Глава 6. Реальность.

      Вернувшись в свою уютную, но теперь кажущуюся слишком пустой квартиру, Джинни погрузилась в работу. Она писала. Писала так, как никогда раньше. Статья о больнице Святого Мунго, о героизме целителей, о том, как хрупок мир магии перед лицом неконтролируемых угроз. Она описывала хаос, панику, жертвы, но опущены были детали об истинной природе вируса и о том, что произошло с ней. Она упомянула о «массовых галлюцинациях, вызванных токсичным веществом», что позволило списать все ее странные воспоминания на недуг.       Статья вышла. Она была блестящей. Редактор Барнабас Кафф был в восторге, а волшебный мир с замиранием сердца читал о катастрофе, которой удалось избежать. Джинни стала звездой «Ежедневного Пророка».       Но внутри нее продолжалась своя собственная, невидимая битва. Каждую ночь, закрывая глаза, она снова оказывалась в той кладовке. Ощущение его рук на ее теле, его губ на ее губах. Слова, которые они произнесли: «Гореть мне в аду… Нам гореть в аду». Это было не просто физическое воспоминание; это было что-то, что перевернуло ее душу. Его поддержка, его присутствие в самые страшные моменты — она не могла отрицать, что он был там, когда никто другой не мог быть. Он спас ее. Не раз. И она видела его без маски Малфоя, без надменности, только как человека, борющегося за выживание.       Она чувствовала себя грязной. Предавшей себя, свои убеждения. Но в то же время, она чувствовала себя живой, как никогда раньше. Это было странное, тревожное, но неоспоримое чувство. Она скучала по нему. По той связи, что возникла между ними в безумии.

***

      Драко Малфой вернулся в Малфой-Мэнор. Запыленный, измученный, но живой. Его расследование подтвердило худшие опасения: утечка была преднамеренным актом саботажа, организованной группой радикалов, которые хотели дестабилизировать Министерство. Его дело было закрыто, виновные найдены и наказаны.       Первым делом он встретился с Асторией. Она была красива, спокойна, идеальная чистокровная невеста, выбранная его матерью и давлением рода. Она ждала его, переживала. Но когда он смотрел на нее, перед глазами вставали горящие, дикие глаза Джинни Уизли, ее растрепанные волосы, ее тело, страстные поцелуи и… Беззащитный взгляд, полный отчаяния и внезапной, первобытной страсти.       — Я не могу на тебе жениться, Астория, — сказал он, и его голос был спокойным, но серьезным. Слова дались ему неожиданно легко. — Я разрываю помолвку.       Она вспыхнула, потом побледнела. Ее семья, ее репутация… Но Драко был непоколебим. Он не мог. Не после того, что пережил. Не после того, что почувствовал.       — Если это твой окончательный ответ, — тихо произнесла она, глядя ему прямо в глаза, — пусть будет так.       Драко почувствовал странную, неожиданную благодарность к бывшей невесте. Астория выглядела спокойной, и только в глубине ее глаз плескалась странная эмоция, которую он не мог разобрать — боль? Понимание? Разочарование?       — Спасибо.       Нарцисса, узнав о разрыве помолвки, была недовольна. Ее лицо стало еще более натянутым, чем обычно, складки вокруг губ углубились.       — Ты рушишь все, Драко, — тихо сказала она. — Все, что мы строили.       — Нет, мама, — ответил он, впервые за долгое время чувствуя себя по-настоящему свободным. — Я строю свое.       Он собрал вещи. Не все. Лишь самое необходимое. Палочку, пару мантий, несколько маггловских брюк и рубашек, которые он купил в последнее время, чтобы вписываться в свой детективный образ. Он оставил Мэнор, его давящую историю, его тени. Оставил позади имя, которое было и проклятием, и защитой. Он купил небольшую квартиру в Лондоне, не слишком шикарную, но достаточно скромную, чтобы не привлекать внимания, и достаточно маггловскую, чтобы чувствовать себя оторванным от старого мира.       Секс с Джинни… он был отчаянным, да. Безумным, вызванным вирусом и близостью смерти. Он знал это. Но он также знал, что это было нечто большее. Нечто настоящее. В те моменты, когда все маски были сброшены, а страх превращал людей в монстров, они нашли друг в друге что-то… необъяснимое. Он не знал, что это было, но он не мог это забыть.

***

      Прошел месяц.       Дождливый, серый лондонский месяц. Джинни возвращалась домой после длинного дня в «Пророке». Она чувствовала усталость, но и удовлетворение. Ее статья получила престижную премию. Была на свадьбе Гарри и Джоу, где плакала от счастья за друга. И поймала букет невесты. Братья подтрунивали над ней, перебирая мужчин в их кругу подходящих в мужья, но она лишь отмахивалась. Жизнь налаживалась. Или ей так казалось.       Джинни аппарировала в свой тихий переулок и направилась к двери квартиры. И тут она увидела его.       Он стоял на пороге, прислонившись к стене, одетый в обычные маггловские джинсы и темную рубашку. Его светлые волосы были чуть растрепаны, но в целом он выглядел… расслабленным. Не прежний Малфой из Хогвартса, не детектив из Министерства, а просто человек. В руках он держал номер «Ежедневного Пророка». Ее статья.       Джинни замерла, сердце пропустило удар. Она чувствовала, как кровь приливает к щекам, но изо всех сил старалась сохранять невозмутимость. Это было слишком неожиданно.       — Малфой, — произнесла она, ее голос прозвучал спокойнее, чем она ожидала. — Что ты здесь делаешь?       Драко выпрямился. В его серых глазах мелькнуло что-то, что она не могла прочесть — нервозность? Надежда? Он протянул ей газету.       — Прекрасная статья, Уизли, — сказал он, и в его голосе не было иронии, только легкая хрипотца. — Очень… проницательно. Особенно про галлюцинации.       Джинни почувствовала, как уголки ее губ дрогнули в легкой, почти незаметной улыбке.       — У тебя… — начала она, но запнулась, не зная, как спросить о его невесте.       Он кивнул.       — Да. Я… покончил с некоторыми делами.       Они стояли в тишине, наблюдая друг за другом. Воздух был наэлектризован. Наконец, Драко сделал шаг к ней.       — Мы не поговорили тогда.       — Да. Наверное, у нас просто не было времени.       Он снова кивнул.       — Теперь есть.       Джинни посмотрела на него. В его глаза, в которых больше не было надменности, только какая-то новая, глубокая усталость. И что-то еще. Что-то, что она видела в той кладовке.       — Что ж, — произнесла она, и ее голос был теперь совершенно уверенным. Она не улыбалась, но в ее глазах горел вызов. — Заходи, Малфой. Кофе?       В его глазах мелькнула тень улыбки, которая не коснулась губ, но изменила выражение всего лица.       — Предпочитаю чай. Но… пожалуй, сегодня кофе. С тобой.       Она открыла дверь. Он прошел мимо нее, и их руки на мгновение соприкоснулись. Электричество пробежало по ее коже, дыхание перехватило и внизу живота разгорелся пожар.       Она закрыла дверь за ним, оставляя снаружи дождливый Лондон и прошлое, и шагнула навстречу чему-то совершенно новому и непредсказуемому. Их история только начиналась.