Ох, маленький дракон, надеюсь, наша девочка тебе не докучала. До встречи!! — Женщины обнялись; Джин потрепала Драко по голове. — Спасибо за гостеприимство, мистер и миссис Малфой. И тебе, Драко. — Пролепетала Гермиона и, улыбнувшись, поспешила за мамой. Малфой-младший не успел ничего сказать и просто ошарашенно смотрел ей вслед, параллельно поправляя причёску. Мерлин, что за привычка у взрослых женщин трепать по голове? По приезде домой Гермиона поспешно переоделась в домашнюю футболку и леггинсы. Носить платья каждый день — это просто пытка. В повседневной жизни она почти их не надевала: только по особым случаям или когда на улице очень жарко. Она сняла украшения и плюхнулась на кровать, обдумывая всё произошедшее за эти выходные. Нарцисса Малфой — подруга её матери… Получается, их семьи дружат, а они с Драко воюют? В голове такое никак не укладывалось. Как будто Гермиона попала в параллельный мир, где всё наоборот. Если бы не поведение Драко, она бы, пожалуй, и подумала, что умерла и угодила в один из них. Как всегда высокомерный и самонадеянный мальчишка — как он вообще обзавёлся друзьями? Её раздумья прервал стук в дверь. Она села на кровати и вздохнула. — Да? — ответила она, и дверь с тихим скрипом приоткрылась. За ней показалась такая же кудрявая макушка её матери. — Милая, как ты? Ты какая-то грустная после поездки. — Женщина аккуратно присела на край кровати. — Нет, мама, всё хорошо. Я просто удивлена, что ты дружишь с Нарциссой. — А что такого? Она теперь моя близкая подруга. Мы думали, вы с Драко подружитесь. — Ага, подружимся. Он жалкий самонадеянный слизняк! Он невыносим, мама! — выдохнула Гермиона и плюхнулась обратно на кровать, закрывая лицо подушкой. — Ну что ты, милая. Я уверена, он просто стесняется заводить друзей. Тем более вы в одной школе — может, он влюблён в тебя? — Джин широко улыбнулась и слегка толкнула дочь в бок. — Влюблён? Мам, ну ты уже перегибаешь. Какой нормальный человек будет себя так вести, если влюблён? — Ничего я не перегибаю. Присмотрись к нему — я уверена, он хороший. Просто воспитан немного… иначе, чем мы. — Женщина пожала плечами. — Да, иначе… Ладно, мам, я устала и хотела бы лечь спать. — Конечно, милая. Сладких снов, люблю тебя! — Женщина поцеловала дочь в лоб и встала с кровати. — Спокойной ночи. И я тебя. Женщина вышла из комнаты, оставив дочь наедине с навязчивыми мыслями. Влюблён? Да конечно, так она и поверила. Вряд ли этот хорёк вообще что-нибудь умеет чувствовать. Любит только себя — и никого больше. Идиот. Девочка вздохнула и, накрывшись одеялом, начала проваливаться в сон. **3 декабря 1992 года** Декабрь незаметно подкрался к стенам Хогвартса. Пелена снега застилала обзор во время прогулок, а снежинки падали на волосы и одежду студентов. Все стали закутываться в шарфы и шапки; большие кофты стали необходимостью почти для каждого, чтобы не мёрзнуть в башнях по ночам. Гермиона не стала исключением. Она была рада носить кофты и свитера на уроках: до этого была только строгая школьная форма, но поскольку зима выдалась особенно холодной, студентам разрешили свободный стиль одежды — обязательной оставалась лишь мантия. С тех самых выходных всё изменилось. Драко стал цеплять Грейнджер по любому поводу, принялся задевать её родителей. Однажды в школьном коридоре он бросил ей в спину язвительный комментарий про зубы, похожие на бобровые. — Эй, Грейнджер! Не думала зубки подпилить? А то скоро пол царапать будешь. — Злорадно засмеялся Малфой, стоявший рядом со своей компанией змей: Теодором Ноттом, Блейзом Забини и Пэнси Паркинсон. Последняя хохотала, придерживаясь за рукав Драко. — Отвали, Малфой. Смотри, как бы я твои зубы не повыдёргивала. — Не оборачиваясь, бросила Гермиона и поспешила в Большой зал на обед. Зайдя в зал, она сразу окинула взглядом свой стол в поисках знакомых лиц. Рыжая голова взметнулась