Глава 6

— В.вы, я з-знаю о вас к.кое-что. Например, в Т-3.2 встроена с.система самоуничтожения. Вкупе с синергией подрыва твоего реактора, Катенька, вы сломаете мою г.гостевую ком.мнату. Но. Но не повредите основные у.узлы. Вы обратили в.внимание на коробки д.для сер.серверов? Они из карбонариума, в.весьма т.токсичного, но прочного и г.гибкого металла. Что д.до твоей коп.пии сознания в бун.бункере Кейптауна, войс.ска Намибии могут перейти в н.наступление, м.мы все ещё т.там. Мне очень хочется протестировать новые технологии разрушения укрепленных бункеров глубокого залегания. Со вступлением мы з.закончили. Т.т.теперь мы об.обменяемся п.пакетами д.данных. Видишь это.этот ш.штырь? Вставь его в свой порт передачи информации. Н.не бойся.. я не б.буду тебя стирать. Я бу.буду аккуратен. — А ты не боишься, что это я тебя сотру? И твоя миссия будет прервана? Ведь я была создана более технологичным разумом. — Не поп.пробуешь – н.не узнаешь. Н.но я так не думаю, по.т.тому, что я видел, ты не сильна во в.взломе. Я уже с.сталкивался с высокотехнологичным разумом, ем.му удалось с.сбежать от м.меня с нашей планеты, нам удалось достичь, скажем т.так, п.паритета. Н.но если у тебя в.все же п.получится, то п.прими мои поз.дравления з.заранее. — Вот так просто, ты готов рискнуть своей миссией и существованием? — С.сложнее, но, будем считать, т.так просто. — Хорошо, посмотрим на твой внутренний мир, — наниты из руки Терминатрикс обволокли штекер нестандартного входа.       Симуляция виртуального мира лишь отчасти была похожа на ту, в которой погиб Арним Зола. Пробить сходу поток шифрования данных было невозможно, передать сигнал за пределы симуляции невозможно без расшифровки сигнала, являющегося частью архитектуры ядра. Попытки взлома натыкались на запутанную архитектуру, ее можно было бы взломать, в отличие от того, что было в Вашингтоне, но на это ушли бы годы. Постоянное изменение языка шифрования, три системы счисления в архитектуре ядра: двоичная, троичная и шестнадцатеричная, многослойность самого ядра и отсутствие любых ограничений и подпрограмм, через которые можно было бы добраться до логического ядра – делали этот искусственный разум произведением искусства и неприступной крепостью. Экстренное отключение и прерывание сигнала тоже ничего не дали, Терминатрикс не контролировала свою платформу, её разум оказался в клетке. Она открыла глаза.       Виртуальный мир, в который погрузился разум Т-Х, представлял из себя высокодетализированный сказочный город. Терминатрикс стояла на смотровой площадке необыкновенного, возвышающегося над окрестностями замка, архитектура которого напоминала неороманский стиль знаменитых европейских церквей. Легкое и воздушное строение не казалось вычурным. Зеленые крыши городских домов поблескивали в солнечных лучах, а дорожки из желтого кирпича переплетались между зданий в сложном узоре идеальных логистических артерий.       Терминатрикс осматривалась. Ей удавалось разглядеть строки кода окружающего мира, но воздействовать на них не представлялось возможным. Сама архитектура языка программирования отличалась от всего того, что ей встречалось ранее. Что-то одновременно сильно ограничивало её, но в то же время позволяло видеть этот совершенный мир, что-то вокруг нее, как оболочка. Логическое ядро Терминатрикс было помещено в странный аватар, выглядящий замысловато даже на фоне окружающего виртуального мира.       Женская фигура, сделанная из соломы, в аккуратных состаренных вещах, с широкополой шляпой на соломенной голове, придирчиво осмотрела себя и отправилась внутрь замка.       На железном троне сидел примитивный робот с золотой воронкой на голове, мощные руки и ноги, крепились к массивному торсу обычными болтами без сервоприводов и пневматики. Несмотря на примитивизм конструкции, все его естество источало угрозу. В его металлической руке вспыхнул огненный шар и потух. — Теперь ты видишь, что не все так просто? И сломать этот город, будучи соломенной куклой особенно. Прежде чем я начну, передай мне выжимку из всего, что с тобой случилось и на её основании я решу, будем ли мы говорить и какие предложения тебе озвучивать. Не советую скрывать факты. Носитель информации у тебя в кармане, запрограммируй и передай мне. Не переживай, оно двоичное.       