Глава 3. Быть неудачником – это выбор?

Вот он, этот забытый богом и никому не нужный неудачник – 33 летний Всеволод Васильевич; он бредет домой с работы, понурый и усталый; он остановился, прикурил и посмотрел на звезды; у него нет машины и образования, кроме 9 классов и армии; у него две жены и два развода; двойные алименты, а также четверо детей от той и от другой жены; родственники его не любят и он сам себя не любит; его племянник – инвалид-колясочник Леха, лохматый забитый ребенок, живущий на пособие, которое полностью забирает себе его пьяный отец и спускает на выпивку; он стоит и курит; вот у него упала сигарета, он нагнулся за ней – и из его синтетической жилетки выпали ключи от дома; он встал на колени и принялся лезть своими пальцами чрез решетку канализации, куда они свалились; безуспешно; он снова посмотрел на звезды и всерьез задумался отправиться на войну: «пусть я там сдохну и за мою смерть родственникам отправят миллионы, хоть где-то от меня будет польза». Он снова нагнулся за ключами – и из его второго кармана выпал кошелек с банковскими картами. Он долго смотрел в зловонную тьму, которая поглотила его добро, потом развернулся и отправился в местный супермаркет с неясной даже себе самому целью. В отделе спиртного он нечаянно наткнулся на своего племянника инвалида, - тот, как обычно, покатил в магазин за пивом по приказу своего полоумного «опекуна». - Здорова, Леша, - сказал Всеволод, мутно смотря пред собой, - ты че здесь так поздно делаешь? Опять отец донимает? О боже, какие у тебя синяки! Это тебя этот болван так нафигачил? Леха молча взглянул на него исподлобья чрез космы свих неряшливых черных волос, хмыкнул и продолжил искать нужную бутылку. - Можешь помочь, дядя? – буркнул он и указал на бутылку, которая стояла на верхней полке. – Не могу дотянуться… - О, да, конечно, - замешкался тот и потянулся за бутылкой, но, когда доставал ее, то задел стоявшие рядом с ней и одна из бутылок с треском разбилась о голову инвалида; он даже ничего не сказал – настолько он уже привык к подобным унижениям; но Всеволод взвизгнул и принялся рассыпаться в извинениях, зачем-то отряхивая вымокшую одежду инвалида. - Спокойно, дядя, все хорошо, отстань. Если уж ты таким родился, таким и помрешь… Разве что тебя только колодец исправит. - Что? – переспросил дядя. – Какой еще колодец? - Ты вообще не следишь за новостями, я так погляжу? – он вздохнул. – Я бы хотел туда попасть. Но действовать сейчас – крайне опасно; сперва надо подождать, посмотреть на людей, а то они толпами в этом «чертовом городище» гибнут. Не зря же гласит пословица: «тише едешь – дальше будешь». – Инвалид многозначительно улыбнулся, глаза его блеснули. - Так о чем речь, скажешь ты мне наконец? – строго спросил дядя. Инвалид по возможности кратко изложил историю своему дяде, рассказав про недавние события, связанные с загадочным колодцем, исполняющим желания. - Да, - продолжал говорить он, понизив голос, как будто рассказывая невероятный секрет, - я тоже сперва не поверил… - В самом деле, Леша, ты за меня придурка то не держи, - недоверчиво хмыкнул дядя. – Я, конечно, всякое повидал на своем веку, но такого точно быть не может, я те зуб даю. Ты, наверн, своих книжек начитался и теперь воображаешь пади чего… Может, тебе писателем или сценаристом заделаться, а? - Не веришь, ну тогда посмотри видео, вот, - инвалид показал ему видеоролик какого-то знаменитого блогера, который подошел к колодцу и загадал миллион долларов, потом захотел еще больше – кинул в колодец одну купюру, но на сей раз загадал два миллиона долларов; над ним появилась гора купюр, которая взорвалась, словно атомный взрыв, а потом разлетелась. Толпа людей, окруживших колодец, принялась загребать деньги себе, а блогер кричал: «Мое! Сами загадывайте! Мои деньги! Прочь!»; «Так загадай сразу триллион долларов – крикнули ему из толпы»; Он в третий раз загадал вышесказанную сумму и тогда денег было столько, что даже экран видео-камеры заслонило денежным дождем. Но тут блогер подошел к колодцу, загадал четвертое желание – и в него ударила молния (при ясном-то небе), после чего кости его обуглились и почернели. - Все равно не верю, - уперто заявил дядя, - это это… ваша нейросеть