18.

На утро собрали два отряда, которые вчера дрались. Многие еле стояли, были опухшие, с синяками, с разбитыми лицами, и вообще больше были похожи на каких-то чудищ, чем на детей. —Значит так..—говорил Вишневецкий, проходя вдоль первой линии туда-сюда, смотря то в землю, то на лица, кого больше всего подозревал. —Кто-то ночью пробрался в лазарет и убил Хмурого. —это была его кличка. Маша переглянулась с Кучером. Он медленно, едва заметно, кивнул, обозначая, что будет молчать. —И у меня вопрос: кто? Он остановился напротив Тяпы, который все еще был бледный. Кот нахмурился. —А че ты на него смотришь? —спросил старший недовольно. —Во-первых, тебя это не касается. А во-вторых, —он чуть нагнулся к парнише, заглядывая в его полуоткрытые глаза. —Это же Хмурый тебя порезал. Отомстить захотел, да? —Начальник, ты че, ахренел? —заступилась Кукушка, стоящая по другую сторону от Тяпы. —Он стоит еле-еле, а ты про убийство говоришь. Подполковник выровнялся. —Ну..тоже верно. Но я все равно найду того, кто его убил! 17 ножевых! —закричал он. —Вы че, с ума посходили!? Доктор, когда вошел, чуть в обморок не упал! Он столько крови за всю свою карьеру не видел! Кучер повернулся к Кукушке, но та смотрела прямо, немного стыдясь. Парень, конечно, понимал, зачем она туда идёт, но 17 ножевых ранений? Не слишком ли? —Серьезно, блять? —шептал тот. —17? Пока подполковник кричал, Кучер все пытался достучаться до девушки. Кот, заметив это, нахмурился и чуть толкнул его в спину ладонью, еле дотянувшись через два человека. —Кучер! Заткнись нахуй. Че тебе от нее надо? —Да ничего. Общаемся. —Я заметил, как вы общаетесь. Она аж молчит. Наконец, Вишневецкий услышал шептания. Он быстро дошел до них, но Кот успел выпрямиться. —О чем общаемся? —А мы не общаемся. —нагло улыбнулся Чернов. Отпустили их через пару минут, в конце назвав сволочами и пообещал самую строгую меру наказания за это дело. Кукушка пошла к себе, но ее быстро догнал Кучер. —Кукушка, ты че ебнулась? —он говорил тихо, чтоб их не услышали. —Да я подхожу к нему, режу шею..и что-то переклинило. Ну знаешь, да и похрен на этого урода. Я не жалею. Кучер остановился, однако та продолжилась идти, обозначая, что разговор окончен. Ее взгляд был холодный, так, что кровь стыла. Для убийства достаточно было бы и одного глубокого удара, но она не ограничилась лишь им. Сзади медленно подошел Кот, вместе с Тяпой, что уже жевал яблоко, понемногу приходя в себя. —Слышь, Кучер, а ты че к Кукушке пристал? —В смысле? О чем ты? Чернов схватил его за воротник, притягивая к себе. —В прямом, Кучер, ты из меня идиота не делай. На линейке докапывался до нее, щас тоже. Тебе че надо от нее? —Расслабься, Кот, не нужна мне твоя Кукушка. —усмехнулся тот. —Я не это спросил. Кучер напрягся. Они договорились с девушкой ни в коем случае не рассказывать о том, что виделись ночью никому, тем более Коту, что убил бы их обоих. —Да ладно, просто просил ее осмотреть меня. Ну, посмотреть, как там мои раны, а то чет все болит так. —отмазка сама пришла в голову, не пришлось и особо думать. —В медпункт сходишь. Осмотреть его надо. Кот отпустил его и пошел к Кукушке вместе с Тяпой. Только представив, как девушка будет касаться Кучера, приближаться так близко, ему стало плохо. Зайдя вдвоем в палатку, Кукушка усадила обоих на кровать и стала по очереди осматривать. —Тяп, как чувствуешь себя? —Да пойдет. —прокашлявшись, ответил Валя. —А ты, Кот? —С тобой лучше стало. —слабо улыбнулся парень. —Кот, прекрати заигрывать. Я серьезно спросила. Она даже не смотрела на него, перевязывая Тяпкина. Голос ее был тише обычного, зато без мягкости, к которой успел привыкнуть Чернов. —А че ты сегодня такая серьезная? —старший тоже перестал улыбаться. —Обычная. —Да нет..как начальник про этого Хмурого рассказал, так у тебя сразу что-то с настроением стало. Кукушка застыла. Неужели Кот заподозрил, что это она убила его? Тот резко притянул ее к себе за рукав свитера. —Он тебе так дорог был? Все сомнения тут же развеились. Беспричинную ревность парня всегда можно было распознать. Он даже не шифровался, а если пытался, то получалось плохо. Эту резкую агрессию, холодные глаза, желание, чтобы та была рядом, не спутать ни с чем. —Блин, Кот..ну что ты несешь? —голос ее смягчился. —А как мне еще понимать это? —Бля, только выясняйте свои отношения, когда меня нет. И так бошка раскалывается..—пробурчал Тяпа. —Заткнись, Тяпа, не с тобой говорят. —сгрубил Кот. Но Кукушка тут же переключилась на младшего. Быстро окончила перевязку, дала выпить таблетку и отправила в свою палатку, отдыхать. Чернов все это время сидел, пристально следя за действиями Филимоновой. Его раздражало то, как быстро она переключилась с их разговора на Тяпкина, не удосужившись отвечать хотя бы параллельно. —Так ты мне ответишь? —спросил Кот, когда младший ушел. —Чего еще? —Что у тебя с этим Хмурым было? Он встал, скрестив руки на груди. —А тебе какое дело? Я не твоя девушка и отчитываться перед тобой не собираюсь. Она старательно избегала взгляда с ним, делая вид занятости: убирала вещи в аптечку, мельтишилась по палатке, словно убирается. Косте это скоро надоело. Он схватил ее за плечо, останавливая прямо перед собой. —Отвечай. Я твой старший. Обязан знать, с кем ты тут спишь. —Что?! Чернов, ты ахуел, что-ли?! Я даже клички его не знала до сегодняшнего дня! —Тогда почему тебя так заботит его смерть?! Кукушка замолчала, придумывая, что ответить. —Блин, ну..ты же знаешь, как меня напрягают в последнее время смерти. А тут убийство, да еще такое..что за сволочь только 17 ножевых могла нанести? И она среди нас. Это пугает. Видя, какие испуганные глаза у шатенки, как тихо она говорит, Кот больше не мог злиться. Он выдохнул, притягивая девушку к себе в объятия. Та покорно прижалась, словно ищет защиты. —Боже, Кукушка..никто тебя не тронет. А если тронет - лично руки оторву. Ты ж особенная у нас, значит фортовая. —Ага, такая фортовая, что сюда попала. Да и ты сам говорил, что особенных не любят. —Значит придется полюбить. Они посмеялись. И Кукушка выдохнула, понимая, что, вроде как, отделалась. Но долго ли она сможет держать эту сказку про обычный испуг? Да и не раскроет ли ее сам полковник с офицерами? В большей степени стоило надеяться на Кучера, ведь если тот проболтается - всему конец. Ему, за то, что не остановил, сделают максимум выговор, но вот Кукушку точно ждет расстрел. Приходилось надеяться.