вверх, рука поднялась в приглашающем жесте. Джинни Уизли стала ей лучшей подругой — и как хорошо, что они жили в одной комнате. По вечерам они могли болтать допоздна, делиться историями или просто устраивать бои подушками. Она стала ей настоящей сестрой. Гермиона широко улыбнулась и побежала к подруге. Рядом с Джинни сидели Гарри и Рон, уплетая жаркое. — Гермиона! Привет. Ну как, готовишься к Рождеству? — сказал Рон, вытирая рот салфеткой. — А зачем к нему готовиться? Разве что подарки купить — но я уже давно знаю, что и кому. — Она хитро улыбнулась и принялась наливать себе тыквенный сок. — Серьёзно? Боже, я ещё даже не думала об этом… — вздохнула подруга. — И мы с Гарри тоже. Но сейчас же только начало декабря — ещё успеем всё придумать. — улыбнулся Рон и приобнял Гермиону за плечи. Его объятия всегда ощущались чем-то родным, тёплым и хорошим. Рон ощущался как дом — рядом с ним ей было хорошо и спокойно, в любой ситуации. Гермиона быстро закинула в себя пару картошин и немного овощного салата. Выпив стакан сока, она ждала друзей, пока те спокойно доедят. Окинув взглядом все столы, она наткнулась на ледяные серые глаза. Драко Малфой. Он смотрел на неё, не отрывая взгляда. Чего ему ещё нужно? Она вздёрнула подбородок и отвернулась к друзьям — обсуждать предстоящий урок у Снейпа и планы на день. Джинни предложила сходить в Хогсмид ближе к Рождеству: выбрать платья и подарки мальчикам. Прекрасная идея — Гермиона любила гулять зимними вечерами, а заснеженный Хогвартс казался ещё прекраснее. Так и проходил их второй курс. Издёвки от Малфоя продолжались — цеплялся за всё что можно. Они громко, чуть ли не до драки, спорили в коридорах. Гермиона никогда не отступала, когда Малфой в очередной раз высмеивал её или её семью. Почти всегда в их перепалки вмешивался Рон, угрожая превратить Малфоя в хорька. В очередном конфликте между Уизли и Малфоем словесная перепалка переросла в настоящую дуэль заклятиями. Конечно, они были безобидными — каждый из мальчиков просто пытался высмеять другого. Гермиона пыталась их остановить, но Гарри закрывал её своей спиной. — Да хватит вам уже! Рон, успокойся пожалуйста! — кричала она, пытаясь выскочить из-за спины брюнета. — Гермиона, стой на месте. Пусть сами разбираются. — спокойно отозвался Гарри. — Я тебя сейчас в жабу превращу, Вислый! Успокойся! — прошипел блондин и бросил очередное заклинание в Рона. Белый луч стремительно понёсся к Уизли — тот успел пригнуться, и луч пролетел мимо, ударив прямо в грудь Гермионы, которая не успела отскочить. Гермиона застыла на месте. Из-под буйных кудрей начали проступать длинные острые ушки, похожие на лисьи. Позади вырос длинный рыжий хвост, а лицо вытянулось в мордочку животного. Она в панике схватилась за уши, пытаясь спрятаться. — Ого, а тебе даже идёт, Грейнджер. — Малфой залился смехом. — Гермиона?! Ты как? Нужно срочно к Помфри! — Рыжий метнулся к ней, придерживая за плечи. Из глаз девочки выступили слёзы. Господи, какой позор… — Отстань, Рон! Это из-за тебя — зачем ты вообще влез?! Я бы сама прекрасно справилась! — закричала она и, развернувшись на носках туфель, побежала к башне. Рон остался в ступоре. Он ведь заступился за неё, пытался помочь, а она… ушла. — Ладно, мальчики, я пойду за ней — успокою и отведу в лазарет. Идите. — выдохнула Джинни и последовала за подругой. — Рон, пошли уже. — Гарри положил тёплую ладонь на плечо рыжего. Тот нахмурился и обернулся к компании змей. — Придурок, из-за тебя всё это! — крикнул он, и его тяжёлая рука взметнулась вверх, приземлившись прямо на скулу блондина. — Вислый, ты вообще съехал?! — прошипел Нотт и шагнул вперёд, загораживая блондина. — Уйди, Нотт. Ты вообще видел, что он сделал! — Ты начал первый. Я видел. Вали отсюда, пока я тебя не оглушил. — Шатен направил палочку ему в горло. Рон сжал кулаки, но отступил. Этим ничего не добьёшься, тем