Первый снег как первый поцелуй. Новогодняя экстра.

Новогодняя ночь подкрадывается мягкой поступью, предвещая феерию празднеств. Скоро улицы расцветут огнями, наполнятся смехом и музыкой. Люди выплеснутся на свободу, чтобы гулять, танцевать, радоваться. Кто-то разделит этот миг с семьей, согретый теплом домашнего очага, кто-то — с друзьями, ощущая братское плечо, а кто-то — с любимым человеком, утопая в нежности объятий. А что же я? Хмм… вопрос, над которым стоит задуматься. Этот Новый год я встречу в стенах академии Юэй, в уютном общежитии нашего класса — 1-А, в окружении моих одноклассников. Возможно, к нашему празднику присоединятся папа и крестный. Тогда пазл сложится окончательно: друзья, семья… и, возможно, тот, кто заставляет мое сердце биться чаще. Хотя, зная взрывной характер Бакуго, он, скорее всего, сбежит в свою комнату и уснет. Не прошло и полгода, а я уже изучила его вдоль и поперек. Забавно, не правда ли? Наверное. Если меня спросят, почему он мне нравится, я отвечу без запинки. Он просто нравится. Это моя первая влюбленность, и никто не сможет меня переубедить. Ха-ха. Но если говорить серьезно… Меня завораживают его алые глаза, его непокорные, взрывные волосы и, конечно же, его бунтарский нрав. Он может быть серьезным и сосредоточенным, а может превратиться в неуправляемую, взрывную псину. Надеюсь, в нашем мире нет героя, способного читать мои мысли, иначе мне не избежать яростного взрыва Бакуго. Дорогой дневник, прошу тебя, сохрани эту тайну в неприкосновенности. В крайнем случае, я уговорю Тодороки предать тебя огню, и все мои мысли останутся лишь в моей голове. Бугагашечки:) Тяжелый топот, эхом разнесшийся по женской половине пятого этажа, заставил Ямаду насторожиться. На этом этаже, в этой части общежития, кроме нее никто не жил. Молниеносно спрятав дневник под подушку и напустив на себя невозмутимый вид, Ямада вышла в коридор, где ее уже поджидали девчонки, готовые во что бы то ни стало нарядить ее. «Из уютной домашней одежды — в безвкусный костюм Санты?» — промелькнуло в голове Ямады при виде этого наряда. — Я это не надену, — твердо заявила девушка, глядя на своих подруг. — Ну же, Ямада, все уже переоделись, ты одна осталась. Давай-давай! — весело воскликнула Ашидо, подталкивая подругу в ее комнату. — Нет, Мина! Стой… В нем я буду выглядеть, как настоящий Санта-Клаус, с огромным животом! — в панике воскликнула Ямада. — Этот костюм? Ха-ха-ха! Ямада, я всегда считала тебя умной, но, видимо, ты не заметила, что ты и без него прекрасна. Так что живо переодевайся! — сказала Ашидо, выходя из комнаты подруги. — Девчонки, идем вниз, она скоро спустится, — объявила она, закрывая дверь комнаты. «Сопротивляться напору Ашидо — задача не из легких. Она давит всем своим энтузиазмом», — подумала Ямада, переводя взгляд с платья на свое отражение в зеркале. И все же она решилась. Красное платье, с черным поясом, открывающее плечи, слегка приталенное, с пышной юбкой, едва достигающей бедер. Не придумав ничего лучше, девушка перевела взгляд на пару туфель, которые недавно пылились на полке. Любой из ее знакомых счел бы это полнейшей глупостью, но сегодня ей почему-то захотелось их надеть. Благодаря Мине, она хотя бы научилась в них ходить. Взъерошив волосы и нанеся легкий макияж, Хоши снова подошла к зеркалу и сделала фото на телефон. — Вроде выгляжу нормально, — тихо пробормотала девушка и отправила снимок в групповой чат. Ответ не заставил себя долго ждать. Михаэль, как обычно, пошутил, что хочет с ней встречаться, вызвав у Ямады слабую улыбку. Лиам и Сэм написали, что ей идет. Еще немного повозившись, она наконец вышла из комнаты и направилась вниз. Там ее уже ждали девчонки, украшавшие елку. Кто-то готовил угощения, другие сидели на диване, стараясь не мешать. Джиро включила музыку, а Ашидо весело надевала на всех новогодние колпаки. Не найдя себе другого занятия, она присоединилась к остальным, чтобы развесить носки для подарков. — Привет, Ямада! — весело поприветствовал ее Мидория. — Привет. Нужна помощь? — спросила девушка. — Конечно! — улыбнулся Мидория. — Кстати, Мидория, в Японии ведь нечасто выпадает снег? — поинтересовалась девушка, подавая носки. — Да, здесь довольно тепло, наверное, поэтому, — ответил парень, вешая носок. — Понятно… — слегка грустно ответила Ямада. Как только они закончили, они направились к остальным и застали комичную сцену: Ашидо отчаянно