Те кто перешли без клыков

Глава 11 «Те, кто перешли без клыков» Сад заливал мягкий свет рассвета. Роса, будто жемчужины, висела на каждой ветке, отражая первые лучи. Белые цветы тянулись к солнцу, но даже их скромная красота блекнет перед тем, что сегодня должно было прозвучать. Танджиро стоял перед Кагайей Убуяшики, в тени старого платана. Господин сидел в кресле. Лицо бледное, почти восковое, но глаза, к тревоге Танджиро, были на удивление ясными. — Танджиро, — тихо сказал Кагайя, его голос был едва слышен, будто он говорил сам с собой. — Есть тайна, которую не знает никто. Ни Тэнгэн, ни Гиёмэй, даже моя семья. Она болит во мне, как заноза. Танджиро молчал, чувствуя, как воздух вокруг сгущается. — Ты знаешь, Музан ищет голубую паучью лилию, верно? — Да. Чтобы стать абсолютно бессмертным. — Но ты не знаешь, что она цветёт только днём. Танджиро нахмурился, его взгляд встретился со спокойным взглядом Кагайи. — Только днём? Это что-то меняет? Кагайя медленно кивнул, не отрывая взгляда от горизонта. — Конечно, меняет. Цветок раскрывается лишь под прямыми лучами солнца. Никогда ночью. Ни в сумерках. Ни даже в тумане. Только чистый дневной свет. Вот почему Музан не может найти его сам. Он… он не может находиться на солнце. Он сделал паузу. Затихли даже птицы. — Он всё равно узнал о дне. Не как о факте, а как о… возможности. Слухе. Легенде. И этого хватило. Кагайя поднял взгляд, и лёгкий ветерок едва заметно шевельнул его волосы. — Он начал покупать души. Не демонов, нет. Охотников. Он стал убеждать некоторых из нас… помочь ему. Найти цветок. Взамен обещал пощаду. Или силу. Или, что хуже всего — правду. Голос Кагайи слегка дрогнул. — Они не становятся демонами, Танджиро. Они — такие же, как мы. Едят, пьют, сражаются, смеются. Но их клинки… они больше не на нашей стороне. — Их много? — прошептал Танджиро, сжимая кулаки. — Достаточно много. Слишком. Некоторые — даже среди старших. Даже среди Хашира… возможно. Мы не знаем. Они молчат. Они исчезают. Иногда — навсегда. Иногда — возвращаются, будто ничего не произошло. — Почему вы не сказали раньше? — голос Танджиро был напряжён, почти требователен. — Потому что, если бы об этом узнали все… всё бы рухнуло. Недоверие сожгло бы наш корпус быстрее любого демона. Ты понимаешь? Долгое молчание. Только ветер слабо шелестел в листве. — Поэтому, — продолжил Кагайя, его голос стал чуть твёрже, — мне нужен один человек, которому я смогу доверить эту правду. Один человек, который станет… палачом в тени. Не для мести, Танджиро. А для сдерживания. Для того, чтобы найти этих… «серых». До того, как они станут полностью чёрными. Он взглянул прямо в глаза Танджиро. — Я хочу, чтобы этим человеком стал ты. Танджиро смотрел на него долго. В этот момент он впервые по-настоящему ощутил то одиночество, которое скрывалось за улыбкой и спокойствием Кагайи. Боль выбора. Боль предательства. Боль невозможности кричать. — Вы… знали об этом всё это время? — тихо спросил он. — Я наблюдал, как мои люди… исчезают. Я слышал, как они лгут. Я молчал, потому что надеялся, что хотя бы один… вернётся. Но никто не вернулся, Танджиро. Танджиро опустил глаза. Внутри него пульсировала тихая, тяжёлая ярость. Но не к Кагайе. — Если я соглашусь… мне придётся убивать тех, кто когда-то стоял рядом со мной. — Да. Это так. — Даже тех, кто ещё может… передумать? Вернуться? — Ты будешь решать сам. Но если не ты — никто не сможет принять это решение честно. Долгая тишина. Потом Танджиро медленно выпрямился. — Я согласен. Кагайя кивнул. Его лицо стало ещё бледнее, словно часть его ушла с этим согласием Танджиро. — Тогда, — прошептал он, — я покажу тебе имена. Кагайя медленно вытащил из складки своего кимоно тонкий свёрток. — Здесь несколько имён, — сказал он спокойно. — Не доказанные. Подозреваемые. Некоторые исчезли. Некоторые… вернулись. Некоторые до сих пор среди нас. Он передал свёрток Танджиро. — Это не приказ, Танджиро. Это… обязанность, которую ты можешь принять, если сочтёшь это возможным для себя . Танджиро раскрыл тонкие листы. На каждом — имя, возраст, приблизительное описание внешности. Некоторые были ему знакомы. Одно — слишком знакомо. — Если я встречу их…? Что тогда? — Ты наблюдаешь. Ты решаешь. Ты действуешь только если уверен. — Голос Кагайи стал твёрже, в нём прозвучала стальная нотка. — Но помни главное, Танджиро: Демоны — прежде всего. Каждый уничтоженный демон спасает жизни. Каждый разоблачённый предатель — это предотвращённое предательство. Но демон убивает сейчас. Здесь. Это — твой приоритет. Понимаешь? Танджиро медленно, но решительно кивнул. — Я понял. Кагайя взглянул на него с такой болью, будто передавал часть своего собственного проклятия. — Мне жаль, что это пришлось доверить именно тебе. — Мне не жаль, — ответил Танджиро, его голос был ровным. — Если это нужно… я справлюсь. Он вложил свёрток за пояс, затем резко развернулся и ушёл, не оглядываясь. Потому что оглядываются только те, кто сомневаются. А сомневаться было уже нельзя.