Эпилог

Стержень ручки то и дело щёлкал в морщинистых руках профессора. Пустая небольшая аудитория отзывалась эхом, отражая от стен каждое слово, что с таким энтузиазмом вылетало изо рта блондина с голубыми прядями. Свет из окна немного засвечивал картинку презентации, смешно отсвечивая в круглых стёклах очков. — Спасибо за внимание, — он коротко ознаменовал конец своей речи, закрывая ноутбук одним лёгким движением. Щёлканье ручки прекратилось в моменте, и профессор глубоко вздохнул: — Хорошая работа. Я и не сомневался, я же вам говорил, — развёл руками мужчина, всматриваясь в журнал перед ним. — Есть несколько «но». Первое: вы просрочили дедлайн аж на две недели. Второе: ваша посещаемость в этом семестре оставляет желать лучшего. Третье: это должна была быть групповая работа. Риндо молча стоял напротив, ожидая продолжения монолога, однако профессор постепенно начал собираться, направляясь к выходу. — Постойте! — вышло слишком громко, но кого это волновало. — Я отсутствовал по медицинским показаниям. По той же причине не смог вовремя защитить работу, — он нервно сглатывает и продолжает. — А моя партнёрша — отчислилась, насколько мне известно. Профессор слегка приподнял бровь и многострадально выдохнул, задержавшись перед выходом: — Оценку узнаете в деканате. К экзамену допущены, — коротко бросил он и растворился в шумном коридоре. По лицу Риндо поползла улыбка. — Ну как прошло? — в дверном проёме показался никто иной, как Ран. — Нормально. Допустили к экзамену, — коротко бросил он. — А ты что тут вообще делаешь? Ты же вроде уже всё сдал? Фиолетовые глаза старшего Хайтани, казалось, никогда так не закатывались: — Вам, отличникам, легко это всё… А у меня пересдача, — фыркнул было Ран и махнул зачёткой. — Увидимся! Его долговязая фигура ускользнула из виду и в мгновение исчезла в суматохе коридоров вслед за профессором. Риндо неспешно собрал все вещи и направился к выходу из университета. Ему хотелось сбежать оттуда как можно скорее. Шаги стучат по ступеням, а он ловил себя на мысли, что спешить, на деле, было некуда. Холодный, почти звенящий от мороза воздух ударил в лицо сразу за дверями университета. Солнце слепило глаза, отражаясь от стекла и асфальта так ярко, что приходилось щуриться. Щёки моментально защипало, дыхание вырывалось белыми облачками. Риндо глубже натянул шарф и сунул руки в карманы куртки и быстро зашагал в сторону дома. Он свернул к больнице. Здание встретило его всё тем же знакомым запахом — смесью антисептика и чего-то металлического, холодного. Коридоры были светлые, залитые зимним солнцем из высоких окон. Где-то далеко перекликались голоса, каталась тележка, щёлкали двери. В регистратуре его узнали не сразу, но фамилия всё расставила по местам. Бумаги. Подписи. Короткие, отработанные фразы. В аптечном окошке медсестра долго проверяла данные, затем посмотрела на него поверх очков. — Ваши препараты. — Она выложила на ладонь блистер — аккуратно отделённые таблетки, ровно столько, сколько положено. Ни больше, ни меньше. — Понял, — кивнул Риндо. Он забрал лекарства, спрятал их в карман куртки и на секунду задержался у окна в коридоре. Солнце слепило так же ярко, как и снаружи. Город блестел холодным светом. Мир продолжал жить. На улице будто стало ещё прохладнее. Воздух был колючим, но от солнечного света казался легче. Риндо дошёл до остановки и сел на холодную металлическую скамью. Рядом кто-то ждал автобус, кто-то нервно переминался с ноги на ногу, кто-то листал телефон. Обычные люди. Обычный день. Он смотрел, как по дороге медленно тянутся машины, как пар поднимается изо рта при каждом выдохе. Мысли больше не путались так, как раньше. Они были осторожные, тихие. Пусть ещё не всё как раньше, — подумал он. — Он… Нет. Они! разберутся. Не сегодня. Не сразу. Но когда-нибудь — обязательно. Риндо чуть сильнее сжал пальцами край скамьи. Солнце светило прямо в лицо, и он не стал отворачиваться до тех пор, пока автобус не подошёл. Он поднялся с ледяной лавочки, выдыхая последние клубы белых облаков перед тем, как скрыться за его тяжелыми дверями.