Я помню, кто я такая.

Она очнулась в холодном мраке и вдохнула затхлый пыльный воздух. Раздался громкий металлический стук; пол дрогнул и вдруг ушел из-под ног. От внезапного толчка она упала и, неуклюже барахтаясь, попыталась встать. Несмотря на холод, лоб покрылся капельками пота. Поднявшись, она оперлась спиной о твердую металлическую стену, затем забилась в угол. Сползла на пол, прижала колени к груди и крепко обхватила их руками, надеясь, что глаза скоро привыкнут к темноте. После очередного толчка комната начала двигаться вверх, точь-в-точь как старый подъемник в горнорудной шахте. Резкий скрежет цепей и вращающихся блоков, какой можно услышать лишь в цехах древнего завода, наполнил кабину, отражаясь от стен гулким эхом. Темный лифт продолжал подниматься, медленные покачивания взад-вперед вызывали тошноту. Совсем дурно стало, когда в нос ударил запах горелого машинного масла. Хотелось заплакать, но слезы не текли. Оставалось лишь сидеть и ждать. «Я Джо» – мелькнула далекая мысль, затем все воспоминания нахлынули словно цунами. «У меня получилось, не могу поверить, что я обвела Пейдж вокруг пальца», – она ухмыльнулась, продолжая подниматься вверх. «Они, должно быть, запихнули меня в лабиринт В, где Соня» Происходящее не укладывалось в голове. Джо пыталась трезво оценить окружающую обстановку и найти выход из создавшегося положения. Что она будет делать? Ей сразу рассказать о ПОРОКе или дождаться последнего Глейдера? В сознание разом ворвалось целое: факты о лабиринте, образы Пейдж и Крысуна, воспоминания о Томасе, который остался там. «Бедный Том, он там один, а если они решат и его запихнуть в лабиринт?» Вот теперь ей захотелось заплакать, как самой настоящей маленькой девчонке. Плавно покачиваясь, лифт продолжал подниматься. Джо перестала обращать внимание на противный скрежет цепей, тянувших кабину вверх. Казалось, прошло уже много времени, точно сказать было невозможно. Каждая секунда длилась целую вечность. Как ни странно, первоначальный страх улетучился, словно рой мошкары, сметенный порывом ветра, и теперь его место заняло сильное любопытство. Очень хотелось понять, что сейчас происходит в лабиринте у девочек. Смогли ли они найти выход? Издав скрип, а затем глухой металлический звук, кабина резко остановилась, и сидевшую в углу Джо неожиданным рывком отбросило на середину лифта. Опершись руками об пол, она явственно ощутила, что кабина постепенно перестает раскачиваться. Затем она окончательно замерла: наступила тишина. Прошла минута. Еще одна. Джо покрутила головой. Темнота. Она снова ощупала стены, пытаясь найти выход — ничего, лишь холодный металл. Осталось ждать, пока другие откроют этот чертов лифт и достанут ее. Она стояла в центре кабины и смотрела наверх, терпение быстро испарилось. – Кто-нибудь! Эй, помогите! – закричала она. Каждое слово причиняло нестерпимую боль в горле. Когда над головой раздался громкий лязг, Джо чуть не задохнулась. Потолок лифта разрезала тонкая полоска света, становившаяся все шире. Низкий скрипучий звук наводил на мысль о том, что кто-то с трудом поднимает тяжелые двойные створки. «Так медленно, должно быть это правда лабиринт В», – быстро промелькнуло в мыслях. Свет ударил в глаза, Джо чуть отвернулась, заслонив лицо руками. Внутри все похолодело, когда она услышала над собой мужской голос. – Это… это девчонка… – Хватит, Галли, шутка устарела! – Да ладно, мы не поведемся снова на этот кланк. Множество мужских голосов окружало ее, пока кто-то не спрыгнул