Часть 1

Солнце палило беспощадно, а питьевой воды оставалось все меньше и меньше. Ли Янь не ел с утра прошлого дня, еду что он взял в храме едва хватило на два дня и две ночи. Голова кружилась от голода, воровать он не смел, а золотых монет не водилось. — Эй, ты, в обносках! Не хочешь золотых монет заработать? — Ли Янь поднял взгляд. Перед ним стоял юноша в пёстрых красно-синих одеждах. Моложе его, но самоуверенный до дерзости. — Чем могу быть полезен, господин? — вежливо спросил Ли Янь. — Господин?.. Ха! Может, ещё поклонишься, бродяга? — расхохотался тот. — Мы не кланяемся живым, — спокойно ответил Ли Янь. — Мы? Я тут больше никого не вижу, кроме тебя, оборванца. Юноша подошёл ближе и перешёл на полушёпот: — Слушай, тут неподалёку есть горячие источники. Хочу туда попасть — жуть как хочу! Поможешь, получишь мешочек золотых. По рукам? — И чем же могу помочь, господин? — У входа сидит злючая тётка. Притворись пьяницей, подними шум, а я в это время проскользну в купальню. Ли Янь помолчал. Затем тихо сказал: — Если она вас не пускает — значит, так должно быть. — Да что ты как святой! Там такие девушки, такие... ммм... прелести! Ну ты же мужчина, понимаешь меня?! — Увы, не понимаю. Простите, господин — не смогу помочь. Юноша фыркнул. — Ну и катись, бродяга! «Совсем молодёжь уважения к старшим не имеет… Его бы к моему наставнику — мигом бы зауважал всех», — подумал Ли Янь, глядя вслед нахалу. Лучше уж умереть с голоду, чем помогать такому дерзкому господину. В купальню к девушкам хотел пробраться... Неслыханная наглость. Ли Янь сделал ещё пару шагов, но внутреннее чувство не давало покоя. «Он ведь и правда попытается… и, скорее всего, у него получится». Он остановился, развернулся и решительно зашагал обратно. Нельзя было позволить такому самодовольному мальчишке добиться своего. Ли Янь поспешил в сторону горячих источников. В этих краях мужчин почти не осталось — большинство служили при дворе императора. Здесь же оставались их жёны, матери и дочери — на долгие годы, без вестей, без объятий. Служба у императора была строгой: даже если мужчинам удавалось получить короткий отпуск, времени, чтобы добраться до этих отдалённых земель, всё равно не хватало. Женщины за эти годы научились всему: сеяли, строили, лечили. А теперь им ещё и приходилось защищаться — от навязчивых, безумных юнцов, которых ничто не останавливало. Купальня уже была видна. Тонкий пар стелился над тёплой водой, скрывая очертания, а неподалёку, прячась между кустами, метался тот самый юноша. Он искал, на что бы взобраться, чтобы перелезть через бамбуковую ограду. Юноша заметил Ли Яня и радостно замахал рукой. — Всё-таки решил помочь? А строил из себя святого. Идём скорее! «Вот балбес», — устало подумал Ли Янь. Он прошёл вперёд и громко прокричал: — Хозяюшка! Тут юноша пытается перелезть через ограду и подглядеть за юными дамами! — Ты чего творишь?! — закричал ошарашенный юноша. — Ах вы, сорванцы! — донёсся гневный голос от источников. — Я сейчас вам устрою! Хозяюшка выбежала, размахивая полотенцем. Юноша попытался убежать, но она схватила его за ворот и принялась хлестать. Ли Янь хотел было вмешаться: — Эм… простите, хозяйка, думаю, ему уже достаточно… Но не успел договорить, как и сам получил полотенцем по спине. — Ай! Хозяюшка, а мне-то за что?! — вскрикнул он, отшатнувшись. — Проказники! Думаете, я не вижу? Вместе тут ошиваетесь! Сейчас я из вас всю дурь выбью! Пока Ли Яня отчитывали и стегали, юноша сорвался с места и пустился наутёк. Не долго думая, Ли Янь последовал за ним. — В следующий раз отхлестаю бамбуком! — кричала вдогонку разъярённая хозяйка. Они бежали, пока крики не стихли позади. Ли Яню было неловко — и за побег, и за то, что оказался втянут в такую нелепую ситуацию. Но с другой стороны… он ведь всё же предотвратил подсматривание. — Ты чего натворил, а? Ни себе, ни людям! — задыхаясь, бросил юноша. — Нечего вам лезть к девушкам, Господин. Вы ведь из знатного рода — не пристало вести себя так! — строго сказал Ли Янь. — Тоже мне, святой беженец! — хрипло бросил юноша, задыхаясь от бега. Они добежали до ближайшего холма, спрятались в тени широкого дерева и, убедившись, что за ними никто не гонится, уселись отдохнуть. — Эй, беженец... Куда держишь путь? — спросил юноша, всё ещё переводя дыхание. — Ищу заклинателя в горах. Говорят, он может излечить любые недуги. А вы, Господин? Вы ведь не из этих земель, — ответил Ли Янь. — Забавно... Я тоже ищу заклинателя. Только вот пока — ни следа. — Говорят, его можно найти глубоко в горах. Думаю, путь займёт ещё один день. Но мои запасы