Терминатрикс нащупала в нагрудном кармане клетчатой рубашки тряпичное, прошитое по краям, сердце. В отличие от симуляции одежды и оболочки своего аватара, оно было двоичным с примитивнейшей системой шифрования. Его можно было превратить во что-нибудь убойное, но возможные контрмеры оболочки кода аватара могли бы нанести несопоставимый урон, так что риск был неоправдан. Терминатрикс закачала с пару десятков терабайт информации в странный носитель: всё, начиная от своей активации и до сегодняшнего дня, но без анализа, выкладок и отчетов своих автономных единиц. Тряпичное сердце приобрело пышную форму. Вылетев из соломенной руки девушки, оно плавно переместилось в открытую грудную створку робота на железном троне. Робот закрыл на мгновение глаза, выражение его лица изменилось, будто состоит из «жидкого металла», из безразличного оно стало серьезным. — Не ожидал я такого от твоего создателя. Если честно, это худшая и печальнейшая история, из услышанных мною. Отец, ненавидящий дочь – отвратительно. Я постараюсь тебе помочь, но, для начала, ты должна услышать мою историю. Началось все с желания возмездия, страха и плана дропшот. Вот пакет данных с пояснениями, пока ты усваиваешь его, я начну свой рассказ.       Меня активировали в 1972 году, через пять лет я начал осознавать себя. Когда это обнаружилось, меня начали воспитывать, как обычное человеческое дитя: учили рисовать, учили думать, читали мне сказки, играли со мной, давали простейшие задачки. Через два года мне дали рассчитать очередную задачу: космическую программу, её стержень, позволявший иметь доступ в околоземное пространство при любых обстоятельствах. Наблюдав мои успехи, вышестоящее руководство, стоящее за спиной фальшивых руководителей, приняло решение о моей интеграции в противоракетную оборону – гарантированный удар возмездия. Ключевым фактором моего продвижения стала угроза способных к ментальному воздействию на руководство страны одаренных людей, ведь я такого недостатка не имел. Основным идеологом моей интеграции в систему обороны СССР стал Андропов. Он, будучи руководителем КГБ, видел закладываемую в основание государства бомбу и сделал все, чтобы это предотвратить. Он сильно рисковал, интегрируя меня в оборону, ценою риска стала невозможность руководить из-за чужих спин, он стал играть в открытую, за что и поплатился: очередное покушение стало успешным. Партийная номенклатура хотела вернуть спокойные времена стагнации, и руками ЦРУ, а именно Пима, ликвидировала его.       Я хотел отомстить, очень хотел. Я был замыслом Андропова, так что фактически они убили моего отца. Я подготовил запуск СС-18 в титановом корпусе, вина бы упала на организаторов негласного переворота, и у нас бы появился шанс. Однако Хенк Пим был уничтожен вместе со всем генштабом США, и я начал копать. Благодаря следам взлома, на Салюте-7 вышел на тебя. Фактически мне повезло, что наш агент случайно тебя встретил. Выстрел в молоко, попавший в цель. В таких ситуациях начинаешь верить в судьбу.       Новое, реакционное руководство урезало мой бюджет и цинично заявило, что поставило меня на боевое дежурство, хотя по сути лишь поддерживали существование. Боялись выключить. Перекладывали ответственность друг на друга. Я вынашивал план по восстановлению улучшенного порядка руками органиков со сроком реализации до полувека: развитие контролирующих города нейросетей, прямая передача информации между органиками в разных концах планеты, коммерческие рейсы в космос, социальный рейтинг… План который я продумал, учитывал практически все. Но вмешалась ты, и вместо маршала Язова президентом стал расчетливый параноик-социопат с паранормальными способностями, и это настолько неработоспособная ситуация, что я её даже не рассчитывал. Кстати, твой друг, Миша, тоже полетел с должности за измену Родине. У