Глава 26. Те, кто держат щиты

Гермиона резко, со вздохом открыла глаза, словно вынырнула из ледяной, удушающей глубины на поверхность. Легкие обожгло спасительным воздухом, сердце забилось о ребра. Она не сразу поняла, где находится: мягкий полумрак, изумрудные балдахины, запах дорогого парфюма и едва уловимый шлейф табачного дыма. Их общая с Пэнси комната. Прежде чем в её голове успел закрутиться новый вихрь паники и стыда за собственную слабость, матрас рядом с ней прогнулся. Пэнси не стала задавать вопросов. Она не требовала объяснений и не строила из себя холодную аристократку. Паркинсон просто рванула вперед и крепко, до хруста в костях, обняла Гермиону, утыкаясь носом в её растрепанные кудрявые волосы. — Живая, — хрипло, со сдавленным выдохом произнесла Пэнси, сжимая её плечи. — Мерлин, ну ты и напугала нас. Больше никогда, слышишь? Никогда так не делай. Гермиона замерла, её руки неуверенно поднялись, обнимая подругу в ответ. С другой стороны к ней тут же прижалась Джинни, осторожно накрывая их обеих теплыми ладонями, все еще согретыми бытовым заклинанием. Это надежное кольцо из девичьих рук подействовало лучше любого успокоительного зелья. У окна раздался тихий, прерывистый звук — Драко глубоко, облегченно выдохнул, выпуская изо рта последнюю струйку дыма. Он до последнего стоял неподвижно, не позволяя себе расслабиться, пока не убедился, что её глаза открыты и дыхание выровнялось. Драко бросил быстрый, выразительный взгляд на Тео и Блейза, стоявших у двери. В его серых глазах, еще секунду назад полных паники, теперь кристаллизовалась чистая, ледяная ярость. Парни поняли его без слов. Слизеринская солидарность не требовала лишних объяснений: эти ублюдки перешли черту, за которой дипломатия заканчивалась. — Девочки, мы отойдем, — ровным, обманчиво спокойным голосом произнес Малфой, туша сигарету о подоконник. — Нужно уладить кое-какие дела, чтобы слухи из Выручай-комнаты не расползлись по всей школе. Отдыхайте. О том, что под «улаживанием дел» подразумевается жесткая, показательная порка Поттера и Уизли прямо в их собственной башне, Драко, разумеется, промолчал. Ни к чему девочкам было знать, под какими углами будут ломаться гриффиндорские носы.  Блейз лишь коротко и хищно усмехнулся, поправляя рукава рубашки, а Тео крутанул в пальцах палочку, на конце которой зловеще заискрило. Дверь за парнями бесшумно захлопнулась. — Так, — Пэнси мягко отстранилась от Гермионы, но продолжала держать её за руки, заглядывая в бледное лицо. — Никаких разговоров о том, что произошло в Выручай-комнате. Этих двоих для нас больше не существует, ясно? Их просто стерли. Джинни, тащи ту коробку с шоколадными лягушками, которую Нотт спрятал под моей кроватью, и неси настойку. Будем лечить нашу змею проверенными методами. Джинни тут же нырнула под кровать, победно выуживая огромную жестянку со сладостями. — И не забудь про маггловский журнал, который Блейз притащил из Лондона, — добавила Пэнси, устраиваясь в ногах у Гермионы в своих удобных домашних штанах и открывая первую коробку. — Будем критиковать ужасные наряды их моделей и пить успокоительное. Гермиона, даже не вздумай протестовать. Сегодня ты просто лежишь, ешь шоколад и слушаешь, как мы с Джинни перемываем кости всему преподавательскому составу Хогвартса. Гермиона попыталась слабо улыбнуться. Горло все еще саднило после крика и удушья, но тепло, исходившее от Джинни и Пэнси, медленно заполняло ту страшную, пустую дыру, которую оставил после себя скандал. Ей не нужно было притворяться сильной. Ей не нужно было соответствовать чьим-то ожиданиям. В это же время в коридорах, ведущих к гриффиндорской