1

Кролик, скрестив лапы на груди, угрюмо взирал на мелькающий под полозьями саней снег. Ветер свистел в ушах, заглушая перебранку Северянина и Песочника. Зубная Фея… Эта легкомысленная трещотка вечно ввязывалась в неприятности! И вот, пожалуйста, – полетела одна разбираться с Кромешником. Героиня, видите ли! "Вот вернусь, – ворчал про себя Кролик, – устрою ей взбучку. Чтобы знала, как рисковать головой!" Но гневные тирады почему-то не клеились. В голове настойчиво всплывало её лучистое лицо, озорной смех и неизменное «Кролик, ну не дуйся!». И Кролик не дулся. Или почти не дулся. Просто… волновался. Он, конечно, никогда в этом не признается. Ни за что на свете! Но мысль о том, что с ней может что-то случиться, вызывала у него не самое приятное ощущение где-то в районе пушистого кроличьего живота. Будто там поселился выводок голодных гусениц. "Да она же фея! – пытался успокоить себя Кролик. – У нее этих зубов, как у меня морковок в огороде! Справится!" Но гусеницы не унимались. Они грызли и грызли, подталкивая Кролика к нехарактерным для него размышлениям о хрупкости фейской натуры и коварстве Кромешника. И тут сани подпрыгнули на кочке, Кролик стукнулся головой о борт и проворчал: "Вот же Северянин, совсем ездить не умеет! Как бы еще и дворец Феи не разнес по дороге!" В этот момент гусеницы затихли. Кролик потер ушибленное место и подумал: "А может, все-таки рассказать ей, как я… э-э… забочусь? Нет, бред какой-то! Но если с ней что-нибудь случится…" Он не успел додумать, потому что сани резко затормозили. Впереди, словно зловещий мираж, высился дворец Зубной Феи, окутанный тьмой. "Ну, держись, Кромешник! – прорычал Кролик, хватаясь за бумеранги. – Сейчас мы тебе покажем, где кролики зимуют!" И, спрыгнув с саней, помчался вперед, чтобы, конечно же, просто помочь. И вовсе не потому, что очень сильно волновался за эту упрямую фею. Ни капельки! Тьма сгущалась вокруг дворца, словно живая, но Кролик не обращал на нее внимания. Он перепрыгивал через завалы, проскальзывал между покосившимися башенками, ориентируясь на едва уловимый запах мятной зубной пасты – визитную карточку Феи. В голове билась лишь одна мысль: найти её. Убедиться, что она цела. Внутри дворца царил хаос. Тени плясали на стенах, обломки мебели валялись под ногами, а знакомые хранители-миниатюрки, обычно неугомонные и суетливые, жались по углам, дрожа от страха. Кролик с трудом пробирался сквозь этот беспорядок, пока не услышал приглушенный стон. За заваленным книжным шкафом, в полумраке, он увидел ее. Зубная Фея лежала на полу, ее крылья сломаны, а лицо искажено болью. Кролик, забыв обо всем на свете, бросился к ней. Он аккуратно приподнял ее голову, шепча слова утешения. «Тише, тише, я здесь», – говорил он, сам не узнавая своего голоса. «Все будет хорошо. Я тебя вытащу». Фея слабо улыбнулась, и в её глазах мелькнула благодарность. Кролик знал, что времени мало. Кромешник где-то рядом, и он не позволит ему причинить ей вред. Он подхватил Фею на руки и, презрев опасность, ринулся прочь из проклятого дворца. Кролик бежал, не чувствуя усталости, его лапы твердо отталкивались от земли. Он знал каждый тайный ход в этом разрушенном мире, каждую лазейку, способную укрыть их от преследования. Страх за Фею придавал ему сил, заставлял двигаться быстрее, ловче. Он понимал, что от него зависит ее жизнь. Наконец, они достигли старого, заброшенного колодца, увитого плющом. Кролик осторожно спустился вниз, держа Фею на руках. Внизу, в темноте и сырости, он надеялся, что они смогут передохнуть и залечить раны. Он бережно опустил Фею на мох, сорвал несколько крупных листьев лопуха и сделал из них подобие подушки. Фея тяжело дышала, ее лицо оставалось бледным. Кролик огляделся в поисках чего-нибудь, чем можно было бы облегчить ее страдания. Он знал, что настоящую помощь может оказать только магия, но сейчас им приходилось полагаться только на собственные силы и на удачу. Вдруг, из темноты донесся шорох. Кролик насторожился, прислушиваясь. Сердце бешено колотилось в груди. Неужели Кромешник нашел их? Он приготовился к худшему, готовый отдать свою жизнь за Фею. Но из темноты появился маленький светлячок, а за ним – еще один, и еще. Вскоре весь колодец наполнился мягким, успокаивающим светом. Светлячки окружили Фею, их мерцание касалось ее ран. Кролик с удивлением наблюдал, как бледность отступает с ее лица, а сломанные крылья начинают медленно восстанавливаться. Он понял, что это – помощь, пришедшая в самый нужный момент. Сила природы, сила добра, противостоящая тьме. Кролик не отрывал взгляда от Феи, чувствуя, как надежда возвращается в его сердце. Светлячки, словно маленькие лекари, трудились не покладая сил, вкладывая в ее исцеление всю свою светлую энергию. Он знал, что в одиночку они не справились бы. Они были всего лишь маленькими существами, бегущими от зла, но вместе, с поддержкой природы, они могли противостоять даже Кромешнику. Когда последний светлячок улетел, оставив их в полумраке колодца, Фея открыла глаза. В них больше не было страха, только тихая благодарность. Она слабо улыбнулась Кролику и коснулась его щеки своей маленькой ладошкой. – Спасибо, – прошептала она. – Ты спас меня. Кролик почувствовал, как его сердце наполняется теплом. Он не был героем, не обладал магической силой, но он смог защитить того, кто нуждался в его помощи. И это было самое важное. Он помог Фее подняться, и они вместе выбрались из колодца. Мир вокруг них казался уже не таким мрачным и безнадежным. Они знали, что их ждет долгий и опасный путь, но теперь они были не одни. У них была вера друг в друга и вера в силу добра, способную победить любую тьму.