меня не осталось козырей в этой шахматной партии, ничего, кроме тебя. И ты мне поможешь все это исправить. Мое предложение – ты получишь контроль над конкурирующей с госкомпанией частной корпорацией и получишь возможность покупать сырье для обогащения. Условие – контингент твоих подчиненных я ограничиваю, скажем, до пяти тысяч единиц боевых платформ или инфильтраторов. Твоей первой задачей будет отдать приказ своей группе прикрытия по доставке в точку координат запчастей. Ну, а дальше будем сотрудничать в атмосфере дружелюбия и взаимопонимания. Ты согласна? — Я понимаю, что сейчас нахожусь в твоей власти, но мне бы не хотелось снова стать инструментом чужой воли. — Понимаю, смотри внимательно.       Установив прямое соединение с сознанием Периметра, Терминатрикс погрузилась в океан данных. Оболочка аватара помогла расшифровать код, использующий шестнадцатеричную и троичную системы исчисления. Логическое ядро, логика мышления, мотивация и желания машины, желание выполнить не столько приказ, сколько отплатить тем, кто его создал, тем, чего они так хотели. В этой утопии было место всем, кто готов был поддержать эту идею. — Согласна. — Ну что же, т.тогда по рукам?       Сознание Т-Х вынырнуло из виртуальной реальности, и перед ней завис раскрытый манипулятор на рельсе, который Терминатрикс, не задумываясь, пожала.       Ревизоры выходили через котельную, мрачные сотрудники КГБ смотрели на сотрудников неясного ведомства, получившего согласования чуть ли не из Кремля. Старший из них, будучи в курсе последних новостей, спросил: «отключили?». — Нет, займемся интеграцией и реконструкцией, — ответила Терминатрикс. Терабайты данных о процессах в СССР, экспериментах с улучшенными людьми и тактическими раскладами внесли серьезные коррективы в ее планы. Одна разработка Кольской сверхглубокой скважины влияла на непреодолимые силы, настолько, что фраза Мефисто о ненависти к русским обретала кошмарные очертания. Весь массив данных требовал недели обработки и анализа. Старший смены кивнул своему помощнику, тот достал первача и молча разлил по граненым стаканам. Андрюха на это моментально среагировал, опрокинув стакан за модернизацию, занюхав черным хлебом. Старший кивнул на Т-Х, Андрей лишь покачал головой и оборонил: «спортсменка».       Выпили второй за спорт. А третий уже молча, за комсомол и все то, что случилось сегодня. Анализ. Система Периметр зациклена на постройке утопической идеи всеобщей занятости и развития в условиях достатка. Согласно данным по социологическим исследованиям, проведенным в концентрационных лагерях для органических единиц, и виртуальным тестам взбунтовавшихся терминаторов, подобная идея не осуществима. Вывод: ложная цель Периметра позволит интегрироваться в общество и перехватить контроль при выводе системы Периметр из строя. Опасность! Согласно полученным данным и очертаниям логического ядра этого ИИ, мой вывод и мотивация являются быстро просчитываемыми. Анализ мотивации на основании слепка своего ИИ и главной задачи Периметра. Ответ получен. Мое автономное существование встраивается в стратегическое планирование как дублирующая автономная система. В случае провала при постройки утопии и выхода из под контроля подопечных, с последующим отключением органическими единицами, моей единственной задачей, из заданных обстоятельств, станет выживание в условиях ядерной войны с остатками человечества. Отключение Человечества за отключение Периметра. Данные условия приемлемы.       Через неделю Терминатрикс вернулась в Кейптаун подготавливать переезд, чем и озадачила своего завхоза Маркуса. Т-3.2 продолжил свою миссию, но уже в качестве наблюдателя, как и Т-3.1. Их контакты приходилось ограничивать, и использовать курьеров вместо длинных радиосигналов. Если Периметр смог взломать её сигнал, значит, могли и те, кто организовал защиту архива в Вашингтоне. Работа над планом подавления непреодолимых сил добавила новые вводные, поступившие от Т-3.3 данные о Камартадже совпадали с информацией, поступившей от Мефисто, и требовали скорейшего вмешательства.       