Глава 11. Пепел внутри. Искра снаружи.

От лица Авроры Старк > "Ты можешь быть сильной. Но кто-то должен знать, какой ты бываешь, когда вся сила уходит." Прошло три недели с той ночи, когда я впервые осталась одна. Не потому что некому было прийти. А потому что я не захотела никого пускать. Тони сидел за столом с планшетом. Когда я вошла на кухню — он поднял глаза. Медленно. Спокойно. — Доброе утро, — сказала я, наливая себе кофе. Он кивнул. — Ты плохо спала. — Нормально. — Ты похудела. — Тренируюсь. — Не шути. Я за тобой наблюдаю. Я посмотрела на него. Он не был раздражён. Не злился. Он просто… был моим отцом. — Всё хорошо, пап. — Это ложь, которую ты повторяешь себе уже десять лет. Я замерла. Он подошёл, положил руку мне на плечо. — Я записал тебя к психотерапевту. Сегодня. В 15:00. — Тони… — Нет. Не спорь. Пожалуйста. Это просьба, а не приказ. Я кивнула. И впервые — без сопротивления. — Ты можешь звать меня Эбби. Или никак. Главное — не ври. — Я не вру. Я просто… не говорю. — Это и есть ложь. 45 минут тишины и отрывков. Я ломалась. Отбивалась. Отшучивалась. Но потом... — В 10 лет моя мать сказала, что убьёт себя, если я выберу отца. — ... — Я выбрала её. И с этого начался мой ад. — Ты боишься быть одна, Аврора? — Нет. Я боюсь быть забытой. — Ты любишь кого-нибудь? — Себя. Начинаю. Остальных… я использую. — Как ты справляешься с болью? — Секс. Контроль. Ложь. — А с виной? — Никак. Она внутри. Я просто… не дышу до конца. После сессии я не плакала. Я молчала. А потом — начала писать. Всё. О себе. О них. Он пришёл с цветами. Пиццей. С этой своей, почти мальчишеской, неловкой добротой. — Я соскучился, — сказал он. — Ты как будто исчезаешь. — Я не исчезаю. Я... перестраиваюсь. — Ты хочешь, чтобы я остался? Я посмотрела ему в глаза. Он был слишком честный. Слишком настоящий. — Нет. Сегодня — нет. Он молча кивнул. Без скандала. Без драмы. Он просто поцеловал меня в лоб. — Я подожду. И ушёл. Я сидела в тишине. И думала: я не достойна его. Но впервые — я хочу стать достойной. Я пришла на тренировку. Впервые за две недели. Баки был там. Уже разогрет. — Привет, — сказал он. Я кивнула. Мы тренировались рядом. Но не вместе. Потом я сказала: — Не сегодня, Баки. — Я не прошу. Я просто рядом. И он ушёл. Без давления. И я… почувствовала уважение. Я нашла его на крыше. Он курил что-то асгардское. — Ты исчезаешь, — сказал он, не глядя. — Я появляюсь. — Без нас? — Возможно. Он повернулся ко мне. В его взгляде не было угрозы. Только… боль. — Ты ведь знаешь: я всё равно буду любить тебя. — Я не прошу. Он кивнул. — Но знай: когда ты снова загоришься — я приду. Чтобы сгореть вместе. Или вместо тебя. — Мы гордимся тобой, — сказала Ванда. — Ты идёшь не вглубь ада, а наружу из него, — добавила Наташа. — А если что — мы зальём всё вином и мужиками, — хмыкнула Ребекка. Я смеялась. Настояще. Со слезами. Но — без боли. Я не та, кто пришла в Башню, дрожащая и сломанная. Я не та, кто просыпалась в чужих постелях, чтобы не слышать собственное сердце. Теперь… Я — пепел. Но в этом пепле уже теплится искра. И я найду, кем я стану, когда она загорится. И если этот огонь сожжёт кого-то — значит, так было нужно. Я — Аврора Старк. И я учусь быть собой.