Глава 1. День приезда

      Гарри устало улыбнулся, входя в отделанную разными оттенками синего и бронзового гостиную. Наконец-то он добрался сюда, в то место, где когда-то познакомились его родители.       Путь в Хогвартс оказался довольно долгим, поскольку им пришлось ехать целый день, но Гарри не жаловался. Была в этом какая-то романтика, что они добирались в такое магическое место таким привычным и почти маггловским способом. Пусть долго, но зато не выворачивает наизнанку по прибытии на место.       Учеников, едущих в школу, оказалось довольно много и весь поезд был практически забит. Гарри и Ариана сумели занять свободное купе только потому, что прибыли на платформу не в последние десять минут до отправления поезда. Их обоих провожали кровные родственники, а Вальбурга, которая вместе с Регулусом провожала их дома, пообещала все же попытаться в будущем поднять от его имени дело его крестного, который все еще был в Азкабане.       В пути к ним присоединился рыжий парень, но его просьбы показать шрам или рассказать о той ночи быстро задушили желание продолжить общение. Шрам у Гарри все еще был, хотя Вальбурга и предприняла несколько попыток убрать его при помощи различных ритуалов. Но ни алтарь Блэков, ни Поттеров не помог избавиться от отметины полностью.       Поттер вежливо попытался перевести разговор с рыжиком в менее личное русло, но без большого успеха, поскольку тот начал говорить о себе и жаловаться на то, что ему всегда достается все использованное или поношенное. В последнем Гарри не видел ничего постыдного, тем более что магия позволяла значительно продлевать срок службы многих вещей, придавая им вполне приемлемый вид.       Единственной же более или менее нейтральной темой для разговора для рыжего был квиддич. Но даже в этом прослеживались нотки зависти к братьям, которые в нем чего-то добились, или к тем, кто был достаточно богат, чтобы купить все лучшее. Как Малфои, эти Пожиратели смерти.       Гарри был слегка удивлен откровенной ненавистью, которой воспылал мальчишка при одном упоминании семьи младшей племянницы Вальбурги. С ними Гарри не был знаком, поскольку Леди Блэк не решилась провести официальный бал Наследника, когда он принял титул. Все же им не нужна была огласка того, что он знал о своих корнях и традициях магического сообщества. Но были немалые шансы на то, что это мероприятие будет ему грозить уже следующим летом.       На фоне рыжего парня более приятное впечатление произвела девочка-первокурсница из семьи магглов. Да, она ставила себя выше их, упирая на то, что много читала и много знает, но она по крайней мере не лезла ни к кому с глубоко личными темами и расспросами. Ариана и вовсе почти не принимала участия в беседе, читая книгу о редких магических растениях.       Распределение же было именно таким, каким его описывал Регулус. Гарри не сильно переживал за то, на какой факультет попадет. Он ведь никого не знает, а потому и не может предсказать, с кем придется делить общество. Куда больше его занимало внимание того самого Альбуса Дамблдора, о котором он немало слышал за эти годы.       Пожилой маг сидел на роскошном кресле, больше походящем на трон, и смотрел на всех с легкой лукавой улыбкой заботливого дедушки. Но Гарри не обманывался его обликом, чувствуя, как нагрелись серьги из его набора Наследника Рода.       - Обломись, старик. Не будет у тебя и шанса влезть в мою голову, – подумал мальчик. – Но лучше все же соблюдать осторожность, а то мало ли что.       Влияние Распределяющей Шляпы вызвало похожую реакцию защитных артефактов, так что Гарри пришлось лично снять часть блоков, чтобы суметь пройти распределение. К счастью, Шляпа не обиделась и даже поделилась информацией о том, что директор очень желал бы видеть его на гриффиндоре, как и его родителей.       Услышав это признание, Гарри скривился. Ему не нравилось, что кто-то пытался загнать его в рамки своих ожиданий, да еще и так топорно. Шляпа усмехнулась и даже снизошла до того, чтобы спросить о его предпочтениях. Гарри было без разницы, но на гриффиндор он теперь идти не желал из принципа.       В результате теперь он был учеником Когтеврана и его это более чем устраивало. Особенно, когда он узнал от старосты, что их деканом был тот самый профессор Флитвик, который помог ему получить почти уникальную литературу, которую написал его отец. Кроме того, такое распределение забавно перекликалось с тем, что его личным фамильяром был именно ворон.       Харон до сих пор не вернулся, хотя Гарри и не ждал его так скоро. Все же он отправил письмо только накануне. Раны от кровавого пера, как его назвала Вальбурга, уже затянулись, хотя рука все еще побаливала и была покрасневшей. По этой причине Гарри пока оставил повязку, сказав всем интересовавшимся, что неудачно упал. Хотя староста предложила отвести его в больничное крыло, когда услышала об этом.       Ариана прошла распределение на пуффендуй и вместе с ней туда же попал тихий мальчик, наследник Лонгботтомов, с которым они последнюю треть пути в Хогвартс увлеченно обсуждали ее книгу. Гарри был рад за подругу и почти сестру.       Уроки начинались завтра утром, но он не сильно волновался, зная от старших, что первая пара месяцев у первокурсников считается адаптационной и потому требования к ним со стороны большинства учителей оказываются соответствующими за исключением некоторых предметов. Не спеша ложиться спать, Гарри подошел к окну, рассматривая темную территорию.       - Вид наверняка классный, но не думаю, что сейчас можно что-то разглядеть, – заметил парень по имени Терри, пытающийся найти пижаму в своем чемодане.       - Я просто жду письмо, – поделился Гарри. – Надеюсь, оно сможет найти меня здесь, ведь я писал его еще из дома.       - Расслабься. Совы – умные птицы. Они могут доставить письмо даже тогда, когда отправитель не знает точного адреса, – успокоил его другой парень.       Гарри кивнул. Он знал это, ведь до него все же долетело письмо из Хогвартса. Да и с Хароном у него далеко непростая связь. Просто… Он не был уверен в том, что и его письмо смогло найти адресатов, не говоря уже об ответном.

