Часть 1

Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Драко Малфой обнаружил, что он у себя в постели превратился в белого хорька. Сидя в камере предварительного заключения в подземельях Министерства Магии, он знал, что скоро наступит его очередь. Чертова Грейнджер обожала практиковать трансфигурацию на Пожирателях Смерти. Вчера, откинувшись на холодную стену своей камеры он наблюдал, как Долохов летал по коридору в обличье воробья. Нет, им не было больно, но было страшно ощущать себя в чужом теле. Своего рода — пытка. Это сбивало с толку, и многие Пожиратели давали слабину и раскалывались под страхом вечной жизни в животном теле. Он забился в угол постели, заметив приближение кудрявого чудища с палочкой, направленной на него. Бежать было некуда. Она потянула к нему руку, он учуял ее запах мокрым носом. Хорьковое тело тряслось от страха, а сердце колотилось, что есть сил. Драко был смелым и не позволил бы себе проявить страх, но новая шкура лишала его воли, он не нападал, пока она была с ним ласкова. Девушка протянула руку и погладила его шкуру. — Всегда бы ты был таким ручным. Чертова психопатка — Такой Халосенький. Он затрясся еще сильнее, увидев ее оскал. — Не бойся, я пришла поговорить. Иначе ты бы не стал слушать. Я уговорила Гарри свидетельствовать в Визенгамоте в твою пользу. Ты должен просто не мешать нам. Я вытащу тебя, обещаю. Безмерная любовь этой девушки порождала в нем тонну гнева. Она была себе на уме, она не хотела подчиняться, более того, она его даже не слышала. Он наследник древнейшего рода Малфоев из Священных двадцати восьми! Никто не имеет права его судить и манипулировать таким гнусным способом. Хорек резко повернул голову и ухватил палец. Кровь брызнула на белую шерсть. — За что?! Я пришла помочь! Я не просил! Когда ты начнешь уважать мои желания, мать твою. — Ты артачишься из гордости! Тебя отправят в Азкабан, — она задохнулась от возмущения. Надо же было связаться с девчонкой-магглой. Она заставит его жить, даже против его воли. Драко Малфой давно смирился со смертью и хотел встретить ее как наследник великого рода, как аристократ из древнейшей семьи, смотря на смерть сверху вниз ледяным взглядом преисполненным высокомерия и снобизма. — Ты наказываешь себя. Но Драко не наказывал, он просто хотел играть по своим правилам. Он сам выбрал смерть, не желая, чтобы за него выбирали палачи и судьи. Драко Малфой не будет трястись в ужасе в ожидании приговора, как жалкий хорек при виде хищника. Он войдет в судебный зал с гордо поднятой головой, источающий великолепие и внушающий неловкость всем, кто встретится с ним взглядом. В последний раз он поразит их льдом. — Когда все кончится, мы будем вместе, — что-то соленое капнуло на простынь. Он хотел бы этого, но не путем своего глубочайшего унижения. Быть с человеком, который лишает его выбора — неприемлемо. Жить в страхе, что тебя могут лишить возможности стоять на двух ногах. Она позволяет себе творить любую хрень под соусом благих намерений. Слезы — очередная манипуляция. Он спрыгивает с постели и перемещается в противоположный угол камеры, случайно задевая ее нежную руку тонким хвостом. — Не обижайся, Драко. Просто уйди нахрен, Грейнджер. — Мне пора. Если ты будешь клеветать на себя в суде, я наложу на тебя Силенцио. Поспи сегодня, завтра тяжелый день. Девушка бросила на белую шкурку последний взгляд, закрыла решетку и удалилась. Хорек заметался по клетке, поняв, что она не вернула ему прежний вид. Сука Заклинание скоро спадет само, проще будет просто уснуть в камере, возможно это его последняя ночь. Зверек лег на постель, свернул тельце в удобную позу и глубоко выдохнул. Тело животного влияло на восприятие Драко. Злость понемногу утихала, его окутывал запах ее тела, оставшийся на постели и запах ее крови на его шкурке. Ее слишком яркие глаза, запутанные волосы, бесячие принципы, маггловская тупость и сраный альтруизм. Он жаждал уйти гордо, а из-за Грейнджер теперь сдохнет тут как крыса. Или, что еще хуже - останется жить, униженный отсутствием