Let the world burn // BangChan

Lost in the fog I fear that there's still further to fall It's dangerous 'cause I want it all And I don't really care what it costs Он смотрел с обожанием, всегда жгучим, но никогда не обжигающим. Тёмный омут его глаз лишь для неё. Он испивал её голос как благословение из чаши божества, позволяя страху окутывать себя. Страху, что мгновения, украденные у реальности, конечны. I shouldn't have fallen in love Look what it made me become I let you get too close Just to wake up alone Это был надрыв, грань, стертая и позабытая, когда они были рядом. Не существовало никого, кто мог бы это разрушить, пока его любовь, как ядовитый плющ, душила всё вокруг, разрушая здравый смысл в щепки. Он забывался в ней, позволяя двоим раствориться в этой опасной игре. Но постель была хладной, после жарких ночей. And I know you think you can run You're scared to believe I'm the one But I just can't let you go Он рушил хрупкое сознание, бросая к её ногам цветы мертвецов, умоляя купаться в его жертвенности, поверить, что он - её судьба, предначертанная богом, написанная на небесах, что он готов был разверзнуть, ради одного лишь нежного взгляда. Сжимал в объятиях до хруста костей, извинялся, ловя улыбку нежных губ, и слова, что слетали с них. I'd let the world burn Let the world burn for you This is how it always had to end If I can't have you then no one can Конец всегда предначертан. Осколки мира, пепелище на могиле жизни. Небеса разверзнулись. Изощренное желание - зрелище летящего пепла в отражении глаз напротив. Не Судный день, воспетый фанатиками, а личный апокалипсис, пропитанный слезами, болезненным удовлетворением и извращенным страданием человека, который так и не научился любить. If I can't have you then no one can I'd let it burn I'd let the world burn Just to hear you calling out my name Он похоронил в холодной земле мечту - его имя с её уст. Никакие страдания не могли заставить её произнести такое простое имя. Время уничтожено, с багрового неба падают слезы тех, кто не верил. А он стоял, смотря в пустые глаза, потерявшие свою искру, и теперь отражавшие лишь пепел.