Плач в лесу

Тишину маленькой деревушки, затерянной среди гор, нарушал лишь шелест листьев под холодным ветром. Последние дни здесь пропадали старики — бесследно, без единого крика, будто их поглощала сама тьма. Санеми и Генья шли по узкой тропинке, ведущей вглубь леса. Воздух был густым, пропитанным запахом прелой листвы и чем-то еще… металлическим. Кровью. — Здесь что-то нечисто, — пробормотал Санеми, пальцы сжимая рукоять меча. Генья лишь кивнул, его единственный глаз внимательно скользил по теням между деревьями. И тогда они услышали… Плач. Тихий, дрожащий, словно отчаянная мольба о помощи. За поворотом, под старым дубом, сидела девушка. Ее длинные черные волосы почти сливались с ночью, а белое кимоно было испачкано грязью. Плечи ее тряслись от рыданий. — Вы в порядке…— начал Генья, но Санеми резко поднял руку, останавливая его. Его взгляд упал на землю. На траву, на корни… На алые капли, стекающие с ее пальцев. *Когтей.* Девушка медленно подняла голову. Ее глаза, золотисто-желтые, как у зверя, блестели слезами. Но больше всего Санеми заметил *клыки* — острые, капающие кровью. — Демон!— рявкнул он, выхватывая меч. Девушка вскрикнула, отпрянув назад, но Генья уже зашел с другой стороны, отрезая путь к бегству. — Пожалуйста… я не… — ее голос дрожал, но охотники не слушали. Бой был яростным, но коротким. Демоница оказалась быстрой — она металась между деревьями, словно тень, но Санеми был опытнее. В последнем рывке он схватил ее за волосы, грубо притянув к себе. — Руби!— бросил он Генье, заставляя демоницу встать на колени. Та задыхалась, слезы текли по ее лицу, смешиваясь с кровью. — Я… не убивала их… — прошептала она. — Это не я… Генья замер с мечом наготове. — Санеми, может… Но в глазах капитана не было жалости. — Руби ей голову, — повторил он холодно. Лезвие Геньи замерло в воздухе. Рука дрожала. — Руби я сказал!— крикнул Санеми. Вдруг он заметил как быстрая тень прошлась среди деревьев. - агр. Ещё один демон?! Генья прикончи эту я разберусь с этим- сказав это Санеми быстро побежал в сторону другого демона. Но Генья не двигался. Глаза демонессы — золотистые, как осенняя луна — смотрели на него не со страхом, а с... пониманием. — Я не хотела становиться монстром... — её голос звучал хрипло, будто сквозь слёзы. Он... мой отец.... А когда я превратилась, первое, что я сделала — вонзила когти ему в горло. Потому что он поднял руку на мою сестру... Генья ощутил, как по спине пробежал холод. "Мама..." Воспоминание ударило внезапно: тёмная комната, пьяный отец, замахнувшийся кулаком. И хрупкая женщина, бросившаяся между ними, приняв удар на себя... —Твоя сестра? — спросил он, и меч опустился на сантиметр. Демонесса сжалась. — Другой демон... съел её. Прямо у меня на глазах. Я гналась за ним... но он слишком силён... Где-то в лесу раздался крик Санеми — он настиг добычу. Генья глубоко вдохнул. — Уходи. Сейчас. Она не поверила. Замерла, будто ожидая удара. — ПОКА Я НЕ ПЕРЕДУМАЛ! — рявкнул он, и демонесса вздрогнула, отползая назад. Но вместо того, чтобы исчезнуть в темноте, она вдруг низко поклонилась, прижав окровавленные ладони к земле. — Спасибо... Как вас зовут? Генья заколебался. — ...Генья. — Я — Юки. Она подняла лицо, и он увидел — впервые за годы охоты — *искреннюю благодарность* в глазах демона. Потом она исчезла, оставив после себя лишь смятую траву да алые капли на листьях. *** Когда Санеми вернулся, размахивая окровавленным клинком, его взгляд сразу упал на опущенный меч Геньи. — Где она? — Убежала. Санеми замер. Потом медленно вытер лезвие о траву. — Ты знаешь, что за это бывает. Генья стиснул зубы. — Она не убивала стариков. Тот, кого ты преследовал — вот настоящий убийца. Санеми резко повернулся, но Генья продолжил: — Иногда... даже демоны заслуживают шанса. Тишина повисла между ними, густая, как туман. Наконец, Санеми фыркнул и пошёл прочь. — В следующий раз — убью сам. Слабак.