1.

Тяжело быть вором. Особенно, когда ты девушка-подросток пятнадцати лет. Мария Филимонова, известная как "Кукушка". Это погоняло ей дали еще в начальных классах. Умная, с длинными шатеновыми волосами, вечно серьёзные карие глаза и очень уж вспыльчивая, что часто оборачивалось против нее. Война обошлась с ней жестоко. Еще в первый год отца убили на фронте, а на второй мать расстреляли немцы. Пришлось бежать. Здесь она и свернула на кривую дорожку. Собрав шайку таких же бедняг сирот из трех парней и, помимо самой Маши, одной девушки, они стали грабить. Грабили обычно склады с продовольствиями, нередко приходилось убивать. Кукушка быстро привыкла к виду крови, так что часто просто не замечала ее, в том числе на себе. Ее группировка не была промахом, делали все чисто, быстро, а главное ни разу не попадались. Но в этот раз судьба сыграла с ними злую шутку. Пробравшись в очередной склад, они стали быстро стаскивать оттуда мешки с едой. Весь день лил жуткий ливень, пробирало до костей. Самый младший из них, неся очередной мешок, вдруг поскользнулся и упал. —Блин, Хмурый, ну говорила же, аккуратнее! —другая девушка скинула с себя мешок и подошла, чтобы помочь тому подняться. —Бля, ребят, потише нельзя?! —Кукушка, стоявшая у саней, была явно не довольна шумом от младшего, что, кажется, подвернул ногу. Блондинка только протянула руку, как вдруг увидела у головы парнишки ствол. Медленно подняв голову, она увидела того самого охранника, который должен был быть мертвым. —Слышь, Ворон, ты же убил его..—совсем лысый парень, по прозвищу Печка, перевел взгляд на друга. Все застыли. —Давно вас, сволочей, нужно было всех перестрелять..—тот сам еле держался на ногах, но в его глазах была жгучая ненависть, нарастающая с каждой секундой все больше. Кукушка присела за сани, пропав из его поля зрения. Она стала медленно пробираться за его спину, чтобы добить. Но в следующее мгновение в ворота начали долбиться милиционеры, и охранник из последних сил стал расстреливать детей, после чего сам упал замертво. На глазах Маша потеряла всех своих товарищей. А в следующий миг ее саму везли в тюрьму. Ее завели в комнату, из которой до этого доносился шум. Как только она зашла, толпа стихла, уставившись на нее. Повсюду сидели такие же малолетки, только чуть помладше ее самой. —Да ладно, неужели к нам девку подселили? —усмехнулся один из мальчишек. —Слышь, сильно там не радуйся. —Маша осмотрела каждого парня и присела на верхнюю койку. По соседству от нее сидел какой-то блондин с перебинтованной головой. Кажется, он тут единственный был ее ровесником. —Эй, особенная, тебя как звать хоть? —спросил тот самый блондин. —Кукушка. И че это я особенная? —Кот. —они пожали руки. —Ну как это "почему"? Единственная дева, да еще и погляжу, серьезная такая. Он махнул головой на ее незначительные татуировки на руках. —Вор? —спросил он. —Вор. —Так и знал. Я тоже. Через пару минут зашел милиционер и забрал Кота. Краем глаза Кукушка увидела, что тот спрятал под матрас ножик. В ту же минуту к ним в камеру завели двух старшаков. Они не понравились никому. Борзые, всем хамили и вели себя, как будто круче всех. По жизненному опыту Маши, таких всегда первых убивали. И она не сомневалась, что это не будет исключением. Через пару минут вернулся Кот. Он быстро запрыгнул на свою койку, проигнорировав новеньких. К тому моменту мудилы достали пару мальчиков, и вдруг заметили девушку. —Я не понял, ты че глухой что ли? —сказал один из них, сидевший прямо под блондином. —Да подожди ты. Смотри, какая красота здесь сидит. Кукушка сразу спрыгнула с койки, встав напротив второго урода. —А ты чего молчала, красотка? Стеснялась? —Для тебя я товарищ Кукушка, мудак. —напряжение достигало пика. —Ого, даже так? Товарищ? —они засмеялись. Сидевший до этого только собирался встать, как вдруг Кот приставил ножик ему к горлу. —Слышь, чепушила, тронешь ее - я тебе кадык голыми руками вырву. —сказал он тихо. Разговаривавший до этого с девушкой вдруг обернулся, услышав какие-то шорохи. Прежде, чем он успел хоть тронуться с места, Кукушка развернула его обратно и ударила кулаком по лицу. —Бей! —закричал Кот. Тут же в камере началась бойня. Вся толпа накинулась на этих двоих, наконец вымещая всю злость, что накопилась у них из-за этих же самых гостей. Забежали двое милиционеров, разогнав всех по двум сторонам. Но было поздно. Двое тело лежали уже без дыхания, забитые насмерть. —Сволочи. —сказал один из мужчин в форме, оглядев всех заключённых. Когда они вытащили тела, Кукушка запрыгнула обратно на койку. Вид крови вдруг вызвал у нее странные ощущения, перед глазами начала застилаться пелена. Но ее успел вытащить из надвигающегося кошмара Кот. —А ты и вправду особенная. —тихо сказал он, чуть наклонившись к ее спальному месту. —Почему это? —Не каждая девчонка будет так борзо разговаривать, да еще и первой бить пацана. —Да пошел ты. —усмехнулась она. Спустя некоторое время небольшую компанию, в том числе которой были Кукушка, Кот и его друг Тяпа, поместили в какой-то грузовичок. И они тут же тронулись. Их должны были отвезти в какую-то школу. —Ну, всяко лучше, чем на зоне тухнуть. —завязался разговор у кого-то в кузове. —Да кто тебя судил бы? Ты ж малолетка. По закону нельзя. —Ага, а еще по закону воровать нельзя. —встряла в разговор Маша. —Но вы ж воруете. Да людей убиваете небось. —Да ладно тебе. Ты сама то как сюда попала? Все глаза устремились на шатенку, а та, вспомнив последние события, чуть потухла. —Группировка у меня была. Одни сироты там были, недокормленные и недолюбленные. —она подумала, что этого хватит, но парни все не унимались. —Ты тоже сирота? —Ну, а кто, блин?! Отца моего на фронте убили, а мать немцы расстреляли. —А почему ты одна сюда прибыла? Где остальные? —поинтересовался Тяпа, сидевший напротив вместе с Котом. Маша совсем опустила голову. —Нет больше никого. Расстреляли каждую сволочь.