вниз к ней. – Давай, поднимайся, шнурок, – ее схватили за запястье, потянув к шлюзам. – Не трогай меня! – Джо вырвалась, спиной вжимаясь в угол кабины. Это был Галли, она помнила его еще подростком-забиякой, которого забрал ПОРОК четыре года назад; ему было восемнадцать тогда. Они забрали его на какие-то подготовительные курсы, также как и других первых прибывших в Глейд. Но сейчас перед ней стоял высокий юноша, не сильно отличающийся физической подготовкой, с носом-картошкой и короткими темными волосами. – Хватит, тут тебе не море, песок и пина-колада, вылезай, – в этот раз он не подходил к ней, а лишь протянул мазолистую руку, – тебя тут не обидят, обещаю. Джо знала, что не обидят, она так думала, но… Больше всего она была напугана тем, что единственная девочка среди полсотни молодых парней, кто знал, какими они стали в стенах лабиринта. Когда Галли помог ей вылезти, Джо заметила, что он не пытался ее «ощупать», а лишь подставил две ладони как подножку. Наверху ее встретило множество лиц. Это были мальчики. Полсотни мальчиков от тринадцати до двадцати лет. Они все дети, как и она. Но лишь ее вина в том, что они все тут. Чувства страха, незащищенности и злости охватили ее. Джо была растеряна и не знала, как себя вести. Но знала точно: «Притворись, что ты ничего не помнишь. Притворись, притворись, притворись…» – Я Галли, – тот самый с веснушками протянул ей руку, – не пугайся, тут никто ничего не помнит, сейчас придет Алби и… Она побежала. Пока мальчики рассматривали ее как девятое чудо света, она толкнула некоторых из них и выбежала на поляну. – Ха, Галли, она тебя кинула! – Во дает, она что, бегун? – Черт, Галли, ты ее спугнул своей кланкорожестью! Она знала этот Глейд всю свою жизнь. Тут можно убежать либо в лес, либо в Лабиринт, к сожалению, первый вариант остался за ее спиной. Но она не хотела бежать в лабиринт, но и остановиться тоже не могла, это было бы странно и глупо. – Шевелитесь, почему этот шнурок бегает быстрее вас? – Галли бежал следом, как и кучка подростков, только они сильно отставали. – Минхо, лови ее! – этот голос она не узнала, да и времени не было. Из лабиринта выбежал среднего роста парень, плотный и мускулистый, с азиатской внешностью. Он бежал в простой рубашке с закатанными рукавами, обнажающими бицепцы. Когда-то он был ее другом, тем, кому она могла рассказать все, Минхо. Сердце болезненно сжалось от того, каким он стал. «Я не могу показать, что знаю их, не могу…» Минхо ловко поймал ее за руки, и она запнулась о свои ноги, кубарем падая на землю. Он упал вместе с ней, причем Джо успела заехать ему локтем по ребрам. – Дерьмо, – он закашлялся, – ты еще кто такая? Столько раздражения и злости в его голосе, никогда он так грубо не говорил с ней. Это было больно. Чертовски. Голова сильно кружилась, она не могла сфокусировать взгляд на чем-то одном. Зеленая трава, небо, которого не существует, стены лабиринта, все сжалось в одну точку. Она закрыла глаза, осознавая, в какой кланк вляпалась. Галли подбежал к ним и упер руки в колени, пытаясь отдышаться. Сзади него, прихрамывая, шел Ньют, с таким же диким выражением на лице. Теперь он был с длинными блондинистыми волосами, которые спадали по обтянутой футболкой спине. Алби тоже был недалеко, темнокожий парень с коротко подстриженными волосами и выбритым лицом. Он, протискиваясь через толпу, подошел, нависая над ней. – Меня зовут Алби, поднимайся, – она приняла его руку и встала, – добро пожаловать в Глейд.

***

Три недели назад.

