Часть 5. Предательство

На этот раз привал состоялся глубоко ночью. Было принято решение, что сегодня лучше пройти большую часть оставшегося пути. Из-за позднего времени семья Даймё осталась спать в повозке, даже не выходя проветриться перед сном. Сев как можно удобнее, Минори облокотилась на одно из деревьев. Напротив нее разместился Мадара. Между ними, чуть правее от Минори, располагался «домик» семьи Даймё. Небольшой холодный ветер развевал волосы, а ночную тишину прерывало уханье сов. Девушка вновь взглянула на лицо мужчины. Ее напрягали его глаза: он постоянно тер их либо массировал переносицу. «Все-таки кровь на его лице была из глаз», — подумала Минори. Поднявшись со своего места, она направилась к нему. Мадара лишь поднял взгляд на лицо подошедшей девушки. — Твои глаза болят? — присаживаясь на корточки, спросила она. Шиноби ничего не ответил, продолжая сверлить ее взглядом. Стало некомфортно. Да и то, что он решил проигнорировать ее вопрос, не радовало. — Я всего лишь хочу помочь. — Это не вылечить, — с грубым тоном последовал ответ. — Тогда облегчить боль. Мадара глубоко вздохнул и, через пару секунд, поменял позу. Теперь его ноги не были вытянуты вперёд, а располагались под ним. Это давало возможность подойти поближе. Минори присела напротив и сказала: — Не открывай глаза. Вокруг рук девушки появилось такое же зелёное свечение, как и после боя. Оно сопровождалось лёгким потрескиванием. Поднеся свои ладошки к его глазам, она принялась лечить их. В голове витали вопросы: «Почему нельзя вылечить? Это у него проблема или у всех обладателей шарингана? От чего не вылечить? Что он чувствует? Боль, напряжение, покалывание?» Но ответов не было, и быть не могло. Ей никто не расскажет. Минори не пожалела ни времени, ни интенсивности потока чакры. Во времена занятий у наставника он научил ее: «Если ты можешь помочь кому-то — помоги». А сейчас это не просто посторонний человек. Им вместе нужно закончить миссию. И если один из них чувствует себя плохо, успешность миссии будет под вопросом. Куноичи прекратила лечение, после чего встала на ноги и направилась к своему местечку. — Спасибо, — прозвучало позади с той же интонацией, с какой благодаришь слугу за поданный плащ. Пустая формальность, от которой стало ещё холоднее. — Твоим глазам нужен отдых, особенно после использования шарингана. Я присмотрю этой ночью за порядком. Минори посмотрела в темные глаза Учихи. Видя, что тот задумался: «откуда незнакомке знать, от чего именно болят его глаза?» — на ее лице появилась лёгкая победная ухмылка, исчезнувшая в миг. «Все-таки его характер невыносим, — думала Минори. — По-моему, все было логично и очевидно. Кровь пошла после использования шарингана. Вряд ли генкай клана настолько будет ухудшать состояние носителя. А даже если бы так было, то их клан не использовал бы его так часто, как рассказывается в историях. Скорее всего, это происходит выборочно либо при использовании чего-то определенного. Но это всего лишь догадки». Правду про шаринган она угадала правильно. Осталось узнать и о другом.

***

Прошло около часа. Мадара спал. Минори, как и обещала, следила за порядком. Она сидела с закрытыми глазами, но сенсорика и слух у нее отлично работали. Конечно, любой шиноби должен быть готов к внезапной атаке — все время не спать не вариант. Но после событий этого дня следовало нести дозор. А из-за состояния товарища пришлось все взять на себя. Из головы не выходил клан Даичи. «Их нападение было спланированно на ура. Они, скорее всего, знали состав отряда, знали, какой дорогой мы пойдем. А ведь наша команда решила свернуть не в том месте, где изначально планировалось. Кто-то явно сливает информацию об маршруте, об изменении пути. Но кто? Мадара? Вряд ли. Если бы ему нужно было убить семью Даймё, он бы и сам справился. А если ему нужно убить меня? Хотя и в таком случае ему выгоднее сделать это самому. А что, если Ацуко настроена против своей семьи? — после этой мысли Минори невольно посмотрела в сторону повозки. Нерадостный вид дочери Даймё после победы над врагом напрягал. — Хотя о чем это я? Как-никак это ее семья. Но стоит быть осторожнее». Минори потихоньку погружалась в неглубокий сон, то и дело открывая глаза от шороха какого-нибудь листика, всегда оставаясь наготове.

