Часть первая: В путь! Глава 1. Страдания Русского ветра.

Умом Россию не понять… Хорошо там, где нету нас… Множество раз в лысеющей и меланхоличной своей голове повторял эти знакомые русскому человеку афоризмы коллежский учитель русской и зарубежной литературы – Геннадий Федорович Иванов, - мужчина 50 с лишним лет, всегда безупречно и солидно одетый, в очках «авиаторах» и с рыжими (в некоторых местах уже седыми) волосами. У него были изящного вида усы навроде таких, какие носят байкеры: буквой «п», начинающейся у носа шапкой и ножками уходя к уголкам рта и ниже. Многие студенты шутили про него, что, мол, если б он налысо побрил свою голову, то был бы похож на Уолтера Уайта из сериала «Во все тяжкие». То был человек, давно и глубоко смирившийся со всем; он любил повторять на своих лекциях: «народ достоин своего правителя; какой народ – такой правитель; ибо если бы это стадо под названием «граждане» что-то не устраивало, то они давно б уже возмутились и взбунтовались против правительства, а поскольку им все равно на себя и на своих детей, то почему правительству не должно быть все равно на них? Они и дальше будут видеть в своем народе неразумный скот, а народ будет и дальше неразумным скотом». Часто видели его, едущем в автобусе, с глубоко задумчивой и печальной миной; утром он смотрел на хамоватых старух, толпой лезущих в автобус и едущих куда-то с непонятной целью (этих же старух он толпами видел, шарящих по мусорным бакам в поисках просроченных продуктов; еще более он поражался тому, что они устраивали драки в очередях за этим самым просроком), а вечером, возвращаясь домой с работы, он видел всяческую пьяную дрань, обезьяноподобных чурок, пристающих к молодым девушкам; зайдя же в торговый центр за покупками он видел лохматых чудовищ - подрастающее солевое поколение дегенератов, - прыщавые лица и туповатые глаза, они откисали на лавочках, куря вэйп и попивая энергетики. И во всем этом отражалась для него нынешняя Россия; нет ничего страшнее для интеллигента, чем попасть в дурное общество, а Геннадий Федорович там жил. Жил и терпел. Он чувствовал себя не в своей тарелке, но ничего не мог с этим поделать в силу того, что не имел средств для эмиграции. Он как будто застрял в кошмарном сне; он недоумевал: как страна с таким богатым культурным наследием докатилась до такого? Кто виноват? Это насколько тупыми и никчемными надо быть, чтобы забыть свое человеческое достоинство, превратиться в скот и идти шариться по помойкам? Он держался, держался изо всех сил и не умирал, может быть потому, что не хотел потом переродиться в одной из таких русских семей, где у него уже не будет шанса на такое глубокое и осознанное понимание происходящего, где он просто примкнет к стаду и превратится в скот. Но человеческая сущность не способно так долго страдать и в конечном итоге в один из вечеров Геннадий Федорович решил выбрать иной путь: медленное саморазрушение через алкоголь. Так, в полном и угрюмом одиночестве уселся он в своем кресле, потягивая пиво через жестяную банку; в полу-пьяном забытьи плавали в обширном уме его мысли, что это государство сделало его таким и что он встал на эту тропу благодаря нему; постепенно государство пухло, танцевало в виде множества чертей, раздувалось и превратилось в некое лавкрафтовское чудовище невероятных размеров… В голове его играли песни группы «Nautilus Pompilius» и он медленно погружался в сон… На следующий день он проснулся в ужасном похмелье в середине дня, выпил два граненых стакана воды и устремился взглядом в окно: стоял чудесный майский денек, но… не может быть… все куда-то бегут с чемоданами, с ручной кладью; машины, доверху набитые всяческим снаряжением: начиная от палаток, заканчивая резиновыми сапогами и инструментами. Неужели все эмигрируют? – подумал он. Какая-то суматоха. Может, случилось какое-то бедствие или очередной беспилотник? Он включил телевизор; по новостям передавали, что вчера был обнаружен в Пермском крае в районе «каменного города» или, как его еще называют, «чертово городище», некий колодец, покрытый древними языческими рунами. Как выяснилось, охотник, обнаруживший его, в шутку кинул туда рубль и загадал удачную охоту; в итоге не прошло и минуты, как из чрева этого колодца стали стаями вылезать медведи и, разумеется, напали на местных туристов; погибло 13 человек. Когда же стали искать причину такой медвежьей вспышки, то охотник тут же все выдал и рассказал про якобы волшебный колодец; разумеется, никто ему не поверил, а когда он сам решил отвести репортеров в сопровождении спасателей и других охотников туда, к этому колодцу, то все были чрезмерно удивлены, когда этот же охотник кинул туда еще один рубль и загадал добрый бочонок мюнхенского пива, желание его тут же исполнилось: из воздуха над колодцем сформировался бочонок. Эта новость за несколько часов облетела весь интернет и в эту глушь устремились все авантюристы, подмываемые жаждой наживы. Геннадий Федорович подумал, что теперь он сможет изменить свою жизнь к лучшему и принялся собирать чемодан. В путь! – радостно воскликнул он.