выбора. Он ненавидел это, его уже лишали выбора, об этом напоминала темная метка на его запястье, которой не было видно в обличии хорька. Носить ее было тоже унизительно, ведь он не выбирал ее, как и шкуру бесполезного животного. Завтра они попытаются вновь лишить его выбора и это ужасно бесит. Драко Малфой проснулся от сильнейшего стояка — ему опять снилась Грейнджер. Из коридора доносились голоса других заключенных, ожидавших суда и завтрака. Его кожа пахла шерстью, а камера пахла плесенью. Скоро его поцелует дементор, хотя обвинения ему еще никто не предъявил. Вот бы в последний раз ее увидеть. Драко отказался от завтрака, наслаждаясь возможностью выбора. Его заковали в цепи и завели в зал суда. Вот она сидит, вздернув подбородок среди сливового убожества. Попыталась изобразить улыбку на напряженном лице. Мнет пальцами какую-то бумагу — наверное заготовила речь. — Визенгамот магической Британии рассматривает дело Драко Люциуса Малфоя, обвиняемого в действиях, совершенных в период Второй магической войны и непосредственно связанных с деятельностью Тёмного Лорда. Суду предстоит установить, являлся ли обвиняемый сознательным участником преступной организации, либо же действовал под принуждением. Затем сливовые бюрократы зачитывали показания против Драко так долго, что он заскучал. Намного интереснее было смотреть, как отчаянно она за него билась: — Прошу зафиксировать, что Драко Малфой сделал свой выбор, опустив палочку в астрономической башне. — Мисс Грейнджер, выбор сделанный под давлением выбором не является. — Что ж, Драко Малфой принял темную метку под давлением, значит, это не являлось его выбором. — Нет, мисс, в данной ситуации его выбор являлся действием. — Но сэр, в таком случае его выбор не выдавать нас Белатриссе Лестрейндж в поместье Малфоев являлся действием в пользу Ордена Феникса. — Нет, мисс, в обозначенной ситуации он присутствовал там, где ему не следовало присутствовать, а значит он выбрал там присутствовать. — Но сэр, Драко присутствовал также и в Хогвартсе во время финальной битвы на стороне Ордена Феникса и бился вместе с нами, хотя, будучи Пожирателем смерти, ему не следовало там присутствовать, а значит он выбрал там присутствовать! — Достаточно! Вы путаете суд, мисс Грейнджер. Драко был готов к провокациям. Он не стал закатывать свои потрясающие глаза и раздувать от возмущения крылья носа. Он лишь наблюдал за дрожащими нежными руками и вслушивался в ее нервный голос. — В случае Драко Малфоя, Суд обращает внимание, что отсутствие выбора совершить преступление не свидетельствует об отсутствии намерения совершить преступление, а значит и о невиновности. Суд также не утверждает, что обвиняемый обязательно хотел совершить преступление. Напротив, в подобных делах намерение обычно обнаруживается уже после поступка, а поступок не был совершен в полной мере. Но, что мы знаем точно, Драко Малфой принадлежал к системе, не принадлежав ей полностью, что и делает его участие особенно подозрительным. Грейнджер вся покрылась красными пятнами, всерьез пытаясь вникнуть в этот словесный мусор. — Драко Люциус Малфой, обвиняемый в покушении на убийство Альбуса Дамблдора, содействии Темному лорду и членстве в Пожирателях смерти. Суд выносит вердикт “Виновен” и приговаривает вас к поцелую дементора. На его лице не дрогнул ни один чертов мускул. Зато внутри него что-то оборвалось, когда он услышал ее душераздиращий крик. — Нет! Драко! — рыдания Гермионы заполнили зал суда. Темные капюшоны плавно подплыли к скамье подсудимого. Драко встал и краем глаза увидел движение палочки, из которой вырвалось голубоватое свечение ее патронуса, который, к его изумлению, приобрел очертания хорька. Зверек бросился через весь зал на его защиту. Кто-то сливовый прогнал мерцающее животное и теплая магия Гермионы его покинула. Драко посмотрел на нее в последний раз. На его лице блестели слезы счастья и улыбка. Наконец-то все происходит так, как он задумал. Даже дерьмовый выбор — это его выбор. Это чертово решение великого Драко Малфоя.