Парень с короткими темными волосами лежал на врачебной кушетке, его голова, руки и ноги были привязаны толстыми кожаными ремнями. Он пытался выбраться, но ничего не получалось. Конечности сильно отекли и начинали жечь. – Тише, Томас, ты делаешь хуже только самому себе, помни об этом, – голос принадлежал взрослому мужчине, в белом костюме. Крысун. Редкие черные волосенки, зачесанные поперек лысины, длинный нос, сбитый чуть вправо, резвые глазки, которые бегают туда-сюда, от Томаса на медсестер. – Хуже делаете только вы, отправляя детей на смерть, – он не переставал сопротивляться, словно это – единственное, что у него осталось. – Зря ты так, Томас, – мужчина взял в руки маленький хирургический скальпель, – твоя сестра подписала себе смертный приговор, скоро и ты окажешься в лабиринте. – Даже когда я забуду всё, я всё равно буду тебя ненавидеть, – он плюнул в лицо этому подонку, после чего улыбнулся. – Мелкий паршивец, - крысун ударил Томаса в челюсть, после чего потянулся за салфеткой, – ну ничего, когда поймешь, что ПОРОК – это хорошо, сам приползешь ко мне молить о прощении. – Пошел к черту, – анестезия начала действовать, и Томас провалился в сон.

***

Джо сидела на поляне в Глейде, осматривая всё вокруг. Со стороны монитора это место выглядело маленьким, словно лужайка. Как же она ошибалась. – Как себя чувствуешь? – к ней подошел пухлый подросток, к сожалению, в ПОРОКе их разделяли по возрасту, поэтому она не знала, как его зовут, – мое имя Чак, ты помнишь свое? Он неуклюже сел рядом с ней, протягивая фляжку с водой. Посмотрев на жидкость, она осознала, как сильно хочет пить. После того, как прикончила целую фляжку, она смогла заговорить. – Джозефина, – она не была уверена, какую информацию должен был оставить ПОРОК в ее голове, называть ей свое полное имя или нет… – Красивое, намного лучше моего, – парнишка приуныл, отпихнув небольшой камушек носком ботинка. – Не стоит, Чак взучит лаконично и быстро, пока произнесешь мое – состаришься, – мальчишка хмыкнул и уставился на нее, – у меня что-то на лице? – Ньют сказал мне не говорить ничего такого, но, никто из нас не помнит никого из людей, особенно девушек, ты просто очень красивая, – его пухлые щеки покрылись румяном, как малина в огороде. – Спасибо, Чак, – Джо потрепала мальчишку по волосам. Какое-то время они сидели в тишине, пока Джо не услышала странный скрежет. Словно что-то стучит по дереву. – Ты слышишь? Чак, вероятно, понял, о чем она говорит, но решил промолчать. Он пожал плечами и встал. Джо посмотрела вверх и успела заметить бледный красный огонек, тут же скрывшийся в ветвях. – Смотри! Она поднялась и обошла дерево с другой стороны, вытягивая шею и стараясь понять, откуда исходит стрекотание, но не увидела ничего, кроме голых серо-коричневых веток, вытянувшихся словно костлявые пальцы и придававших дереву сходство с живым существом. Конечно, она знала, что это. Возможно, это был ее жук, соединяющий камеру в Глейде с компьютером разработчиков. Но она должна понять, что успели узнать эти дети об этом месте. – Слушай, Ньют просил не… – Я знаю, не говорить и бла-бла-бла, но Чак, я свихнусь, если не пойму, что это за место, пожалуйста, – она сложила ладони вместе и надула губы. – Это…это… – Не доставай ребенка, – сзади них стоял Ньют. В его руках было одеяло и что-то еще. Он осуждающе посмотрел на Чака, из-за того, что тот нарушил его запрет; после бросил в него одеялом. – Чак, помоги ей со спальным местом, будь другом, – он продолжал смотреть на Джо, даже когда Чак ушел. – Так, Ньют, верно? – она поднялась на ноги, но даже так не доставала до его плеча. «Он так вырос. Я помню его, когда он был ниже меня, жаль он не вспомнит, кто я такая», – эта мысль завладела ее разумом. – Ага, а ты вспомнила как тебя зовут? – он кивнул в сторону хижин и они вышли из-под навеса. – Да, я Джозефина. – Значит Джо, окей, – он медленно шагал по поляне, пока