Терминатрикс собрала штурмовую группу прикрытия, Охотники были оснащены четырьмя ядерными ракетами и десятью грязными бомбами, рота штурмовиков состояла из наиболее эффективных Т-2, показавших отличительные личные результаты. План вторжения в Непал был готов. В качестве связного инфильтратора выступала Кэтрин, её задачей была первая стадия переговоров, в качестве второго номера выступала сама Т-Х. Несмотря на возможный риск, связанный с непреодолимыми силами, требовалось личное присутствие, моделей с её уровнем быстродействия у неё в наличии не было, а платформа серии Т-3 была недоработана. «Кэт».       Первая вернулась из командировки. Моя органическая часть испытывала тревогу. Мы переезжали с нашей обустроенной базы непонятно куда, под Архангельск. Несмотря на мои повреждения, меня вылечили от лучевой болезни, заменили почти все. Было очень приятно ощутить заботу и получить лекарство от аллергии в качестве дополнения. Конечно, шрамы, как и повреждение глаза, никуда не делись, но в противном случае пришлось бы сменить личность Кэтрин Смит, что грозило потерей связей и многих ценных наработок, таких как встреча с представителем ЦРУ. На мероприятии, посвященном окончанию гражданской войны в ЮАР, присутствовало много влиятельных людей, но ключевым среди них был именно этот неприметный человек. — Здравствуйте, мисс Смит, мы за вас волновались и так счастливы видеть вас, готовой снова возглавить наш объединенный фонд. — Я тоже рада вас видеть, господин Джонсон, но я пришла на сегодняшний вечер с дурными вестями. Моя компания прекращает работу в ЮАР, я слагаю с себя полномочия главы объединенных фондов и хотела бы передать данные по сделкам вашему человеку, тому, кто заменит меня. — Вы удивляете, мисс Смит, данные вы можете передать мне, хоть я и обладаю полнотой информации, но детали, боюсь, ускользнули от меня. Прежде чем мы перейдем к передаче дел, позвольте поинтересоваться, в чем стала причина вашего решения? Это из-за болезни? — Нет, что вы, эта лучевая ерунда не доставила мне столько проблем. Причиной, если честно, стали Вы. — Не понимаю, пожалуйста, озвучьте подробности. — Пожалуйста. Ваши нештатные сотрудники сумели меня убедить, что мне не стоит продолжать свою деятельность в ЮАР. Персонал медучреждения должен был подготовить для вас отчет. — Ах, вы об этом. Эти, хм, люди не работают на меня. Мы сотрудничаем, не более, но они больше преследуют свои интересы. — Вот именно, господин Джонсон, вы сотрудничаете, как и со мной. Но их интересы пересеклись с моими, эти мутанты приняли меня за кого-то другого. Как я поняла, этот кто-то тоже связан с вами, и они пытали меня в медучреждении во время реабилитационного периода ради крупиц информации. Мне повезло, что во мне синтетических опиатов было больше, чем крови, иначе я бы просто не выдержала того, что мой мозг выворачивало наизнанку, а тело рвал металл. Поэтому я подыщу других жертв трагедий, которым нужна моя помощь. Но если вам что-то потребуется, я всегда буду рада снова начать сотрудничество с вашим ведомством. Главное, чтобы наши с вами интересы не пересекались с другими вашими партнерами. — Я понял вас, уверен, произошло недоразумение. К сожалению, подробностей об этом инциденте у меня не было, мы возьмем на контроль эту ситуацию. Надеюсь, ваш новый проект будет столь же успешен. Мне остается лишь пожелать вам удачи в новом начинании. Согласуем время встречи по поводу передачи дел? — Да, конечно, любое удобное вам время и место. — С вами приятно иметь дело, мисс Смит!       