Сахарная вата

Ангелина была не в силах отвести взгляд от мерцания огоньков, а Дима не смел отвлекаться от лика увядающей. Он слаб перед ней такой — восторженной и восхищенной. Счастливой хотя бы сейчас, ушедшей от прошлых горестей и... наконец-то действительно свободной.