Часть 4

День выдался на редкость тревожным. Я шла по коридорам дворца, погружённая в свои мысли, когда внезапно почувствовала опасность. Из-за угла выскочила Гюльнихаль — обычно дружелюбная и улыбчивая девушка, но сейчас её лицо исказилось от боли и напряжения. — Прости, — прошептала она, хватая меня за руку. — Мне очень жаль... Я не успела ничего понять, как оказалась прижатой к стене. Перед глазами мелькнули испуганные лица других служанок, но никто не осмеливался вмешаться. — Отпусти меня !— попыталась я вырваться, но силы были неравны. Гюльнихаль плакала, её руки дрожали. — Это приказ Хюррем, — выдавила она сквозь слёзы. — Прости меня Лилия ... Я почувствовала, как по щеке потекла горячая слеза. Меня никогда прежде не били, и эта внезапная боль была невыносима. — За что? — прошептала я, глядя в пол. Гюльнихаль отпустила меня так же резко, как и схватила. — Прости меня, — повторила она. — Я не хотела... Я отступила, пытаясь осмыслить произошедшее. Как могла близкая подруга Хюррем, моя «подруга», поднять на меня руку? В тот момент я поняла — в этом дворце нет места для дружбы. Здесь правят интриги, власть и жестокость. И даже если кто-то кажется тебе близким, не стоит доверять никому, кроме себя. Слёзы капали на пол, а я сжимала кулаки, клянясь себе, что больше никогда не позволю никому причинить мне боль. Этот день стал началом новой борьбы — за своё достоинство, за справедливость и за место под солнцем этого жестокого дворца. Я стояла перед Султаном моё лицо было покрыто синяками и царапинами, я решила всё рассказать Сулейману и Валиде это единственное что меня может спасти. Сулейман вызвал Хюррем к себе в покои. Его лицо было мрачным, а взгляд — ледяным. — **Что ты натворила?— спросил он, не скрывая гнева. — Я узнал о нападении на Лилию. Это твоих рук дело? Хюррем упала на колени, её глаза наполнились слезами: — **Повелитель, — прошептала она, — я просто хотела быть вашей единственной любимицой.. — Ты перешла все границы! — сурово произнёс Сулейман. — За такие поступки тебя ждёт изгнание в старый дворец. Хюррем подняла на него умоляющий взгляд: — **Повелитель**, — её голос дрожал, — я ношу под сердцем вашего ребёнка... Сулейман замер. Он не ожидал такого признания. Лилия не ожидала такого ответа почему она раньше не сказала о своём положении? — Это правда?— спросил он, пытаясь скрыть своё удивление. Хюррем промолчала. Сулейман приказал немедленно проверить слова Хюррем. Врачи подтвердили её беременность. — Ты остаёшься — произнёс султан, смягчившись. — Но помни — ещё один подобный проступок, и я не буду так милосерден. Что касается Гюльнихаль... Её судьба была решена. Она была отправлена в старый дворец, несмотря на все её мольбы и слёзы. — Я лишь выполняла приказ, — повторяла она, падая на колени перед султаном. Но Сулейман был непреклонен. Он не мог простить предательства, даже если оно было совершено по приказу Хюррем. После этого случая во дворце воцарилась напряжённая атмосфера. Хюррем, несмотря на беременность, продолжала плести интриги, хотя и более осторожно. Лилия понимала — это только начало. Вечером, лёжа в своей постели, я думала о том, как хрупка может быть жизнь во дворце. Один неверный шаг — и судьба может измениться навсегда. Но теперь я знала — у меня есть союзники, и я должна быть сильной, чтобы защитить себя и тех, кто мне дорог. А Гюльнихаль... Она уехала, унося с собой груз вины и боли. Возможно, это было к лучшему — вдали от интриг и предательств она могла начать новую жизнь. 