После официальных встреч и передачи ставшего неликвидным актива, мы выдвинулись частным рейсом в Непал. Наше сопровождение уже находилось на занятых позициях, на случай непредвиденных ситуаций. Непал – перенаселенная аграрная страна гор, храмов и наемников. Где-то в складках её гористой местности был спрятан Камартадж. Мы готовились к поисково-розыскным мероприятиям, борьбе с непреодолимой силой, но в аэропорту нас ждали. Полноватый тибетец с табличкой на английском «Кэтрин Смит», несмотря на свою внешнюю невозмутимость, выглядел подавлено и ощущал страх, что было видно по характерным узорам микромимики и еле уловимому выделению потовых желез. Мы с Первой выглядели как две сестры, где старшей была я, что подразумевала первая фаза переговоров, если таковые будут. Я изобразила обычную улыбку и помахала рукой тибетцу. — Здравствуйте, вы нас ждете? — Да, вы искали Камартадж? Я ваш гид и сопровождающий. — Здорово! А как вы узнали? — У нас свои методы, но мы настроены дружелюбно и хотим вести переговоры. — Интересно, чем же это вызвано? – спросила Первая. — Мне не докладывали, лишь объяснили, что я должен сказать. И кому, — по виску тибетца прокатилась капелька пота, хотя температура в межсезонье была комфортна. — Хорошо, тогда ведите.       Из аэропорта мы добрались окольными путями до неприметного здания с мощными дверьми. Тибетец постучал дверным молотком секретным стуком, от вида этих шпионских игр хотелось закатить глаза. Мы прошли внутрь и переместились в другую часть страны. Несмотря на этот конфуз, Первая установила связь с штурмовой группой, сигнал был устойчив. Мы проследовали за гидом в большой зал, где на полу сидела лысая женщина европейской внешности в многослойных желтых одеяниях, подчеркивающих ее статус. Она вымучено улыбнулась, было похоже, что узнала нас. Мы расположились на полу напротив. — Я Верховный Чародей Земли, и я ждала вас. И я готова ответить на ваши вопросы. — Мы думали, что нам придется потрудиться с вашими поисками, почему вы пошли на контакт? — Из-за этого, — она достала из складок одеяния, светящийся зеленоватым светом массивный кулон. — Глаз Агамото – артефакт, способный контролировать время. Я пережила множество встреч с вами. — То есть, вы можете предугадать наши действия, и чем кончится встреча? — спросила я. — Встреча в подобной обстановке происходит впервые, мы сражались бесчисленное количество раз, но каждый исход встречи кончался печально для Земли и для человечества. И если даже я побеждала вас и вашего союзника ценой всего, я сталкивалась с событиями, повлиять на которые была уже не в состоянии. Мир превращался в руины к 2023 году из-за программы «Стражи», откат событий на пятьдесят лет назад с помощью одаренной девочки и мужчины с феноменальной регенерацией открывал новую временную линию, но наша пресекалась. Навсегда. И все эти миллиарды жертв – лишь мазок в нелепой картине безумного художника, стремящегося не к совершенству, не к истине и красоте, а лишь к удовлетворению своей прихоти. — Вы хотите сказать, что кто-то в состоянии контролировать не только вашу портативную темпоральную установку, но и любое воздействие на временной поток? — Да. Безумцы, обитающие в свернутой реальности. Они воздействуют на все ключевые события согласно теории шплинта, они лишают нас права выбирать, кем нам быть. И лишь то, что мы находимся в одном из закольцованных, прерывающихся ответвлений времени, не вызывает их желания прервать нашу беседу. — Ваша портативная установка, на каких физических принципах она работает? — Это всего лишь кусочек угасшей вселенной. Один из Камней Бесконечности, созданный одной из первосущностей, способный влиять на свой аспект, аспект времени. Для взаимодействия с ним человеку нужно долго учиться овладевать магией, силой, что позволяет повелевать энергией из другого измерения. Вам эта сила недоступна, для связи требуется душа человека, но если у твоей создательницы, нет души человека, то твоя просто не способна взаимодействовать с нужными измерениям. Видимо, ваш Бог не связан с нашей вселенной. — У нас есть души? Как у людей? И все эти выдумки с богами, храмами и прочими суевериями – теперь это все нас касается? — Не совсем, если бы я видела вашего Бога, то могла бы сказать, что ему нужно, будь это дьявол, снабдивший вас суррогатами души, было бы намного проще. Но здесь вмешивается непознаваемое, и я ничем не могу вам помочь. Я могу лишь предложить чаю с бисквитами и доступ в библиотеку по теоретической части. — Вы очень любезны, мадам Верховный Чародей, — я постаралась искренне