Часть 1. Экзамен

      Конференц-зал, запутавшийся в своём самоопределении между школьным актовым залом и подвалом для пыток, приютил выпускников оккультных экспресс курсов спецотдела службы безопасности. Окна нелюдимо заколочены и игриво обрамлены красными пыльными портьерами, противоположная стена — глухой бетон с облупившейся штукатуркой. Зато напротив двери гордо возвышалась сколоченная сцена, или скорее кафедра, учитывая роль помещения. Впрочем, если посередине воткнуть шест, с тем же успехом это можно было назвать стрип-клубом.       Удерживая стаканчик с латте, солнцезащитные очки и телефон в одной руке, Алекс прикрывает за собой дверь, безуспешно притворяясь незаметным. Подумаешь, припозднился. Всего-то минут на десять.       — Соболев, — тяжёлый бас Игоря Семёновича прилетел в затылок как кувалдой. — Понимаю, что вас не устраивает новое положение. Но вы задерживаете всех. Сядьте уже. И не разлейте кофе! Иначе останетесь мыть полы во всём зале.       Алекс пофыркал, позакатывал глаза и сел на второй ряд, через стул от «Мирного», или в миру Влада Смирного. Тот сдвинул манжет чёрной кофты до середины запястья, скрывая наколку змеиной головы, зыркнул исподлобья и отвернулся. На коленках планшетник с листом. Просто тест? Алекс вскинул голову и, отложив своё добро, снова поднялся, чтобы забрать у Игоря Семёновича экзаменационные вопросы.       Рядом с ним на кафедре сидел незнакомый мужчина, не в форме, в отличие от полковника Дягелева, в благородно-коричневом костюме-тройке. Какой-нибудь начальник офисный. Неужели тоже здесь работает?       — Думаю, будет справедливо, если Алексею Евгеньевичу мы выделим сорок пять минут, — смотря в глаза Алексу, обратился к Игорю Семёновичу незнакомец с едва уловимой полуулыбкой. — Раз он так уверен в своей подготовке. И никаких задержек.       — У вас времени до двенадцати, Соболев, — Дягелев кивнул на слова коллеги и отдал Алексу лист с вопросами.       — А если я завалю это, — Алекс взмахнул распечаткой и широко улыбнулся во все тридцать два. — Вы меня выгоните?       — Отправитесь на второй поток ещё на семь месяцев и пересдачу, Соболев, — пригрозил Игорь Семёнович. — Сядьте уже и не отвлекайте остальных.       Алекс картинно вздохнул, заламывая и беззвучно причитая в потолок, дойдя до места, оглянулся на «зрителей». Незнакомец усмехался, Дягелев демонстративно игнорировал. Никакого веселья.       Как и любой тест, такой экзамен — формальность. Смешно если им ещё и дипломы или сертификаты выдадут. «Профессиональный хтонеловец»! «Оккультный следователь»? «Оперативный ведун»?       Дягелев, конечно, припугнул пересдачей, но вряд ли его действительно интересовала правильность ответов. Однако сидевший впереди молодняк ощутимо нервничал: Леночка притопывала каблучками и качала головой в такт мыслям, Тихон рядом то и дело поправлял очки, — или чесал нос, со спины не особо видно. Алекс шёпотом попросил у него запасную ручку. Вариант писать кровью остался запасным.       Вопросы поверхностные, местами техничные. Как изгнать злого домового? Освящёнными свечами, окурить полынью или ладаном, посыпать соль по углам и читать «Отче наш»?       Алекс ещё перечитал варианты ответов, перечеркнул. Написал: «открыть банку пива, предложить сдобу и поговорить за жизнь». Чтобы домовой разозлился, надо знатно облажаться перед ним, а потом долго и честно мириться. Но не выгонять же, изверги.       А вот определение ковена. «В английском языке традиционное обозначение сообщества ведьм, регулярно собирающихся для отправления обрядов на ночной шабаш» — определение с Википедии, даже слова-ссылки остались синими. Интересно, а тот, кто придумывал вариант «общество злых женщин», никогда не попадал под горячую руку колдунам? Ну да, попавшие редко выживают или остаются в своём уме.       Поотвечав на все вопросы, а в закрытых дописав свои варианты из практики, Алекс вернул Тихону ручку. Сорок пять минут? Даже тридцать звучит оскорбительно!       Соболев откинулся на спинку и ещё раз осмотрелся. Смирнов натянул капюшон чуть ли не на глаза, писал на предпоследний по размеру поэму не иначе, сбивался на корявые глифы. Правильные, кстати. Поделился бы хоть кто ему их нашёптывает, не первый раз уже.       Тихон в пятый раз переворачивал листок, перепроверяя. Всё ведь выучил, как ходячая энциклопедия. Лена маятником пыталась угадать верный ответ на какой-то заковыристый вопрос. Алекс поддался вперёд и вытянулся, чтобы посмотреть. Увидел только слово «водяной». В голове мгновенно заиграла песня из детского мультика, обещая застрять до самого вечера.       Надо было срочно отвлечься! Вот, например, на Рогова. Тоже понимает, что к эту экзамену надо попроще относиться, — лист рядом лежит, сам в телефоне что-то смотрит. Сделал всё, ждёт следующего приказа. Как сам Рогов неохотно признался, его перевели из другого отдела. Почему? Зачем? Его фон был настолько глух, что Соболев иногда терял его из поля восприятия.       