Глава 2. Бесовское городище.

Сын президента повернулся наконец лицом к Лису и тот впервые увидал его лицо: оно было огромное, настолько большое и жирное, что золотая маска, которая была нацеплена на него, едва покрывала его - жирные щеки дрябло свисали из-под ее золотых краев; он подал Лису свою огромную, испещренную морщинами сильную руку. — Встань, сын мой! - сказал он радостно и торжественно. - Я имею право говорить так, поскольку возможности мои безграничны; я почти равен богу! Я также, как и он, могу забрать твою жизнь по щелчку пальца! Пойдем! Мы будем путешествовать по моему "Бесограду" в специальном защитном шаре, навроде таких, в которых катаются хомячки! Сейчас мы полетим в нем наверх, там возвышается мой замок! Лис увидал пред своими глазами замок в облаках; то был сказочный с розовыми башнями и голубыми заостренными крышами-конусами замок в средневековом стиле. — Я выдернул этот замок из Диснейленда! - сказал торжественно сын президента. - Я выдернул его из Диснейленда, словно зуб из десны, а потом поставил его на плотное волшебное облако. Теперь с его низов стекает Ниагарский водопад! Его я тоже взял из США; я телепортировал всю воду к подножию своего замка, чтобы она стекала с облаков и одаряла своим величием жителей, а точнее рабов моего "Бесограда"! Лис увидал под своими ногами чрез стекло некую обширную серую область, огражденную высоким черным забором, на котором были нанесены те же руны, что и на колодце; строгие ровные улицы и высокие черные обсидиановые дома, словно скалы, с заостренными крышами-шпилями и круглыми окошками-иллюминаторами, раскиданными в разном порядке, словно дырки в сыре. Когда их шар приблизился к "Бесограду" и стал скользить через здания, вдруг в ушах Лиса заиграла музыка: он отчетливо услышал Rammstein. Он уже перестал удивляться. Он просто смотрел. Нет, не погиб Олег Олегович! Но стал он почетным гражданином "Бесограда". Они жили словно в антиутопии наяву. Их распорядок дня был строго выверен расписанием или вышестоящим чином; у них не было и свободных пяти минут. А в целом быт их был незавиден: вся местная система каст/иерархии была весьма хитро построена сыном президента: он сделал иерархию, состоящую из пяти точек. Люди носили одинаковую чёрную униформу, но с разными значениями в виде точек на погонах. Одна маленькая точка - ты можешь повелевать всеми, кто только прибыл в "Бесоград" и кто не имеет никаких точек на униформе, - делать с ними что угодно. Буквально. Далее две точки: вы вправе издеваться и приказывать людям с одной маленькой точкой и обычными людьми без точек; три точки - главенствуют над двумя, одной и пустыми; четыре точки над всеми ними, нижестоящими; одна огромная точка - повелевает всеми. Те люди, что дослужились до этой гигантской точки - получают доступ к колодцу; вернее, к одному желанию, ибо два других они отдают сыну президента. Таким образом, каждый человек, попадая в Бесоград, жаждет дослужиться до одной жирной точки; но для этого необходимо презирать и издеваться над нижестоящими чинами. Олег Олегович был никем; в общей столовой они кушали серую массу, выложенную на жестяную тарелку. Вдруг к ряду столов подошёл, ухмыляясь, чин с одной маленькой точкой. Он уронил тарелку Олега Олеговича на пол и сказал: — Слизывай кашу с моих сапог, дерьмо! Олег Олегович упал ниц на колени и принялся с самозабвением вылизывать сапоги чину с одной маленькой точкой. Чин усмехался: на его гладко выбритом свиноподобном лице отсутствовало одно ухо и был огромный шрам на щеке - последствия жестокого обращения с ним вышестоящими чинами. Олег Олегович не чувствовал уже более стыда; что-то ужасное делалось в душе его; он чувствовал как система полностью поглощала его; он не мог не подчиняться. В столовую вошел чин с двумя точками - такой же ухмыляющийся урод с маленькими поросячьими глазками, которые как будто искали, кого поймать. Чин с одной маленькой точкой тут же с опаской вытянулся по струнке, отводя глаза от чина с двумя точками, делая вид, что не заметил его. Последний стал, потирая руки и приплясывая, плавно, с нахальным удовольствим, подходить к чину с маленькой точкой. — Эге! Хрюкать, мистер Бонт! Хрюкать! - приказал тот. Чин с одной точкой тут же принялся бешено хрюкать и вилять задом, словно поросенок. — ХРЮЮЮ ХРЮ ХРЮ ХРЮЮЮ! - верищал он, со страхом и ненавистью посматривая на чина с двумя точками. Олег Олегович медленно отполз от них и вернулся на свое место. — Что ты, мистер Бонт, власть решил почувствовать, а? Над малыми чинами измываешься, а, Бонт? - усмехался чин с двумя точками, теребя его за одно оставшееся ухо. — ХРЮЮЮ ХРЮЮЮЮ ХРЮЮЮ ХРЮ ХРЮ ХРЮ, - бешено вращал он головою из стороны в сторону и пролевая слезы. — Бонт, полно, Бонт! - хохотал чин с двумя точками. - Али тебе второе ухо отрезать? - с этими словами он достал из кармана складной ножик и прислонил его к уху чина с одной точкой. Уж сын президента знает, чем бы все закончилось, если бы в этот момент в столовую не ввалился, левитируя, чин с одной жирной точкой. Лица у всех присутствующих тут же помрачнели и как бы стушевались. Это был повелитель над