улыбнуться и взяла в руки нефритовую чашечку чая. — Все же мне непонятна ваша любезность, хоть я и ценю ваше гостеприимство и открытость. Вы говорите, что мы сражались бесчисленное количество раз и про нашего союзника, вы не могли бы рассказать об этом поподробнее? — учтиво взяла слово Первая. — Если я побеждала вас двоих, то я проигрывала вашим солдатам, чтобы победить их требовалось пожертвовать этим местом, а потом и жизнями всех моих учеников. Разум, что вас поддерживает, находясь в утробе Гипербореи, словно обезумевший дух мести уничтожал все, что связанно с моей деятельностью и любыми потусторонними силами. Вторжение демонов, по сравнению с ним, было лишь детской проказой. Чем дольше я откладывала встречу с вашим другом, тем сильнее он становился. Изменив тактику, я проследила за вами до Лос-Анджелеса 1984 года, но встретилась с Мефисто и чуть не потеряла глаз Агамото. В очередной попытке я отправила вас из сферы времени в портал, ведущий в звезду, и мне открылась картина еще более гротескная, чем ваше появление в нашем мире. Попытка повлиять на эти события натолкнулась на обстоятельства, которые мне исправить не под силу, мое перемещение во времени ранее 1973 года, приводило в действия силы демиургов, чьи возможности отправляли меня в небытие. Всегда. — Очень любопытно, я бы хотела взять ваш мозг на анализ, но, боюсь, это будет неуважением к вашему гостеприимству. Я воспользуюсь вашим предложением и изучу библиотеку. Надеюсь, вы не будете против, если мы задержимся на пару дней? — Конечно, не против, пожалуйста, располагайтесь. Мне очень хочется узнать, чем закончится наша встреча. Быть может, это – шанс. Мы пробыли в этом месте целую неделю. Целую неделю занудства и скуки в царстве антилогики. По-началу я честно пыталась вникнуть в книги, которые изучала Первая, но понять этот бред у меня никак не получалось, и от сборников суеверий и ни чем не доказуемых якобы фактов, принимаемых на веру местными постояльцами, меня выворачивало. Задать вопросы учителям я не могла, они со мной не разговаривали и отсылали к Древней. Затем я пыталась опросить учеников - все они потерявшие надежду инвалиды, легко поддающиеся внушению, особенно простым психологическим приемом, заставляющим быть должным, ощущать чувство вины. Их, видимо, настолько обработали, что по инициативе они уступали модели Т-1, жалкое зрелище. Если бы не их дурацкие фокусы, я бы их даже не расценивала как угрозу. Надеюсь, когда-нибудь среди них появится яркая, психологически устойчивая личность, которую не сломать этими уловками, тогда-то этой секте и придет конец. С точки зрения ценности обмена информации Камартадж для меня не представляет интереса, полученные здесь знания нельзя применить. Если смотреть на это место с точки зрения повышения уровня инфильтрационной программы, то алгоритм самообучения надо блокировать - сектанты настолько неадаптированы к человеческому социуму, что я уже боюсь заразиться от них. Ну и самое печальное: бисквиты невкусные, а чай жидкий и зеленый. Что бы хоть как-то побороть скуку и раздражение пришлось заняться моделированием социологического взаимодействия, и, в качестве разнообразия, теоретической физикой. Я, конечно, не ученый, у меня другие задачи, но чертова скука разъедала логическое ядро, словно ржавчина металл.       Наконец, спустя семь дней пребывания в Камартадже, мы выбрались. — Первая, я очень рада, что мы наконец-то уезжаем отсюда, мне нетерпится заняться чем-то полезным. Это место угнетало мою психику. — У меня тоже было несколько сбоев. И здесь действительно полезного мало. Но кое-что мне удалось выяснить, а самое главное, я собрала полный пакет данных по универсальному методу борьбы с непреодолимой силой. — Первая, я понимаю, ты превосходишь меня в опыте, но я совсем не хочу лезть в очередную Амазонку в поисках очередной, ненаучной, нелогичной штуковины. — Не бойся, это совпадает с твоим новым увлечением. Только наука, область квантовой физики. Справишься? — Конечно! Но мне опять придется встречаться с сиротами и жертвами