Встреча с прошлым

Неделя после заявления. Сеул. Ресторан в центре города. На Ён сидела за столом, сжимая в руках салфетку. Напротив — её мать, Пак Суён, и отец, Пак Чжэвон (тот, кого она всю жизнь считала родным, пока не узнала правду). Рядом с ними — родители Юнги. В углу комнаты, за отдельным столиком, сидели Чимин и Юнги. Они не вмешивались, но были рядом. — Ты сильно изменилась, — сказала мать, не поднимая глаз. — Годы в приюте меняют, — ответила На Ён холодно, но не зло. — Как и осознание того, что тебя бросили. — Мы не хотели... — Хотели или не хотели — не важно, — перебила На Ён. — Вы оставили меня. И жили дальше. Отец Чжэвон молчал. Он выглядел старым, уставшим. — Я виноват, — сказал он наконец. — Я не смог принять тебя. Не смог простить измену. И ты стала напоминанием о боли. — Я — человек, — тихо сказала На Ён. — Не напоминание. — Знаю, — он опустил голову. — Поздно понял. Повисла тишина. Мать плакала. — Прости меня, — прошептала она. — Я сломалась в тот день. Мне казалось, что если ты исчезнешь, всё наладится. Но ничего не наладилось. Я потеряла тебя. И себя. — Ты не потеряла меня, — ответила На Ён. — Ты выбросила меня. Это разные вещи. — Я знаю. И я буду жить с этим всю жизнь. На Ён смотрела на неё долгим взглядом. Внутри боролись гнев и жалость. — Я не могу простить, — сказала она. — Не сейчас. — Понимаю. — Но я не хочу ненавидеть, — продолжила На Ён. — Это отнимает слишком много сил. Она встала. — Давайте жить как незнакомцы. Я не буду искать встреч. Вы — не ищите. Если судьба столкнёт — поздороваемся. Но не больше. — На Ён... — мать протянула руку. — Я уважаю вас, — сказала На Ён. — Потому что вы мои родители. Но я не обязана вас прощать. И не обязана делать вид, что ничего не случилось. Она повернулась и вышла. Чимин и Юнги переглянулись. — Простите, — сказал Чимин родителям. — Ей нужно время. — Мы подождём, — ответила мать, вытирая слёзы. Юнги молча кивнул и вышел следом. На улице. Машина. На Ён сидела на заднем сиденье, глядя в окно. Не плакала. Просто смотрела на проплывающие огни. — Как ты? — спросил Чимин. — Пусто, — ответила она. — Думала, станет легче. А стало просто... пусто. — Ты была смелой, — сказал Юнги. — Сказать им правду в глаза. Не каждый на это способен. — Я не ради смелости. Я ради себя. — Это правильно, — кивнул Чимин. — Иногда нужно быть эгоистом, чтобы выжить. Она повернулась к ним. — Спасибо, что были рядом. — Мы всегда рядом, — ответил Юнги. — Ты же наша сестра. Общежитие. Гостиная. Тэхён ждал её. Когда На Ён вошла, он поднялся, посмотрел в глаза. — Тяжело? — спросил он. — Тяжело, — ответила она. — Но я справилась. — Ты справилась, — он обнял её. — Молодец. — Я сказала им, что мы незнакомцы. — Это было мудро. — А не жестоко? — Иногда жестокость — это честность, — ответил Тэхён. — Ты не хотела им навредить. Ты хотела защитить себя. Она уткнулась носом в его плечо. — Почему всё так сложно? — Потому что мы живые, — он погладил её по голове. — Жить — это сложно. Час спустя. Комната На Ён. К ней зашли все ребята. Не с пустыми руками — с чаем, печеньем, пледом и тёплыми словами. — Мы гордимся тобой, — сказал RM. — Ты держалась как королева, — добавил Джин. — А если станет грустно — мы тут, — сказал Джей-Хоуп, сжимая её ладонь. Чонгук просто молча обнял её. — Спасибо, — прошептала На Ён. — Вы — моя настоящая семья. — И это навсегда, — ответил Чонгук. Она улыбнулась — впервые за этот долгий день. Ночь. Балкон. Тэхён вышел вслед за ней. — Ты не спишь. — Не могу. — Думаешь о них? — Думаю о том, как странно устроена жизнь. Мать, которая бросила меня. Отец, который не смог полюбить. И братья, которые нашли меня, когда все потеряли. — Судьба, — сказал Тэхён. — Ирония, — ответила она. Он взял её за руку. — Скажи мне что-нибудь хорошее. — Ты вспомнил меня, — сказала она. — Это хорошее. — Это лучшее, что случалось со мной за последние месяцы. Они стояли на балконе, глядя на звёзды. Холодные, далёкие, но такие желанные. — Тэхён? — Ммм? — Я рада, что ты есть. — Я тоже. Он поцеловал её в макушку. — Пойдём спать. Завтра новый день. — Трудный? — Но мы справимся. Она кивнула. Они зашли в комнату. За окном горел Сеул. Жизнь продолжалась.