всеми ними. Он громогласно дал приказ: — Всем встать! Суд человеческий пришёл! Хе-хе! Суд постановил: вы все наказаны! Всем сесть гуськом! Гуськом до мойки марш! Вся столовая с грустью вздохнула. И все чины: и одни точки, и две шли гуськом с толпою бесточечных. Они кряхтели и обливались потом; у них были измученные и жаждущие воды лица. Они шли так несколько километров. Под конец пути они уже стали ползти на четвереньках или катиться сосиской. Это заняло больше двух часов. — Ну, а теперь марш в умывальню! Тихоходки вонючие! Грязные псы! - кричал чин с жирной точкой. Что представляла из себя умывальня: это было выское черное здание-коробка, метров под 30 в высоту. Люди снимали свои одежды перед входом и быстро заходили в красный круг (диаметром в 20 метров), размеченный на полу по середине здания; места в кругу хватало не всем; люди толпились, пихали друг друга; началась давка; все эти потные липкие тела прилипали друг к другу и они кричали от этого ужаса, подобного адским мукам; они кричали от страха: потому что огромное ведро с металлическими пластинами, острота стенок которых была подобно острию гильотины, и оно, подвешенное на цепи, с огромной скоростью падало вниз, чтобы накрыть собой людей, стоящих в красной зоне; люди пытались отпихнуть друг друга в стороны, а сами становились в центре, ведь каждый из них знал: чем ближе человек стоит к краю красной зоны, тем вероятнее, что острая стенка гигантского ведра разрубит его пополам. Те же, кто остался накрыт внутри ведра, подвергаются самому жестокому в мире способу умывания: сначала их обливают внутри ведра холодной водой, потом теплой взбалтывают их с пеною и химикатами, словно в огромной стиральной машине, и они стукаются друг о друга, захлебываются водой... Они, не сговариваясь, молча и с глубокими злыми глазами пытались выставить двух чинов с точками к краю - за пределы красной зоны; чины вопили, пытались биться, царапались и кусались, но все безуспешно: люди вытолкали их к краю, отомстив тем самым за все унижения; сцепившись кольцом друг с другом, они держали оборону и не давали проникнуть в центр красной зоны чинам, несмотря на их жалкие вопли и приказы. Они лишь с удовлетворенною злобою смотрели на них. Загарелся желты свет предупреждения. Загорелся красный. Ведро с шумом и лязгом открепилось от потолка и полетело вниз. Чинов во мгновение ока разрубило пополам. Их кровавые тела, как будто порезанные слайсом на две части, вывылились за пределы ведра. Началась мойка. Лис внимательно наблюдал за всем тем, что говорил и показывал ему сын президента. — Скажи, вот, ты говоришь, что уничтожить колодец невозможно, - с расстановкой стал рассуждать Лис. - Ты говоришь, что некие "древние" наложили на него заклятие в виде этих древних непонятнях рун, которыми он испещрен. Эти самые руны и делают его непробиваемым; также я заметил эти же руны на стенах твоего города. Любопытно! Видимо, эти стены тоже нельзя будет пробить никаким из известных способов! Кроме того, на самом колодце лежит такое заклятие, что если кто пожелает его уничтожить каким бы то ни было способом: сам физически, либо же загадав желание, - тот сам уничтожится. Хорошо. Допустим. Но вот что, например, будет, если в Землю "случайно" прилетит гигантский метеорит и аккурат врежется прямехонько в Россию, уничтожив тем самым колодец или по крайней мере место, где он находится. И людей, чтобы невозможно было загадать желание. Что тогда? А что будет, если просто стереть всех людей с лица земли, чтобы некому было загадывать желания? Или по крайней мере тех, которые жаждут добраться до колодца и воспользоваться его силой? Хм. Хотя можно просто сделать так, чтобы ниато не знал о колодце. На все его рассуждения сын президента лишь загадочно ухмылялся и хихикал. — Ну, вот теперь ты вкурсе, чем я занимаюсь и насколько я могуществен, - сказал он. - А давай ты засвидетельствуешь мое могущество пред людьми на земле? Расскажешь им про меня, а? Мне нужно больше желаний, больше последователей, которых уже целая армия. Они прошли через мою систему, которая полностью их сломала. Теперь их воля и разум принадледат мне; они меня боготворят и считают за бога, поскольку система промыва мозгов в моем Бесограде работает безупречно! А теперь ступай; ступай и расскажи всем о новом Боге; и передай им, что новый Бог жесток! - он открыл портал для Лиса и стянул со своего жирного лица маску. - Я теперь никогда не сплю. Мне некогда и у меня отсутствует такая физиологическая потребность. Я ее вычленил. При помощи колодца. Я потратил на это желание. Я теперь не сплю... Человек ли я теперь? Видишь, как старо мое лицо? Видишь, как оно уродливо? Это последствия власти и силы, которую даровал мне колодец. Это все последствия счастья обладать колодцем. — Брехня, - ухмыльнулся Лис, на половину погрузившись в портал, — это все ТЫ И ТОЛЬКО ТЫ, жирный ублюдок, мать твою. А теперь жди меня и я приду за тобой, чтобы отрубить твою голову и трахнуть ее, запомни мои слова, сукин сын, айл би бэк, - сказав это, Лис полностью погрузился в портал, высунув из него лишь средний палец. Сын президента тихо хихикал.