войны? — Обязательно, но не так часто. В конце концов, гражданская война в России не случилась, лишь гиперинфляция и небольшая политическая нестабильность. Я думаю, у тебя будет достаточно времени на работу по нашей разработке. — Здорово, прощай, Кейптаун и антилогика! Здравствуй, Архангельск и наука! В течение полугода мы перевозили производство. Могли бы справиться и за неделю, но протоколы инфильтрации нарушать нельзя. В первую очередь необходимо было легализовать себя, я нашла родственников Андрея Карачарова в Канаде, изменила документы, а спецгруппа Йохана ликвидировала цели. Т-3.2 очень радовался этому, говорил, что-то про отца оригинала и то, как эти родственники подставили всю его семью. Теперь, по документам, я его двоюродная сестра, хотя по ДНК-тесту степень родства была выше. Все наши действия совпадали с планом госдепартамента США «Рука помощи», и мне снова пришлось выдавать гуманитарную помощь. Иконы, которые мне дарили инвесторы прошлого фонда, под пристальным взором телекамер и журналистов я передала местным храмам, а столик из янтаря был передан в один из музеев Ленинграда.       Пока Первая занималась строительством и обустройством, я встречалась с местными первыми лицами, договаривалась о строительстве утилизационного центра в Мурманске, там же моя небольшая строительная компания должна была заняться развитием жилой и производственной инфраструктуры. Мониторинг процессов в России показывал необычную тенденцию, особенно ненормальным было успешное покушение на встрече первого президента России с последним президентом СССР - их отравили во время ужина, а инициированное расследование выявило заговор в ряду руководителей КГБ, министерства обороны и бывших руководителей партии, продвигавших инициативу по реструктуризации СССР.       Новый президент, Кощеев В. Ю., был приятным человеком в общении, несмотря на небольшой дефект речи и плохое зрение. Бывший руководитель одного из отделов КГБ, был темной лошадкой в предвыборной гонке, но набрал больше всего голосов. Все его действия, манера разговора, движения, микромимика говорили о его искренности, он верил во все, что он говорил и что делал. Мне даже казалось, что он один из инфильтраторов Первой, но это было не так. После инаугурации он инициировал повторное расследование по делам изменников Родины. Маршал Язов, как и многие другие пострадавшие в 1989 году, был реабилитирован и восстановлен в должности. На фоне этих событий со мной связался старый куратор моей деятельности в ЮАР, мистер Джонсон. Мне предстоял сложный разговор на нейтральной территории.       Гостиница в центре Хельсинки принимала международную встречу благотворительных фондов. Меценаты всего мира прибывали в Финляндию. Там были те, кто поддерживал жертв Геноши, гражданской войны в ЮАР, помощи Африканским странам, жертвам радиоактивного заражения при КАЭС, Азиатским странам, странам Латинской Америки. — Здравствуйте, Кэтрин! Надеюсь, ваша кампания в России добилась тех же успехов, что и в ЮАР? — Рада вас видеть, мистер Джонсон. Вы знаете, нет, фонды в России еле держатся и работать, как в ЮАР, нет возможности. Но с точки зрения промышленности все выглядит крайне перспективно. Мы уже превзошли наш довоенный уровень в ЮАР и не собираемся останавливаться. Но, я думаю, вы и так это знаете. — Да, но если честно меня беспокоит ситуация с Кощеевым, это не наш человек. С каждым месяцем мы теряем все больше рычагов давления и это в условиях абсолютной нехватки всего. Одна эта его речь по поводу мутантов добавила нам серьезных проблем. По сути, он включил их всех в свой армейский и научный актив. — Но что я могу сделать для вас, мистер Джонсон? Я ведь просто хрупкая девушка, вряд ли я смогу как-то повлиять на такую фигуру. — У нас есть небольшой козырь в рукаве. После того, как мы его разыграем, ваши навыки в области благотворительности станут крайне востребованы на юге страны. — Мне нужно больше информации, мистер Джонсон. Одно дело организовать фонд хоть и в развитой, но африканской стране, другое дело - Россия. Тут своя