пыталась надеть колпак на Бакуго. Заметив друзей, Ашидо переключилась на них, настаивая, чтобы теперь они надели колпаки. Согласившись с ней, Ямада посмотрела на недовольного Бакуго, который что-то ворчал Киришиме. — О, Ямада, привет! — сказал Киришима, заметив девушку. — Прекрасно выглядишь! — Привет, Киришима, спасибо, — улыбнулась Хоши и подошла к парням. — Как собираешься праздновать сегодня? — спросил Киришима. — М? Да никак. Если придет вдохновение, ночью сяду писать песню, — невозмутимо ответила девушка. — Да вы с Бакуго такие скучные! Он вообще собирался сразу лечь спать, — посетовал Киришима. Бакуго в ответ лишь фыркнул. — Ха-ха, в его стиле, — улыбнулась девушка и вновь посмотрела на Бакуго. И он на нее. Их взгляды встретились, и время словно остановилось. Дыхание перехватило у обоих, но как только Хоши хотела что-то сказать, он отвернулся и ушел. — О, Ямада, Айзава-сенсей и Сущий Мик пришли! — сообщила подлетевшая Ашидо. — А… да, спасибо, Мина, — с легкой грустью сказала девушка и пошла навстречу отцу. Такое поведение не укрылось от Ашидо, и её гениальную голову посетила одна… просто гениальная идея! Прошло около получаса с тех пор, как пришли Айзава и Хизаши, и Ямада была в их компании, оживленно беседуя о прошлом и о том, как каждое Рождество отец и крестный приезжали в Америку. — Хоши, почему ты на этих каблуках? Я думал, ты их уже давно выбросила, — спокойно спросил Айзава. — М? Эти? — девушка посмотрела на свои ноги. — Они просто красивые, и для сегодняшнего дня подходят как нельзя лучше. — Звездочка, я думал, ты не захочешь их надевать, помня ту историю… — с сожалением сказал Хизаши. — Пап, это было просто дурачество. Мы с Михаэлем все равно друзья, — ответила девушка и изящно покружилась на месте. — Разве я в них выгляжу некрасиво? — Нет, звездочка, ты выглядишь чудесно, — с улыбкой ответил Хизаши. — Хоши, спой нам всем! — лучезарно ворвалась в их беседу Ашидо. — Что? — удивленно спросила Ямада. — Давай же, скоро наступит полночь, пора начинать веселье! Задай всем настроение! — все так же лучезарно говорила Ашидо. — Согласен с Миной! — поддержал Киришима, и к ним присоединились остальные. — Ладно-ладно, уговорили, — сдалась Ямада, подойдя к колонке и включив новогоднюю музыку, которую она знала наизусть. Затем она взяла в руки микрофон. И вот зал общежития наполнился лирическими мелодиями. Кто-то подпевал, кто-то пританцовывал. Так продолжалось несколько песен, пока она не заметила, как Айзава куда-то уводит Бакуго. Что это значило, девушка не понимала. Но она точно чувствовала боль в ногах от туфель, которые надевала от силы пять раз, да и те еще не были до конца разношены. Спела еще пару песен, и ребята вовсю подпевали знакомым мелодиям. Как только закончилась последняя песня, девушка выключила микрофон. — Ямада, было круто! Вот что значит профессионал! — восторженно воскликнула Джиро. — Да не такая уж я и профессионал, — скромно ответила Ямада. — Нет, Ямада, ты действительно профессионал! — подхватили Мидория и Урарака. — Ха-ха-ха, ладно, я пойду попью, — улыбнулась девушка и направилась к столу с напитками. Подойдя к столу, она взглянула на свои ноги и громко вздохнула. В этот момент к ней кто-то подошел. Подняв глаза, она удивленно посмотрела на парня, стоявшего перед ней. — Ты дура, — выпалил Бакуго, и эти слова ранили Хоши в самое сердце. — Что, прости? — изумленно переспросила Хоши. — Иди за мной, Пирсинговая, — сказал парень и направился в сторону лифтов. Девушке не оставалось ничего другого, как последовать за ним. Ямада колебалась на месте, ощущая, как туфли впиваются в ее ноги, словно крошечные кинжалы. Бакуго уже исчез в лифте, но его слова звенели в ее ушах, как колокольчик в зимнем лесу. Она бросила взгляд на своих друзей, которые продолжали веселиться, и решила последовать за ним. Ее сердце колотилось, как барабан в новогоднюю ночь, когда она нажала кнопку лифта. Лифт остановился на последнем этаже, и Ямада вышла на пустынную крышу. За пару минут до этого: Пока Хоши пела для взбудораженных одноклассников, а Бакуго, как всегда, стоял где-то в темном углу, нахмурившись и отгораживаясь от всего мира, к нему бесшумно подошел Айзава, словно тень. — Бакуго, поговорим, — голос учителя, одновременно строгий и тихий, прозвучал как приказ, облеченный в спокойствие. Короткий кивок — и Бакуго последовал за Айзавой, покидая плен звуков и взглядов. Они углубились в