башне, три силуэта двигались быстро и абсолютно бесшумно. Драко шел впереди, засунув руки в карманы черной куртки, и каждый его шаг отзывался глухим, опасным эхом. Они не собирались использовать сложную магию. Сегодня Слизерин собирался вернуть долги старым, проверенным физическим способом — кулаками. И мантии с формой им для этого были точно не нужны. Рядом, засунув руки в карманы свободных спортивных брюк, бесшумно двигался Блейз. На его губах застыла та самая холодная, пугающая улыбка, с которой его мать обычно отправляла на тот свет очередного мужа. Тео замыкал шествие, лениво перекатывая в пальцах тяжелую зажигалку — щелк, щелк, щелк. Этот металлический звук в тишине пролетов звучал как обратный отсчет. — Как думаешь, Поттер сразу начнет скулить про «кодекс чести»? — тихо, почти ласково спросил Тео, когда они миновали крутую винтовую лестницу. — Мне плевать, что он начнет, — отрезал Драко. Его голос вибрировал от ледяной, концентрированной ярости. Каждое воспоминание о том, как Гермиона задыхалась на камнях Астрономической башни, пока её бывшие друзья поливали её грязью, ввинчивалось в его мозг раскаленной иглой. — Я не собираюсь с ним разговаривать. — Уизли мой, — подал голос Забини, даже не повернув головы. — Его рожа слишком долго просила кирпича. Еще с первого курса. А то, что он сегодня вякнул в сторону Джинни и Грейнджер… За это я ему лично челюсть на бок сверну. Они вывернули в коридор, ведущий к гриффиндорской башне. И им даже не пришлось искать пароль, чтобы пройти внутрь — удача сегодня явно была на стороне Слизерина. Поттер и Уизли обнаружились прямо на подходе к портрету Полной Дамы. Они стояли у окна, яростно о чем-то споря.  Рон активно размахивал руками, его лицо в лунном свете казалось уродливо-багровым, а Гарри злобно пинал носком кроссовка каменный выступ стены. Они были так увлечены своей обидой и своей «правотой», что заметили приближение парней только тогда, когда тень Малфоя перекрыла им лунный свет. — О, гляди-ка, Поттер, — Рон резко обернулся, заметив троицу. Он тут же попытался вернуть себе наглый вид, хотя в глазах на секунду мелькнул страх. — Змеи выползли из своего подвала. Что, Малфой, пришел заступиться за свою подстилку? Драко не ответил. Он не стал тратить время на слизеринские колкости, к которым Гриффиндор так привык. Вместо этого он просто сделал один шаг вперед и с глухим, костедробительным звуком впечатал кулак прямо в челюсть Рона.  Уизли отлетел назад, снося собственной спиной тяжелую напольную вазу, и с грохотом рухнул на пол, мгновенно заливая воротник рубашки из разбитого носа. — Какого хера?! — крикнул Гарри, мгновенно дергаясь назад и запуская руку в карман джинсов за палочкой. Но достать её он не успел. Теодор Нотт, двигаясь с грацией натренированного загонщика, перехватил его запястье.  Раздался резкий хруст, и Поттер вскрикнул от боли, когда Тео с размаху прижал его спиной к холодной стене, вдавливая локоть ему в горло. — Палочку убрал, герой, — прошипел Тео прямо в лицо ошеломленному Гарри, чьи очки съехали набок. — Сегодня без магии. Чистый физический ущерб. Ты же у нас любишь маггловские методы, Поттер? Давай проверим, как твое лицо держит удар. Блейз Забини тем временем уже стоял над пытающимся подняться Роном. Сверкнула белоснежная улыбка, и Блейз с носка, тяжело и прицельно, зарядил Уизли под дых, заставляя того согнуться пополам и судорожно ловить ртом воздух. — Это тебе за Джинни, мразь, — тихо сказал Блейз, хватая Рона за рыжие волосы и заставляя поднять голову, чтобы нанести следующий удар кулаком прямо в челюсть. — А это — за Грейнджер. Коридор перед гриффиндорской башней