HUNTERS: Backstage Bloodbath. and others

Сцена пылала неоновыми лучами, а толпа скандировала их имена. Огни били в глаза, слепя, превращая зал в море размытых силуэтов и светящихся палочек. Руми чувствовала ритм всем телом — каждый удар басов отдавался в висках, каблуки вбивали такт в сцену, будто заколачивали гвозди в её собственный гроб. Микрофон обжигал ладонь, раскалённый от её хватки, а блёстки с ресниц осыпались на щёки, как дождь из осколков зеркала. Но её внимание уже не принадлежало музыке. Тень за третьей кулисой шевельнулась против ритма. Она мелькнула, как кадр из испорченной плёнки — резко, неестественно. Не танец, не движение сцены. Что-то ломало реальность, выгибаясь в невероятном угле, будто пространство за кулисами было лишь бумагой, и кто-то сложил его. — Не сейчас... — мысленно выругалась Руми, ловя момент между тактами. Губы её шевелились автоматически, выдавая слова хита "Monster", но взгляд цеплялся за ту точку во тьме, где тень дышала. "Monster" — их хит о токсичных отношениях — как раз подходил к кульминации. Зои, словно механическая балерина на пружинах, крутилась на гидравлической платформе, её серебристое платье вспыхивало под софитами, как лезвие. Мира, стоя у края сцены, швыряла в зал убийственные взгляды — и пару настоящих поцелуев, которые фанаты ловили, как священные реликвии. А Руми... — Антракт! Сейчас! Её крик разорвал музыку ровно на высокой ноте, словно нож, разрезающий натянутую струну. Звукорежиссёр в будке ахнул, выронив наушники. — Что за ху..!! Но Руми уже не было на сцене. Она спрыгнула вниз, проигнорировав взвывших фанатов, чьи руки потянулись к ней, как щупальца голодного зверя. Зои едва не сломала каблук, догоняя её: — Руми, ты с ума сошла?! Это же live.. О боже! Голос её оборвался, словно перерезанный. За кулисами, в узком проходе между декорациями, извивалось нечто. Воздух вокруг него плыл, как над раскалённым асфальтом. Тень не просто стояла — она перетекала, меняя форму, то сжимаясь в комок, то вытягиваясь в нечто худое, слишком длинное для человеческого скелета. — Ой... — Мира остановилась, поправляя чёлку. — Это мой бывший? Существо повернуло голову на 180 градусов. Шея его скрипела, будто ломающиеся ветки. Рот растянулся в улыбке — слишком широкой, слишком зубастой. Три ряда зубов блестели, как битое стекло. — Не льсти себе, дубина, — Руми уже держала в руке клинок. "Venom" — узкий, как змея, с гравировкой в виде нот на лезвии. Он ловил свет, вспыхивая синим отблеском, будто заряжаясь от самой музыки, что ещё недавно гремела на сцене. Демон зашипел: — ТыЫЫ... испОртила пЕснюЯЯ... Голос его был как скрежет вилки по стеклу — звонкий, но неправильный, будто звук шёл не из горла, а из всех щелей вокруг. — Вот блин, — Зои схватила со столика стакан с водой. — Он ещё и музыкальный критик! Руми атаковала первой. Клинок просвистел в воздухе, рассекая дымку, поднявшуюся от демона. Но тварь исчезла — не убежала, не отпрыгнула, а растворилась, превратившись в чёрный дым, который тут же потянулся к потолку, как ядовитый туман. — Сзади! — крикнула Мира. Демон материализовался за спиной у Зои. Его пальцы удлинились, став тоньше, острее — теперь это были щупальца, покрытые липкой чёрной слизью. Они потянулись к её горлу, обвиваясь вокруг, как удавки. — Ну уж нет! — Зои швырнула воду прямо в лицо чудовищу. Жидкость попала в глаза — и зашипела, будто кислота. Кожа демона вскипела, покрываясь пузырями, лопающимися с мокрыми хлопками. — ...Это была святая вода?! — Руми подняла бровь. — Нет, Perrier 2012 года, — Зои пожала плечами. — Но видимо, и так сойдёт. Мира тем временем сняла туфлю на шпильке. Каблук блестел, как стилет. — А это — за мой маникюр! Она вонзила его демону в глаз. Тот завизжал — звук такой высокой частоты, что лопнули несколько лампочек в гримёрке. Демон затрясся, его тело пульсировало, будто что-то рвалось наружу изнутри... И взорвалось. Липкая чёрная жижа брызнула во все стороны, оставив после себя лишь вонь гниющей плоти и серы. Гримёрка. Тишина. Только капает с них демоническая слизь. — Опять сорвали концерт... — Зои разглядывала дыру в своём дизайнерском топе, сквозь которую виднелся идеальный маникюр — розовый, с блёстками. — Но фанаты в восторге! — Мира показала телефон. Экран светился: трендовый хэштег #HuntersHorrorConcept. Под ним — видео, где Руми с криком "Антракт!" спрыгивает со сцены. Руми молча вытирала клинок. Тряпка в её руках почернела от слизи. — Ты знала, что он придёт, — вдруг сказала Зои. Голос её был тихим, но в нём звенело что-то опасное. — Почему не предупредила? Руми сжала пальцы. — Я думала справлюсь одна и.. — Идиотка. — Мира швырнула в неё полотенце, так и не дав договорить. — Мы же команда. За дверью уже орал продюсер, его голос сливался с гулким эхом уходящей толпы. Но впервые за долгое время Руми почувствовала... Облегчение. Оно было горьким, как после первой затяжки сигареты, когда хочется выгнать весь воздух из лёгких и откашляться, вытирая подступившие слёзы. Но оно было их.