Глава 2.1. Если бы мы не играли

      Они вышли из здания, когда музыка уже стихла, а последние пары прощались у дверей. Ночь была теплой, городской свет лениво отражался в лужах после недавнего дождя.       Мучэн сбросила туфли, зажав их в руке, и чуть согнулась от облегчения.       — Вот так, — выдохнула, — теперь я снова человек.       Е Сю хмыкнул:       — Ну, если быть честным, ты весь вечер выглядела как нечто сверхъестественное.       — Под это определение подходит и ведьма, знаешь ли, — усмехнулась она.       — Не в том платье, в котором ты была.       Они пошли вдоль улицы, минуя пустые остановки и ночные ларьки. Все было медленным, не торопливым — как будто время решило взять выходной.       — Проголодалась? — спросил он.       — Если честно, очень, — призналась она, не моргнув.       Через пару минут они уже сидели на лавочке в парке у ближайшего круглосуточного ларька, разворачивая теплые ароматные шаурмы и потягивая газировку из бутылки. На ней уже был его пиджак — как будто это было само разумеющееся.       — Помнишь ту презентацию, где я упала с кафедры? — Мучэн хихикнула, вспоминая.       — Как я могу забыть. Ты еще успела выкрикнуть «это было запланировано!».       — Потому что ты смотрел!       Он откинулся на спинку скамейки, закусив шаурмой и покачал головой.       — Я смотрел почти всегда, Мучэн. Просто ты раньше этого не замечала.       Она застыла. И тихо, почти не веря себе, спросила:       — А если бы… мы не играли?       Пауза. Долгая. Почти неловкая, но не совсем. Просто тишина, в которой воздух стал плотнее.       Он не сразу ответил. Посмотрел на нее — долго, будто выбирал слова, но в итоге выбрал простоту.       — А ты думаешь… мы все еще играем?       Ее дыхание сбилось. Где-то между горлом и грудной клеткой что-то щелкнуло. Как будто дверь открылась, а она даже не знала, что держала ее запертой.       Он не пошутил. Не усмехнулся. Просто сказал — и остался рядом, спокойно, честно, близко. Настолько близко, что не нужно было слов.       Мучэн отвернулась, сделала вид, что закашлялась от острого соуса. Хотя все, что жгло внутри, — было не от еды.       Они сидели молча. Фонарный свет ложился ей на волосы, а ночной воздух пах свободой и чем-то новым. Она чувствовала, что этот вечер изменил многое.       Может, все.       И в этом не было страха. Только — странная, поразительно теплая ясность.       Точка невозврата пройдена. Но никто из них не захотел вернуться.