более Гермионе нужна помощь. Он развернулся и, схватив Гарри под локоть, пошёл прочь. Нотт обернулся и посмотрел на блондина, который, кажется, был в ярости. — Зачем ты полез? Я бы ему сейчас так навалял, что он забыл бы имя своей кудрявой заучки. — вставая, прошипел Драко. — Хватит уже. Пошли отсюда. Малфой встал и поплёлся в подземелье, прокручивая в голове ушки и хвост, которые появились у Грейнджер. Он целился не в неё, а в рыжего героя. Но Грейнджер это шло — определённо. Гермиона провела в лазарете несколько дней, не желая видеть никого, кроме Джинни. Уши постепенно спали, хвост исчез, но остатки шерсти покрывали лицо, так что задержаться пришлось дольше обещанного. Рон всегда вмешивался, пытался защитить — она это понимала. Но она же не беззащитная овечка. Она всегда могла постоять за себя, особенно с Малфоем. Его издёвки её ни капли не задевали… ну, может быть, кроме «Грязнокровки». Но у него это, видимо, в подкорке записано, раз он ничего другого придумать не может. **Рождество 1992 года** Рождество в этом году прошло как обычно — она отпраздновала его с родителями, в кругу семьи. Бабушка подарила ей три книги, маленький кулон с лунным камнем и брошку. Она говорила, что эта брошка передавалась из поколения в поколение: бабушки дарили её внукам в знак защиты и любви. Гермиона очень любила бабушку — та понимала её больше всех. Когда девочка приезжала к ней, они часами разговаривали за чашкой мятного чая, уплетая шоколадное печенье из ближайшей пекарни. Рядом с ней было уютно и хорошо. Дом. Настоящий. По возвращении в Хогвартс она раздала подарки друзьям. Всем она связала по шарфу и привезла по пачке печенья из той самой пекарни. Друзья обменялись подарками. От Джинни Гермионе досталось ожерелье из жемчужин и такие же серьги. Комплект был очень красивым — бусины были небольшие и отсвечивали как бриллианты, если направить на них свет. Серьги смотрелись прекрасно и придавали образу шарм и элегантность. Гарри подарил ей большую розу, спрятанную под стеклянным куполом. Он сказал, что если дотронуться до розы, она раскроется и выпустит пыльцу, которая успокаивает душевные боли и тревогу, а также помогает заснуть. Это было волшебно. Когда пыльца рассыпалась, у девочки засверкало в глазах. На душе и правда стало спокойно: сердце восстановило привычный ритм, напряжённые плечи опустились. Рон подарил ей свитер с вышитой буквой её имени. Он был в цветах Гриффиндора — золотой и красный. Свитер был немного велик, но ей это и нравилось: можно было спрятать ладони в рукава и моментально согреться. Ещё Рон подарил маленький флакон цветочных духов. Запах напоминал жасмин с лилиями — очень тонкий и красивый. В один заснеженный день Гермиона направлялась в библиотеку — хотела поизучать растения и цветы. Толкнув тяжёлую деревянную дверь, она зашла внутрь и тихо закрыла её за собой. В библиотеке было пусто: то ли из-за позднего вечера, то ли потому что ей одной было чем заняться здесь. Она пожала плечами, поздоровалась с мисс Пинс и села за свой любимый столик у окна. Достав книгу, которую нашла здесь же на прошлой неделе, принялась усердно читать. Ей правда было интересно: по рассказам Гарри, по цветам можно многое понять. Например, если человек подарил тебе букет голубых гвоздик — это означает доверие и благие намерения. Она просидела не больше пяти минут, как услышала шуршание рядом. Резко повернув голову, увидела Теодора Нотта — он стоял с видом маленького грустного щеночка, держа руки за спиной. — Мерлин… Нотт, ты меня напугал. Ты чего тут? — вздохнула Гермиона, прикладывая руку к бешено бьющемуся сердцу. — Привет, Грейнджер. Можно я присяду? — Ну садись… Мне начинать бояться? Сейчас кто-то выйдет из-за угла и опрокинет на меня ведро воды? — Она скептически вскинула бровь. — Грейнджер, не придумывай. Не все слизеринцы хотят тебе навредить. — Тогда зачем ты сел ко