превратился в зону глухой, беспощадной бойни. Полная Дама на портрете в ужасе закричала и скрылась в соседней раме, но парням было плевать. Они выбивали из «золотых мальчиков» всю ту дурь и эгоизм, которыми те душили Гермиону на протяжении стольких лет. Драко перешагнул через хрипящего Рона и подошел к стене, где Тео продолжал жестко удерживать Поттера. Гарри пытался вырваться, его глаза за стеклами съехавших очков горели яростью и бессильной обидой. — Отпусти, Нотт! — прохрипел Гарри, дергаясь всем телом. — Малфой, ты только и можешь, что исподтишка нападать… Драко остановился в полушаге от него. Спокойный. Слишком спокойный. Он посмотрел на Поттера сверху вниз — так, словно перед ним была не знаменитость и спаситель мира, а назойливое, грязное насекомое. — Поттер, — тихо, почти шепотом произнес Драко, и от этого тона Гарри невольно затих. — Ты действительно думал, что вам двоим всё сойдет с рук? Что можно прийти в наше пространство, вылить свое эгоистичное дерьмо на человека, которого вы ломали годами, а потом просто пойти спать в свои теплые гриффиндорские постели? — Она предала нас! — выплюнул Гарри, хотя голос его дрогнул от нехватки воздуха под локтем Тео. — Она ушла к вам! Слизерин… вы же Пожиратели! Она забыла, кто её пытал?! Она забыла… Драко не дал ему договорить. Короткий, точный удар под дых заставил Поттера заткнуться и согнуться, насколько позволяла хватка Нотта. Гарри судорожно закашлялся. — Это вы забыли, — Драко схватил Гарри за грудки его куртки, с силой встряхивая и заставляя смотреть прямо на себя. — Вы забыли, кто вытаскивал ваши задницы из каждой задней мысли Волдеморта. Вы забыли, как она кричала в моем поместье, пока вы сидели в подвале. Ты, Поттер, великий герой, знал про чертово клеймо на её руке? Знал. И что ты сделал? Заставил её прятать его, чтобы мамочка Уизли не расстраивалась за чаем? Гарри молчал, тяжело дыша, на его щеке уже наливался синяк от удара Тео, а на губе выступила кровь. Рядом раздался глухой удар и истошный стон. Блейз методично, без капли жалости вколачивал Рона в каменный пол. Уизли уже даже не пытался драться — он просто закрывал голову руками, скуля от боли. — Хватит с него, Блейз, — лениво бросил Тео, бросив короткий взгляд на бесформенную кучу, в которую превратился Рон. — Ему еще завтра как-то свои зубы с пола собирать. Забини остановился, тяжело дыша. Он брезгливо вытер костяшки пальцев о штаны и напоследок пнул Рона в бок. — Если я еще раз услышу, Уизли, что ты открыл свой грязный рот в сторону Джинни или Гермионы, — тихо пообещал Блейз, — я сделаю так, что ты до конца жизни будешь питаться через трубочку. Драко тем временем толкнул Гарри обратно к стене. Поттер едва удержался на ногах, поправляя сломанную дужку очков. — Слушай меня внимательно, Поттер, — Драко заглянул ему прямо в глаза, и в его серых зрачках Гарри увидел то, чего никогда не видел раньше — абсолютную, непоколебимую готовность уничтожать за Грейнджер. — Время, когда Гермиона была вашей удобной функцией, официально закончилось. Больше у неё нет гриффиндорского прошлого. Она — Слизерин. Она наша. И если ты или этот рыжий кусок дерьма подойдете к ней ближе, чем на пушечный выстрел… Поверь, мне плевать на Министерство, на Макгонагалл и на твой статус героя. Я сотру вас двоих. Малфой развернулся и пошел прочь по коридору. Блейз и Тео двинулись следом, даже не обернувшись на стоны позади.  Полная Дама так и не вернулась в свой портрет, оставив гриффиндорский лаз пустым и беззащитным. Парни возвращались в подземелья. Лица их были мрачными, но внутри у каждого горело дикое, правильное удовлетворение. Долг был выплачен.