Фон как и от таинственного незнакомца рядом с Дягелевым, между прочим. Бетонная стена и то разговорчивее! У самого Игоря Семёновича фон чистый понятный, видящего средней руки, он себя прикрывает, но незаметно, ненавязчиво. Как положено. Незнакомец почувствовав внимание, поймал взгляд. Глухая оборона. Ещё и усмехается гад! Почувствовал, что прощупывают.       И снова уткнулся в архивную папку, где что-то читал. Как ни в чём не бывало. Однако у Алекса кольнуло чуть выше щитовидки. Он потёр шею, сгоняя неприятное чувство. Намёк понял, не лезем.       Минутная стрелка неумолимо подкрадывалась к двенадцати, когда в зал широким шагом вошёл уже некогда мелькавший в поле зрения блондин. В форменной рубашке, ослабленном галстуке и с авантюрным блеском в глазах. Шевцов, кажется. Именно так его назвал один из преподавателей в коридоре, чтобы передать бумаги после пары у их скромной компании. На вид ровесник.       — Экзамен окончен, — Игорь Семёнович поднялся со своего места и хлопнул в ладоши. От неожиданности вздрогнул Влад, словно выпал в реальность, заозирался. Дягелев принял от новоприбывшего стопку свежеотпечатанных бумаг и продолжил: — Сдавайте билеты капитану Шевцову, — он указал рукой на блондина. — И перейдём к существенным вещам.       — А как же обещанная пересдача, Игорь Семёнович? — наиграно возмутился Алекс, передавая ответы.       — Соболев, даже если ты на всю страницу нарисовал абстракцию на половые органы из пасхальных атрибутов — от работы не отвертишься и на вольные хлеба тебя обратно не пустят.       — Сказали бы сразу, я бы лишний час поспал, — Алекс откинулся на спинку жёсткого стула, вертя в руках пустой картонный стаканчик.       — И опоздал бы ещё на полчаса. Всё, тихо, — Дягелев резко вскинул руку и сжал в кулак. В зале за мгновение повисла гробовая тишина. И дыхания не слышно, хотя Алекс было уверен, что за окном узкая, но проезжая улочка. Двинуться не вышло тоже.       Шевцов без единого шороха перебрал их ответы и кивнул полковнику. Мир отмер, впрочем шум с улицы так и не просачивался. Зато рёбра перестало сковывать чужой силой.       — За эти семь месяцев, вы прошли теоретические основы об... особой, магической части нашей реальности, — начал Игорь Семёнович. — Как бы нам не хотелось уже назначит вас на полноценную полевую работу, порядок предписывает пройти практику. Под присмотром, конечно. Ваш наставник и младший куратор, капитан отдела по оккультным делам Андрей Васильевич Шевцов.       Блондин вытянулся и отсалютовал двумя пальцами от виска в приветствии.       — И ваш основной куратор — Дмитрий Николаевич Романов, — Дягелев коснулся плеча того самого мужчины в костюме. Тот кивнул аудитории. — Именно он будет принимать решения кто, когда и как может завершить практику и приступить к полноценной работе. На ближайшие месяцы вы переходите в под его руководство для отработки освоенной теории, — Игорь Семёнович развернулся к Романову и пожал тому руку. — Всё, Дим, теперь это твоя головная боль. В воспитательных методах не скромничай, хоть розгами.       Романов усмехнулся: — Можете положиться, полковник.       Пока Андрей раздавал всем тонкие папки, видно с практическим заданием, Романов взял один из свободных стульев и поставил перед сценой, спинкой к аудитории. Сам встал рядом и облокотился бёдрами на край сцены. Поза достаточно расслабленная, чувство опасности не покидало. Алексей снова потёр горло на фантомный отзвук прошлой «ответки».       Последнюю папку Шевцов передал Дмитрию и оседлал приготовленный для него стул. Судя по миролюбивому облегчению на светлом лице, кое-кто всё утро провёл на ногах.       — Первое задание. У вас будет около 42 двух часов для того, чтобы ознакомится с делом, собрать вещи, максимально завершить дела, предупредить близких или не очень об отъезде, и прибыть в место сбора к назначенному времени. Точные данные в выданных документах, — Романов говорил спокойно, негромко и очень чётко. Все почти синхронно открыли папки, находя первой же распечаткой лист с инструкцией. — Ваша командировка рассчитана примерно на неделю.       Алексей спохватился и встряхнулся только через полминуты тишины. Так просто попасть под чужое влияние? Нонсенс!       — А если у меня дома, скажем, рыбки или кошка? — Соболев склонил голову к плечу, ухмыляясь. — Я не могу отлучаться так надолго.       — Алексей Евгеньевич, о каких рыбках и кошках речь, если у вас завял даже кактус? — Романов сладко прокатывал голосом снисходительную иронию. Почти смаковал. И смотрел, как на капризного ребёнка.       — Откуда?       — Вам напомнить, где вы находитесь?       — Думал шутки про дозвон на выключенный телефон это просто шутки, — на языке стало кисло. И странным образом обидно от такого мягкого взгляда карих глаз. Того гляди, по голове похлопает и отправит доедать борщ. Дягелев бесился забавно иногда, а этот что?       — В каждой шутке, Алексей.       — Понял. Принял. Молчу.       Соболев сложил на груди руки, непроизвольно нахохлившись. Надо будет сменить стратегию взаимодействия, иначе выставит ещё как пример в назидание остальным. И прав будет.