***

      Альбус раздраженно хлопнул дверью своего кабинета. Чертовы аристократы испортили Поттера практически в худшую из возможных сторон! Не было никакого заморыша, с восторгом и почтением взирающего по сторонам и боящегося оказаться здесь чужим. Не было ребенка с душой и разумом на распашку, которого прочтет любой мало-мальски умелый легиллимент. Не было даже очков!       В результате вместо более покладистой и наивной копии Джеймса или на худой конец Сириуса в Хогвартс поступил чертов второй Регулус. Школьная мантия из дорогой ткани, прямая спина, с достоинством, но не самовлюбленно поднятая голова, обрамленная прядями собранных в хвост волос. И чертовы защитные артефакты, будь они неладны. Мальчишка был совершенно не читаем, так еще и угодил в птичник.       Это Минерва за кучей работы может не обратить внимание на невинное приглашение на чай со стороны Альбуса, а вот Филиус далеко не так прост, даром, что на четверть гоблин. Он может создавать впечатление добродушного карлика и снисходительного учителя, но за своими воронятами он следит с пристальностью орла. С тех пор, как тот пришел в Хогвартс и занял место декана, влиять на них стало еще сложнее, чем на змей со всеми их родовыми заморочками.       Дамблдор с раздражением плюхнулся в кресло и закинул в рот лимонную дольку. С тех пор, как мальчишка исчез из дома Петуньи, его на каждом шагу ждало разочарование. Последним ударом стало то, что даже школьная рассылка не помогла найти Поттера, а ведь Альбус старался и лично накладывал на письмо чары отслеживания и магического маячка. Вот только то сначала попало в Гринготтс, а дальше и вовсе его судьбу отследить было невозможно.       Не порадовал отчетом и Оливандер, на феноменальную память которого Дамблдор также делал ставку в попытке узнать хотя бы, с кем Поттер придет закупаться к школе. Ведь мальчишка просто не смог бы не побывать в лавке продавца палочек. Так нет же… Смог. А значит та самая палочка, которую он ему спланировал, осталась невостребованной.       Альбус поджал губы. Он даже теперь не мог проследить за Поттером, когда тот будет в гостиной, чтобы узнать, с кем тот сойдется ближе и за какие ниточки он может подергать, чтобы вернуть героя на сторону Света. А все чертов Филиус! Это он еще десять лет назад снял все следящие чары с портретов и навел другие, не позволявшие изображенным на них людям рассказывать о происходящем в гостиной никому, кроме него самого.       Оставалась надежда только на Северуса, который должен был своей ненавистью озлобить Гарри и отвратить от общения с темным змеиным факультетом. Да и в целом у него уже давно была отведена зельевару роль главного злодея в школьной жизни Поттера. Пусть ненавидят друг друга. Так точнее декан не обратит внимание на влияние зелий на мальчишку и не поспешит на помощь.

***

      Весь преподавательский состав был заинтригован попаданием последнего Поттера во владения вороньего факультета. Филиус так и вовсе, когда директор ушел, откровенно светился от удовольствия.       Северус же, закончив проводить инструктаж своих первогодок и возвращаясь в свои покои, задумчиво вспоминал свое первое впечатление от сына заядлого недруга. На развязного и своенравного Джеймса он пока упорно не походил.       Ведь даже если вспомнить то давнее распределение. Джеймс Поттер вышел из шеренги первокурсников с задранной головой в уже сбитой набок мантии и всклоченными волосами, которые словно забыл расчесать. А ведь его собственный отец был главным экспертом по зельям для укладки волос на Британских островах!       Младший же Поттер проследовал на распределение намного спокойнее, но при этом с явно сквозящим в движениях достоинством, как человек, точно знающий себе цену. Да и вердикт Шляпы удивил. Когтевран? Факультет для самодостаточных заучек, которых мало волнует чужое мнение о себе? Это не сильно вязалось с тем, каким все представляли героя со слов Дамблдора.       Тот описывал ярого гриффиндорца без малейших тормозов и даже грана мозгов в жадной до славы и приключений голове. От одного мыслеобраза у Северуса сводило челюсть и хотелось кинуть в директора чем-то тяжелым и необязательно магическим.       На деле же Поттер совсем не соответствовал словам своего опекуна, что наводило на определенные мысли. Однако пока Северус, будучи опытным шпионом и почти профессиональным предателем, решил не отступать от явно отведенной ему роли.       Он будет в лицо ненавидеть и принижать мальчишку, но за глаза будет следить за ним и при необходимости помогать. Он не смог спасти Лили, а потому он просто обязан спасти ее сына. Пусть и не от того мага, на которого бы все подумали.       Приняв такое решение, Северус сильнее закутался в свои ментальные щиты и направился к своим покоям. Ему не нужно было быть провидцем, чтобы сказать о том, что второкурсники гриффиндора завтра его разочаруют. Будет уже чудом, если они смогут с первого раза отличить котел от горелки, а полынь от крапивы.