12 Октября 1521 год ( спустя месяц) В тот день я чувствовала себя неважно, но не придала этому значения. Когда я пришла в покои Валиде по её вызову, меня встретила не только она, но и Хатидже Султан. — Лилия,как ты себя чувствуешь? С тобой всё хорошо?— обеспокоенно спросила Валиде. Я хотела ответить, но внезапно комната закружилась перед глазами. Последнее, что я запомнила — как падаю, а вокруг раздаются встревоженные голоса. Очнулась я уже в своих покоях, а точнее в покоях для наложниц султана. Рядом сидели встревоженные Валиде и Хатидже. — Что случилось? — прошептала я. — Лекари говорят, что ты беременна, — мягко произнесла Валиде. Хатидже как и я улыбнулась. Новость о моей беременности быстро достигла ушей Хюррем. Когда она узнала, её охватила ярость. — Как такое возможно?! — кричала она. — Да как она смеет! Я единственная наложница Султана! Махидевран, узнав о случившемся, тоже пришла в негодование: — Это недопустимо! Мой сын Мустафа —должен быть единственный наследник! Валиде вызвала меня к себе: — **Лилия**, тебе нужно быть осторожной. Хюррем в ярости, а Махидевран видит в тебе угрозу для своего сына. Я понимала, что теперь моя жизнь во дворце станет ещё сложнее. Две самые влиятельные женщины гарема стали моими врагами. Я начала искать союзников. Хатидже, видя моё положение, предложила свою поддержку: — Я помогу тебе, Лилия. Нельзя позволять Хюррем и Махидевран диктовать свои условия. В гареме началась настоящая война интриг. Хюррем пыталась найти способ избавиться от меня, Махидевран разрабатывала свои планы. Но я знала — теперь у меня есть причина бороться. Мой ребёнок должен родиться и получить достойное будущее. Каждый день я молилась, чтобы мой малыш был здоров. И каждый день готовилась к новым испытаниям, которые ждали меня впереди. Теперь я не просто наложница во дворце — я будущая мать, и это давало мне силы противостоять любым трудностям. В ту ночь, лёжа в постели, я чувствовала, как внутри меня растёт новая жизнь. И знала — ради этого ребёнка я готова на всё даже умереть... ---- 1521 год 3 Марта Султан Сулейман решил одарить одну из своих любимых наложниц особым именем, которое отражало бы её красоту и значимость при дворе. — **Лилия, — произнёс султан с благоговением, — отныне ты будешь носить имя Бешгюль Эке Гарем замер в восхищении. Бешгюль Эке — имя, которое подчёркивало её исключительность и особое положение среди других. Это имя означало "Пять роз Каралевы" Пока Сулейман готовился к дальнему походу, Бешгюль и Хюррем, переписывались с повелителем, делясь новостями и выражая свою преданность. Их письма были полны тоски и надежд на скорейшее возвращение султана. письмо Бешгюль хатун. "Ты — мой огонь, моя звезда, Что светит в ночи без сомненья. С тобой навек моя душа, В любви твоей — моё спасенье" Рабыни дворца заключали пари, кто из двух наложниц родит первой. – Я, уверенна что Бешгюль родит сына!–Сказала уверенно Челек – Нет, Хюррем раньше забеременела она первой и родит шехзаде!- сказала подходя к Челек, Нур. – А в друг дочь родиться у Хюррем? Почему ты так уверена говоришь что Шехзаде будет!?– спросила Ышин хатун которая явно была против Хюррем, – Всё девушки успокойтесь, прошло только 6 месяцев, как наступит время узнаем!- сказала Элиф хатун – Да, я стобой согласна Элиф хатун!- Подержала Элиф, Гамзе.Напряжение в гареме нарастало, но никто не смел нарушить неписаные правила двора. Время шло быстро и почти 9 месяцев прошли не заметно. Какбы Ышин и Челек не хотели но Хюррем родила первее Бешгюль. У Хюррем родился сын Шехзаде Мехмед.