***

Солнце стало подниматься из-за горизонта, даря миру долгожданный свет. Конечности затекли. Минори подтянулась. Выспаться не удалось, как и ожидалось. Наверное, с момента начала ее дрёмы до утра прошло около четырех часов. Встав, девушка соединила ладони лодочкой, как это обычно делают, чтобы зачерпнуть воды. Сосредоточившись и направляя поток чакры к ладоням, она вызывала появление небольших капелек. Через несколько секунд ее ладони были наполнены водой. При соприкосновении воды с лицом приятная прохлада разлилась по коже. Ощущения было будто глоток свежей воды после жаркого дня. Умывшись, Минори подошла к Мадаре, чтобы разбудить его. — Нам пора, — сказала она достаточно громко, чтобы человек очнулся. Касаться его, дабы разбудить, не хотелось. Мужчина спокойно встал и отлучился в сторону леса. Пока его не было, куноичи разбудила оставшихся членов похода. Пройти оставалось совсем немного — это радовало. Спустя час пути из повозки вышла Ацуко и направилась к Мадаре. «Опять будет приставать», — подумала Минори. Как и в предыдущие дни, она принялась наблюдать за ними. Все было, как и раньше: пока Ацуко приставала, Мадара демонстрировал свою выдержку. Спустя минут пять со стороны мужчины послышались слова: — Ацуко, Вам стоит вернуться в повозку, так будет безопаснее, — он как можно мягче произнес эти слова, повернув голову и наконец взглянув на зеленоглазую девушку. — Вы так считаете? — наигранно сказала Ацуко, сделав вид, что ей уж очень обидно. — Тогда прошу, выпейте мой сладкий чай — он придаёт сил. Мадара, желая поскорее отвязаться от собеседницы, выпил ее напиток. Блондинка улыбнулась и вернулась в повозку. Спустя минут пятнадцать, на удивление Минори, на нее взглянул ее товарищ, после чего остановился. Дождавшись, когда куноичи поравняется с ним, он продолжил путь. Было неясно, как воспринять этот жест. Но замешательство было недолгим, и тишина прервалась. — У тебя хорошо развиты медицинские техники. — Мне до «хорошо» ещё расти и расти. — Твои несколько минут лечения дали покой моим глазам, который до сих пор продолжается, — он произнес это как констатацию факта, будто оценивая качество работы. — Редкий навык для одиночки. — Как раз одиночке следует больше уделять внимания своим умениям, — Минори поправила его, показывая, что не согласна. — Думаю, любой ирьенин так сможет. — Нет, — он серьезно посмотрел на девушку, так что ей стало даже неловко. — Техники моего медика дают покой на пару часов. Внутри нее перемещались чувства. Расценивать его слова как похвалу и благодарность было нельзя. Но с другой стороны, его слова радовали — ведь он признал ее умения. Минори всегда была недовольна своими навыками. Пока она не будет владеть ими в идеале, пока не будет знать все в той или иной сфере, она будет считать себя недостаточно опытной и сильной. «Сегодня Мадара разговорчив, может потому что я ему помогла... надо воспользоваться моментом». — Твои боли в глазах... такого быть не должно, так? — Нет... не совсем, — кашель прервал его. После чего мужчина полез в сумку за флягой с водой. Он жадно глотал ее, а когда опустошил, выругался. Минори вопросительно посмотрела на него. — Кхм, надо вернуться в позиции, — было видно, что ему трудно говорить. «Серьезно? Не захотел отвечать на вопрос и так легко ушел от темы». Минори не подала виду, что разозлилась, а спустя пару минут и вовсе избавилась от приступа гнева. Всё-таки они никто друг для друга. Вот только с выводами она поторопилась. За небольшое время пути куноичи заметила изменения: ее временный товарищ стал тяжелее дышать, походка тоже изменилась. Он стал идти медленнее. — Привал, — хрипло сказал Мадара, отходя