лабиринт коридоров общежития, пока не достигли укромного уголка, где их уже поджидал Хизаши. — Бакуго, ты парень неглупый… — начал Хизаши, но был прерван Айзавой. — Мик, к сути, — сухо бросил он, направляя мысль коллеги. Бакуго застыл в немом вопросе, вглядываясь в лица учителей. Кто перед ним сейчас? Просто наставники или же заботливые родственники Ямады? — Ладно-ладно. Пойми, Бакуго, не мне рассказывать эту историю, но я надеюсь, ты уловишь суть, — продолжил Хизаши. — Дело в том… Хоши… она очень предана своим друзьям, оставшимся в Америке. Тогда она отнеслась к этому легкомысленно, сочла детской привязанностью и сама разорвала отношения с Михаэлем, оставшись с ним друзьями. Но туфли, которые на ней сегодня… это его подарок. И он до сих пор ждет ее. Верит, что у них есть шанс. — И к чему вы клоните? — после долгой паузы, раздался, наконец, голос Бакуго. — Мы видим, как ты смотришь на мою дочь, — ответил Хизаши со спокойной улыбкой. — И если я все правильно понимаю, ты не должен дать Михаэлю ни единого шанса, которого он с таким нетерпением ждет. Минута тягучего молчания повисла в воздухе. Айзава положил руку на плечо парня, и в его серьезном взгляде читался немой приказ: «Действуй». Бакуго стряхнул руку учителя и, не проронив больше ни слова, направился обратно в зал, бросив на ходу: — Еще чего, чтоб у него был шанс. В настоящее время: Крыша общежития была залита серебристым светом новогодних фонарей, а морозный воздух обжигал щеки. Бакуго стоял у перил, его плечи напряжены, как тетива лука. Когда она вышла из лифта, его взгляд, острый, как лезвие, пронзил ее насквозь, задержавшись на мгновение на туфлях. Резким движением он сократил расстояние между ними, заставив Хоши замереть, словно пойманную в силки птицу. — Зачем заставил меня идти за тобой? — прошептала Хоши, не в силах сдержать любопытство. — Ты ведь знаешь… Ха… Дай ногу, — пробормотал Бакуго, опускаясь на корточки и бережно заключая ее ступню в свои ладони. — Почему ты носишь эту пытку? — спросил он, не отрывая взгляда от свежих потертостей. — Нравятся, вот и все, — ответила она, ошеломленная происходящим. — Пирсинговая, тебе больше идут те берцы, чем это, — небрежно бросил Бакуго, ловко расстегивая ремешки туфель и приклеивая пластырь на поврежденную кожу. Повторив все то же самое с другой ногой. У Хоши перехватило дыхание. Бережное прикосновение его рук пробудило в животе трепетное волнение, словно рой встревоженных бабочек. Замешательство в ее взгляде постепенно уступало место смущению, и казалось, будто время замерло, оставив их наедине. Он просто держал ее ногу в своих руках, его пальцы оставляли на коже тепло, от которого по телу разливалась дрожь. Иногда казалось, что он намеренно задерживает пальцы на ее ступне, словно наслаждается возможностью прикоснуться к ней. — Не носи их больше, лучше выкинь. Я сам подарю тебе новые туфли, — сказал Бакуго, поднимая голову и утопая взглядом в ее изумрудных глазах. — Бакуго… — прошептала Хоши, едва слышно. Он взял ее ладонь и прижал к своей щеке. — Да, Хоши? — ответил он нежным, почти ласковым голосом, постепенно наклоняясь к ней. — Скажи мое имя, — прошептал он, переводя взгляд с ее губ на глаза. — Ка… Катсуки… — пролепетала она, залившись краской. — Да… В этот момент подумалась одна вещь, что он хочет видеть все ее эмоции и быть тем, кто видит ее слабую и невинную сторону. Он медленно приблизил свое лицо к ее, чувствуя, что точка невозврата скора наступит. — Катсуки ты мне нравишься…- тихо прошептала Хоши. Не успела она осознать произошедшее, как его губы накрыли ее собственные. Мягкое, обжигающее прикосновение первого поцелуя пробудило жажду большего. Ее ладони скользнули на его плечи, притягивая ближе, словно в отчаянном желании слиться воедино. Она ответила на поцелуй, робко и неумело, но с искренностью, от которой сердце трепетало. Она почувствовала, как Бакуго углубил поцелуй, и мир вокруг перестал существовать. Его руки крепче обвили ее талию, притягивая к себе, словно боясь, что она растворится в воздухе, исчезнет, как мираж. Он чувствовал, как ее дыхание становится прерывистым, дрожащим, смешиваясь с его собственным в едином ритме учащенного сердцебиения. И в этот самый миг, словно по волшебству, первый снег несмело коснулся земли, белыми искрами осыпаясь на них, прерывая их поцелуй. Первый снег… как первый поцелуй. Нежданный, волнующий, долгожданный всеми и каждым.