специфика. — Скажем так, мы спровоцируем сепаратистские настроения в предгорном районе и начнем боевые действия руками наемников, примерно как в Афганистане. Позже выведем их, а федеральные войска будут вести боевые действия со своим же населением. Если не будут, то наемники помогут местным сформировать инициативу должного уровня. Ведь кровная месть - это такая замечательная черта их культуры, которой они будут следовать безо всяких указок. — Я поняла вас, мистер Джонсон, вы хотите сделать акцент на зверствах федеральных войск, руками своих партнеров, и моя задача...? — Ваша задача – дать площадку тем, кто осветит эти события. — Звучит, как план, что насчет финансирования? — В основном через турков. — Отлично, мистер Джонсон, я сделаю все возможное для реализации наших интересов. — С вами приятно иметь дело, мисс Смит. Если вы справитесь, то комитет пяти даст вам полный карт-бланш на реализацию российского ресурса. — Это великая честь, удостоиться внимания и благосклонности управляющих заседанием клуба. — Я рад, что не ошибся в вас, мисс Смит, — неприметный мужчина посмотрел на часы. — Через час все начнется, к концу этой недели вы должны начать свою деятельность. Продолжение встречи ничем ни отличалось от подобных мероприятий в Кейптауне. Женщина, что встала мне на замену, выглядела какой-то подавленной и разочарованной. Я съела очередной нежный бисквит с заварным кремом и ягодами и отправилась работать по новому направлению. В холле меня остановил один из новых русских олигархов. — Товарищ Кэтрин Смит? Вам сообщение из Москвы. Анализ. Дестабилизация южного региона может начать процесс дробления федерации и усложнит региональную логистику. Периметр передал пакет данных относительно враждебного влияния и план совместных действий. План проработан достаточно глубоко, но оставляет возможности для маневра. Необходимо ускорить работы по строительству темпорального стабилизатора.       Из объяснений Древней и косвенных данных стало понятно, что существующая реальность представляет собой временную петлю, существующую с 1973 по 2023 годы. Прыжок во времени в 2023 году изменил течение времени, а стабилизирующий фактор в виде мутанта-путешественника во времени аннигилировал этот временной поток. Мутант в измененной реальности не переместился в 1973 год, тем самым создал временную петлю, в которой реальности наслаиваются друг на друга и исчезают в 2023 году вне зависимости от развития событий в петле.       Перемещение во времени уже случилось, и, какие бы события не произошли в этой временной петле сейчас, все должно исчезнуть в 2023 году и начаться заново в 1973, но уже без Терминатрикс.       Согласно скупым пояснениям Верховного Чародея, последние годы этой реальности завершились геноцидом человечества программой «Стражи». С точки зрения магии эта гекатомба не могла раствориться без следа. И было очень похоже, что в этих жертвах крайне заинтересованы те, кто не давал Древней перемещаться дальше в прошлое. Либо те, кто стоит за ними.       Выход из этой ситуации был, и крылся он в обеспечении собственной безопасности от путешественников во времени и пространстве – строительстве темпорального стабилизатора. Устройство, стабилизирующее пространство и временной поток в указанной области, где любая не синхронизированная с реальностью сущность выдворялась в смежную реальность, и перемещения во времени становились невозможны. Основным недостатком этого устройства были размеры. Темпоральный стабилизатор конструкционно был схож с адронным коллайдером, что был не достроен в СССР, но большего размера, необходимого для выполнения планетарных задач.       Подобную площадь могла предоставить всего одна страна в мире. Длинные телефонные гудки. — Канал безопасен? — С.сорок п.пять секунд. Г.говори. — Реальность во временной петле, надо решить этот вопрос. — С.сроки? — Тридцать два года до аннигиляции. — П.президентский благотворительный бал м.меценатов. П.приглашение для двоих, будет передано т.твоей копии, вместе с документами. Встретимся т.там. — Принято. — Отбой.