к ближайшему дереву и садясь под ним. Только сейчас Минори разглядела лицо Учихи. Ее пошатнуло от его вида: бледное лицо, местами с синеватым оттенком. Хоть на улице было прохладно, мужчина вспотел. — Что случилось? — появился Даймё. — Мы сделаем привал. Нам нужен отдых после битвы, — девушка не стала напрямую говорить, что Мадара чувствует себя не то что плохо, а конкретно хреново. Хотя по виду можно было и догадаться. Даймё взглянул на Мадару и быстрым шагом вернулся в повозку. Куноичи поспешила к обладателю шарингана. Тот запрокинул голову назад, опираясь ей о ствол дерева. Минори отодвинула воротник на его шее, проверяя пульс. Мужчина, видимо, пытался что-то сделать, но его тело уже парализовал яд. Сердце билось медленно. Мадара постоянно кашлял и тяжело дышал. — Тебе стало плохо после того, как ты выпил чай? — протараторила Минори. Мадара ничего не ответил, лишь медленно моргнул. Минори поняла это как «да». Куноичи полезла в сумку товарища, доставая пустую флягу. Сосредоточив чакру, она наполнила флягу водой. Взяв Учиху за затылок, она стала вливать ему в горло содержимое фляги. Как только вода закончилась, она повторила действие. Затем она засунула ему в рот два пальца, как можно глубже, стараясь вызвать рвотный рефлекс. Наклонив его корпус набок, она снова влила ему в рот воды. Наконец его вырвало. Запахло горечью и миндалем. Спустя пару минут мучительной рвоты товарища она вновь повторила свои действия. В это время из повозки выбежала Ацуко. — Что с ним?! Что ты сделала?! — с криками она начала бежать к ним. — Вам лучше отойти, а то запачкаетесь. Просто отравление. — Ты врешь! Ацуко только потянулась к руке Минори, которой та наливала воду в рот Мадаре, как ее окликнул отец: — Ацуко, вернись! — девушка со злобой посмотрела на Минори, но все-таки отпустила ее руку. Она вместе с Даймё зашла внутрь повозки. После промывания желудка Минори чуть оттащила мужчину от рвотных масс и положила на спину. Затем она принялась использовать Шосен Дзюцу. В это время из повозки вновь вышел Даймё. — У вас есть вареные яйца? — шанс очень мал, но вдруг. Они замедляют процесс всасывания. — Н-нет, — замешкавшись, ответил Даймё. — А есть что-то из еды или питья? — Молоко. Хотел привезти жене подарком — уж очень она любит молоко нашего селения. — Пожалуйста, оно очень нужно! Поделитесь! — Конечно, раз такое дело, — Даймё начал отходить к повозке. — У него есть молоко. Тебе повезло, — Минори хотелось верить, что принятие молока после отравления поможет. А оно могло помочь лишь в одном случае — если яд был на основе растительных алкалоидов. Такой шанс — один из ста. Но, вспоминая, как розоватая пенка стекала по углам рта Мадары, даже такая надежда казалась спасением. Она взглянула на лицо товарища. Сейчас синеватый оттенок прошел, потоотделение значительно уменьшилось. Дыхание нормализовалось. «Вовремя успела вывести часть яда. Вот только сколько — неизвестно. Надеюсь достаточно». Ее мысли прервал Даймё. — Можешь использовать всё. — Спасибо, — куноичи сжала бутылку в потных ладонях. Минори вновь усадила Мадару. В этот раз он сам немного приподнялся — значит, силы стали возвращаться. Подождав минут пять, она напоила его молоком и, спустя пару минут, вновь уложила на спину. Он все также дышал через рот, жадно вдыхая воздух. Хотелось поморщиться от запаха горечи и металла, но ей приходилось нюхать и не такое. — Теперь все зависит от тебя. В течение десяти минут станет ясно, выживешь ли ты, — она намеренно сделала тон холодным, пародируя его манеру общения. Учиха лишь пристально смотрел на нее. Во взгляде так и ощущалось: «Если выживу — твои навыки станут моим оружием».