все, вот! - Да? – не отступал инвалид, зная, насколько упертым бывает его дядя-осел. – Тогда взгляни на это вчерашнее обращение президента Задова по поводу «колодезного инцидента»: «Дорогие друзья, предупреждаю вас, что со стороны наших спецслужб уже выдвинуты меры по блокировке колодца; я призываю каждого гражданина этой страны к ответственности. Любой будет привлечен к ответственности, кто умышленно попытается воспользоваться колодцем во вред себе, другим или к государству. Также я настоятельно призываю вас во избежание опасности остаться дома, а лучше всего запереться на некоторое время и никуда не выходить, пока наши спецслужбы устраняют этот неприятный инцидент». - Ну, - почесал затылок дядя, - на нет и суда нет… ежели так обстоят дела, что президент сказал не высовываться, то, пожалуй, стоит остаться дома… Ехать туда все равно смысла нет: опасно это, вот, что я тебе скажу, парень. - А еще можно наплевать на слова нашего тупого президента и отправиться за миллионами. Посмотри на себя, дядя! Сколько тебе? 33 года, верно? И чего ты добился в жизни? Двух разводов и седины на висках? Тебе наконец выпал шанс изменить свою жизнь! Наверстать упущенное! Доказать, что ты не терпила. Так давай же вместе отправимся туда. С моими мозгами и твоей… эм… силой мы добьемся успеха! - Но, - замялся дядя, - ты ж сам видел: это чертовски опасное предприятие… Видал, что стало с тем блогером? Какого хрена ваще произошло? - Судя по всему, у этого колодца есть какие-то свои правила. С самого начала, как только начали расползаться слухи об этом колодце, я следил за каждой новостью и выяснил одну закономерность: каждый раз, когда кто-то загадывает более трех желаний – колодец карает этого человека за жадность молнией… и жарит до обугливания костей. Видимо, это первое негласное правило колодца: каждому человеку положено строго по три желания. Второе, насколько я выяснил, это: нельзя загадывать чужой смерти; третье правило: нельзя воскрешать из мертвых. - Что ж, раз этот колодец такой могущественный и основные правила нам известны, то можем отправляться в путешествие: чем скорее – тем лучше, - Всеволод значительно приободрился и стал увереннее. – Точно! Надо поспешить, надо успеть воспользоваться им, пока правительство его не запечатало или не разрушило. - Дядя, - спокойно проговорил инвалид, - скорее всего, у этого колодца еще дохренища правил, о которых я не знаю. Пока. Но в скором времени они мне будут известны – я тебе в этом ручаюсь. Сейчас туда съезжаются толпы людей, там такая ужасная возня и давка – никакого признака разума и человечности. Каждый думает только о своей выгоде. Эти глупые людишки – мои пешки; смотря на их действия, я буду делать выводы о колодце; таким образом мне удастся загадать свои желания с наименьшей для себя угрозой. Пока пешки рискуют жизнями – король ждет своей неминуемой победы или поражения, а другие фигуры на доске выполняют всю грязную работу за него. – Инвалид снова маниакально улыбнулся и потер свои изломанные, словно куриные крылышки, руки. - Вот тебе мой прогноз: в скором времени какой-нибудь психопат возомнит себя богом и загадает себе оружие. Начнется хаос, стрельба, взрывы, паника… Теперь понятно стремление правительства устранить колодец. Поэтому мы должны подождать, пока уляжется хаос… и прийти к колодцу по ровной дорожке, вымощенной из трупов глупых людей… - Да они же сломают колодец – и тогда никому ничего не достанется, - дядя чрезвычайно занервничал и вспотел, а от ежеминутного желания сорваться с места и поехать к колодцу он то и дело ходил взад-вперед, чуть не прыгая от волнения и нетерпения. - Я, конечно, не знаю наверняка, - спокойно продолжал инвалид, - но лично мне кажется, что и сломать колодец невозможно. Это одно из его запретных правил, я подозреваю. Иначе давно бы уже нашелся умник, который попытался бы его сломать. Спокойно, мы можем не торопиться. Однако и медлить нельзя: вскоре об колодце узнает весь мир – и тогда все непременно слетятся в нашу страну за колодцем… и тогда доступность его будет для нас под вопросом. - Решено! – в нетерпении и дрожа всем телом, бледный, воскликнул дядя. – Завтра же покупаем билеты от Смоленска – до Москвы с пересадкой до Перми!