остальные продолжали пялиться на них, – Алби тебе уже все рассказал, но я как чувствовал, что у тебя буду вопросы, поэтому… начинай. Она дала себе времени немного подумать. Осталось совсем ничего до начала испытания, так что, ей следует как можно больше узнать о глейдерах и их планах. – Мне страшно, я понятия не имею, кто вы и что это за место, самое поганое, что я не знаю даже, кто я такая, – она опустила голову вниз, та часть про страх не была ложью. – Джо, – Ньют остановил ее, касаясь плеч, – для начала запомни, как бы не было тяжело, но ты не узнаешь, кто ты такая. Ты не вспомнишь, и хуже то, что ты будешь просыпаться каждый день без знания этого, видеть нас, выполнять определенную работу и просто жить. Теперь у тебя есть Глейд и мы, на этом точка, – она смотрела в его глаза, наполненные суровостью, – чем быстрее ты это уяснишь – тем лучше для тебя. – Ты же в курсе, что только сильнее меня напугал? – Ага, но так будет лучше. Реальность – суровый кланк, – они уже подошли к полевой кухне, где стоял Фрайпан, – здесь у нас Фрай, он готовит еду и следит за запасами продуктов. «Странно, его я точно не помню, хотя он нашего возраста…» – Привет, сестренка, – Фрай улыбнулся, а затем немного засуетился и передал ей тарелку с клубникой, – держи, для поднятия настроения. – Это клубника? – Джо улыбнулась, тут же пробуя ягоду на вкус, – о боже, это так вкусно, спасибо. – Черт возьми, Фрай, ты никогда не предлагал мне просто так клубники, – Ньют пихнул друга в плечо, – ты жесток. – Нет, просто ты, Ньют, не красотка, – Фрай еще раз улыбнулся Джо и скрылся на кухне. – Знаешь, ты первая девчонка, которую мы видим в жизни, – он почесал затылок, – теперь Глейд не такой как был прежде, возьми ответственность. – Не собираюсь, вы – первые мальчишки, которых вижу я, так что, тоже берите ответственность, – она быстро прикончила клубнику и оставила тарелку на столе. – Окей, Джо, а ты интересная, идем дальше. Так Ньют подробно рассказал ей о том, какие работы есть в Глейде: фермеры, повара, медаки, плотники, простые помощники, ну и бегуны, конечно. Алби позвал его, поэтому Ньют ушел, напоследок сказав ей найти Чака, мол, он о ней позаботиться. Интерес взял вверх. Еще четыре года назад, Пейдж предлагала ей и Томасу посетить лабиринт, чтобы посмотреть на их труд вживую. Томас сразу же отказал, как и она. А зря, сейчас ей бы это пригодилось. Пока остальные все еще были заняты работой, она быстро пробежала вдоль стены, где росла высокая трава, немного скрывая ее силуэт. Джо подошла к Восточным Воротам, чувствуя, как сердце уходит в пятки. Она была поражена там, насколько большим оказался просвет с близкого расстояния. В ширину он был не меньше семи метров и уходил высоко вверх до самого края стен, чьи торцы, обрамляющие проходы, были гладкими, за исключением одной странной детали: с левой стороны Восточных Ворот виднелось множество глубоких отверстий диаметром в несколько метров. Отверстия были просверлены прямо в камне, начинались у самого подножия стены и уходили вверх. При этом, из правого торца Ворот, прямо напротив отверстий, выступали штыри. Назначение было ясным, как и время. Они скоро закроются. – Впечатляет, верно? Джо вздрогнула, понимая, что ее поймали. Это был Минхо. Он стоял сзади нее, сложив руки на груди. Ей хотелось поговорить с ним на чистоту, как тогда, в детстве, но он больше не её Минхо. – Ты расскажешь Алби? – она прикусила нижнюю губу, стараясь выглядеть как можно безобиднее. – Н-нет, я … не расскажу, – парень прокашлялся, после чего подошел ближе, – он накажет тебя, если узнает. – Спасибо, – она вновь повернулась к воротам, – возможно, я была механиком, но я узнаю эту систему, они закрываются, верно? – Черт, я не должен тебе этого говорить, но ты права, они скоро закроются, так что, нам лучше уйти, – он махнул головой в сторону поляны, но девушка не сдвинулась, – пошли. – Я хочу посмотреть, – она