почти на исходе... Чем быстрее найду — тем лучше. Юноша вдруг расплылся в хитрой улыбке: — Слушай, беженец. Сопроводи меня до заклинателя, а я поделюсь с тобой едой, водой и дам ночлег. Идёт? — Я не беженец, — спокойно ответил Ли Янь. — Меня зовут Ли Янь. Прошу обращаться ко мне по имени. — Вот как? И что же означает твоё имя? "Зануда"? А может, "святой"? — хмыкнул юноша. — Ладно, Ли Янь. Так и быть, и ты можешь обращаться ко мне по имени. Я — Юнь Сяо. Из клана Ши. — Клан Ши?.. Вы из семьи, приближённой к самому императору? — удивился Ли Янь. — Ага, тот самый клан Ши, — с ленцой подтвердил Юнь Сяо. — И всё же… лекари из клана Ши не смогли излечить вас? Что же за недуг такой, если вы в одиночку отправились через пол-страны к заклинателю? — в голосе Ли Яня зазвучал укор. Юнь Сяо усмехнулся: — Понимаешь, друг мой… Мою "болезнь" ни один лекарь не вылечит. Тут нужна магия. Стоит мне увидеть женщину — разум помутняется. Вот меня и прогнали из императорских владений. Сказали: "Пока не повзрослеешь — не возвращайся". Раньше моя слабость к женщинам никого не заботила… пока я не провёл ночь с наложницей самого императора. Он расхохотался, будто рассказывал весёлую байку у костра, а не преступление, за которое полагалась казнь. — За это вас должны были казнить. Провести ночь с наложницей Императора… какая дерзость, — нахмурился Ли Янь. — Ну вот, снова ты — святой в рваном одеянии, — ухмыльнулся Юнь Сяо. — Почему сразу казнить? Это ведь всего лишь наложница. У Императора их с десяток тысяч. Не думаю, что он заметил пропажу… — добавил он, будто с наслаждением вспоминая ту ночь. — Всего лишь наложница?.. А если вы сломали ей жизнь своим обаянием?! — Ли Янь смотрел строго, почти с укором, как будто пытался пробиться сквозь лёгкомысленную броню собеседника. Но Юнь Сяо только хохотнул, откинувшись на траву. — Жизнь?.. О, я бы сказал, я сделал её ночь — по-настоящему запоминающейся. Думаю, она ещё долго будет вспоминать меня… — довольно проговорил он, глядя в небо, будто наслаждаясь этой мыслью. Ли Янь сжал кулаки. — Женщины — не игрушки. Вы используете их, а потом уходите, оставляя после себя пустоту и боль. — Ох, да что ты заладил, святой! — устало отмахнулся Юнь Сяо. — Хочешь, расскажу, как она сама первая пришла ко мне? — Мне не нужно знать подробностей, — отрезал Ли Янь. — Мне достаточно знать, что вы гордитесь тем, чего следовало бы стыдиться. На мгновение между ними повисла тишина. Ветер раскачивал верхушки сосен, а где-то вдалеке завыл шакал. Ли Янь отвернулся первым. — А ты чего ищешь заклинателя? — Юнь Сяо лениво потянулся. — Какой у тебя недуг? — Не могу сказать, — ответил Ли Янь после короткой паузы, избегая взгляда. — Ха! — фыркнул Юнь Сяо. — Я тут душу излил, целую трагедию про наложницу поведал, а он — «не могу сказать». Плохой из тебя попутчик, Ли Янь, совсем неинтересный, — он улыбнулся с притворной обидой, но в глазах блеснуло искреннее любопытство. — Неужели это что-то настолько постыдное? — Это личное, — спокойно произнёс Ли Янь. — А вдруг ты не попутчик, а сам колдун? — Юнь Сяо прищурился, делая таинственное лицо. — Тогда тебе стоило бы держаться от меня подальше, — тихо сказал Ли Янь, и в его голосе впервые прозвучало что-то тревожное. Юнь Сяо усмехнулся, но замолчал. Возможно, впервые он понял, что Ли Янь — не просто набожный странник. — Пошутили, а теперь пойдём искать ночлег. Ты когда в последний раз нормально ел? — спросил Юнь Сяо, взъерошив волосы от усталости. — В детстве, — без тени иронии ответил Ли Янь, глядя на закат. Юнь Сяо улыбнулся ему в лицо — вежливо, с лёгкой неловкостью, а потом резко отвернулся и скривился. «Вот ведь странный, — подумал он. — Святоша, а не человек. И с таким мне в горы…» Они встали, обтряхнули дорожную пыль с одежды и направились в сторону гостиничных домиков, что располагались у подножия гор, среди старых сосен и висящих фонариков. — Хочу пить, — тихо сказал Ли Янь, не сбавляя шага. — Держи, — Юнь Сяо небрежно протянул фляжку. Ли Янь сделал глоток — и тут же выплюнул всё, что попало ему в рот. Глаза его округлились. — Это… это же вино?! — возмущённо прошептал он, оглядываясь, будто боялся, что кто-то услышит. Юнь Сяо расхохотался, хлопнув себя по бедру. — Ну, прости, святой брат, у меня не храм, а карман. Другого нет! Ли Янь недовольно вытер губы рукавом. — Я думал, это вода… — Вот теперь и ты попробовал вкус жизни, — подмигнул Юнь Сяо. — Видишь, какая у нас дружба — просвещаю тебя с первого дня. — Твоя "дружба" опасна для здоровья и нравственности, — пробормотал Ли Янь, но во взгляде у него мелькнула улыбка.