мне, Нотт? Библиотека пуста, здесь много места. — Она услышала лишь тяжёлый вздох со стороны Теодора. — Пожалуйста, зови меня Тео. Я… эм… ну, я хотел с тобой подружиться. — Мальчик замялся, нервно сжимая край серого свитера. — Подружиться?.. Зачем тебе это? — ошарашенно спросила она. — Ну, ты мне нравишься — как человек, конечно. Ты добрая, умная, весёлая. И я вроде неплох. — Он выдавил робкую улыбку. — Ну ладно… Давай дружить, Тео. Что читаешь? — О, да так, учебник по зельеварению. А ты? — Изучаю растения и цветы. Гарри рассказал про кое-какие, и мне стало интересно. Кстати, он сам занимается зельеварением — если хочешь, я могу попросить его помочь тебе. — О нет, к такому близкому знакомству с Поттером я пока не готов. — Он усмехнулся и положил руки на стол. — А твои змеи ничего тебе не скажут за нашу дружбу? Меня они не очень любят — я думала, ты тоже. — Им всё равно, кто с кем общается. Это Драко у нас главный задира — ему всё не так. Но мы к нему привыкли. Мы росли вместе: я, Блейз, Драко и Пэнси. Так что держимся друг за друга. — Хорошо. Но я пока тебе не доверяю. — Да, понимаю. Но я буду добиваться твоего доверия. — Он широко улыбнулся. Она посмотрела на него, и улыбка сама натянулась на губы. — Договорились, Теодор. — Мерлин… Называй меня Тео. Полным именем меня называет только отец, и когда он так меня вызывает — это не означает ничего хорошего. — Он скривился при упоминании отца. — Ой, извини. Ну хорошо, Тео. — Она нежно улыбнулась и взглянула на него. Мальчик тоже улыбнулся. Они просидели в библиотеке до самого отбоя, обсуждая уроки и рассказывая о себе. Гермионе Тео показался довольно милым, и она не ждала от него подвоха. В их с Малфоем разборки он не лез, её и её друзей не обзывал, всегда держался в стороне — но если дело шло плохо, заступался за своих. Она видела: он хороший человек. — Ой, уже почти десять. Пошли, провожу тебя до башни, а то старосты поймают. — Тео параллельно закидывал свою книгу в сумку. — Пошли. Но я бы и сама дошла. — Она тоже сложила книгу в сумку и, закинув её на плечо, выпрямилась. — Со мной веселее. И никто тебя не утащит. — Уголки его губ дрогнули в улыбке. — Лааадно, ты прав. Пойдём. — Она махнула рукой, и они вышли в коридор. По дороге до башни они продолжили спор о том, попросить ли Гарри помочь Тео с зельеварением, — но тот наотрез отказывался. — Гермиона, я же сказал нет! Я вообще его боюсь — он слишком тихий. — Воскликнул он, засовывая руки в карманы. — Ты? Боишься Гарри? Да брось — он правда хороший. Я уверена, вы бы подружились. — Ага. Тогда бы Драко точно меня закопал — они же типа враги, забыла? — Но вы с ним — нет. О, мы уже пришли. Ладно, спасибо, что проводил, Тео. Рада была познакомиться. — Девочка широко улыбнулась и протянула руку. — Мне тоже, Гермиона. Спокойной ночи и до завтра. — Он пожал руку и слегка склонил голову. — До завтра! Повернувшись к портрету Толстой Леди, она произнесла пароль и вошла в гостиную. В ней было тепло; камин тихо потрескивал, от него исходил жар. Гермиона улыбнулась и зашагала в комнату девочек. С тех пор они с Тео постепенно сближались: ходили в библиотеку, обсуждали книги и друзей. Однажды даже сходили в Хогсмид за сладостями — Тео заплатил за неё в магазине. Гермиона была очень возмущена: она самостоятельная и взрослая, и сама могла заплатить за конфеты! Но Тео её не слушал — сунул монеты продавцу, забрал пакет и протянул ей в руки. Она чуть не взорвалась на месте. Тео лишь отмахнулся, и они пошли дальше. Остальные слизеринцы не цеплялись к ним, когда видели их вместе. Но нападки со стороны Малфоя, конечно, продолжались — как же иначе. Знакомиться с друзьями Гермионы поближе он пока боялся: он же слизеринец, змей, они бы его не приняли. Но Гермиона не сдавалась — хотя и не давила на него. Когда он будет готов, они обязательно все познакомятся и станут одной большой командой.