нахмурилась, ожидая, когда же они начнут двигаться. – Ты, конечно, умная, но очень глупая, – он аккуратно взял Джо за локоть, оттаскивая от ворот, – они скрепят так, что ты с ног свалишься, пошли, я говорю, издалека посмотришь. Она поддалась назад и позволила себя увести, то и дело, оборачиваясь на ворота. – Не пропустишь шоу, еще пять минут, – Минхо подвел ее к бруску дерева и она шлепнулась. – Отойди, ты мешаешь, – она слабо толкнула его. – Мешаю? Ну ты и… – он знал, что с девушками не говорят как с парнями, назвать ее «кланком» или «салагой» было бы неуместно. – Продолжай, – вот теперь она смотрела прямо на него, и Минхо захотелось спрятаться от этих зеленых глаз. Он видел гриверов, убегал от них, путался в лабиринте, но побоялся какой-то девчонки. Вероятно, это было смущение, а не страх, но, тем не менее, она словно магнит. Сидит на этом бруске и говорит с ним, а не прячется по углам, как это делал любой салага. В этой девчонке что-то было такое… знакомое, скорее, давно забытое. – Мы так и не познакомились, я – Минхо, – он присел рядом, все еще не зная, стоит ли пожимать ей руку, делают ли это девчонки? – Джозефина, – она сама протянула руку, и он слабо улыбнулся, касаясь хрупкой женской руки, – я знаю, что мне много чего нельзя знать, но, прошу, три вопроса, ответишь? – Слушай, Джози… – он прикусил язык, это получилось само собой, он не хотел, но назвал ее именно так. Джо почувствовала влагу в глазах, еще в ПОРОКе только Минхо так называл ее. Смешно, как рефлексы подставляют глупое человеческое тело. – Пожалуйста, всего лишь три вопроса, – она смотрела испытывающе, не давая парню и шанса отказаться. – Окей, только не говори Ньюту или Алби, – он сдался, поднимая голову к небу. Уже было темно, Фрай подает ужин, плантации укрывают от дождя, плотники собирают инструменты и появляются первые проблески звезд. Каждый вечер в Глейде одинаковый, за исключением сегодняшнего. – Что это за жуки на деревьях, они странные и мигают? – Мы думаем, что это создатели следят за нами, типо, как мы тут живем, – Минхо пожимает плечами и поворачивает голову в ее сторону, – ты выглядишь так, словно ожидала другого ответа. «Конечно, я ожидала того, что вы догадаетесь за три года, что это за жуки, полный кланк, они даже и половины походу не знают» – Нет, просто… это странно, создатели, кто они? – Джо заметила странные разводы на лице парня, словно пот и грязь смешались в одно. – Мы не знаем, лишь то, что они называют себя ПОРОК, это написано на жуках, на продуктах, да на всём, что они нам посылают, – он начинал злиться. «Не так уж и плохо за три года, наверное…» – Хорошо, а что в… – она чуть не сказала «лабиринт», никто не говорил ей что за стенами, – в-вон там, за этими воротами, там так темно, что ничего не видно особо… – руки слегка потряхивало, она чуть не выдала себя. – Полный кланк, Алби убьет меня, в прямом смысле слова, – Минхо отрицательно покачал головой, – я не могу… – Минхо, ты обещал, – она коснулась его плеча, заставляя посмотреть в свою сторону. – Агрх, там лабиринт, мы думаем, что выход в нем, большего не скажу, – парень замолчал, стоя на своем. «Отлично, значит, они успели неплохо его изучить, я бы взглянула на карты…» – Спасибо, у меня последний вопрос… – Давай уже, моя могила руками Алби почти готова, – он усмехнулся, все еще позволяя ей держать себя за плечо. – Я могу стать бегуном? Минхо резко встал на ноги. Он посмотрел на нее так, как никто и никогда. Смесь злости, непонимания и … страха заполонили его глаза. – Нет. И никого никогда не спрашивай об этом, поняла? – Минхо, – Джо встала следом, но парень схватил ее крепко за руку, приближая к себе. – Ты поняла? – она четко видела отчаяние в его радужках, оно плескалось словно море. Ей было больно от того, как крепко он ее держит. Джо ничего не понимала, поэтому просто кивнула. Минхо быстро ушел, бормоча что-то о том, что ей надо найти Чака.