-

Цепи подземелья звенели тревожно и несколько угрожающе, не предвещая заключенным ничего хорошего. Юноша поежился от холодка, заползшего под тонкую ткань одеяния, и поерзал на полу, пытаясь принять хоть сколько-нибудь удобное положение. Из-за скованных над головой рук не было возможности полностью опуститься на холодный пол - длины цепей не хватало. Ухо уловило легкую поступь обнаженных ступней, следом он почувствовал ледяное прикосновение металла. Еще пара мгновений – и на ноге чуть повыше лодыжки защелкнулось металлическое кольцо, ограничивая подвижность. - Зачем? Зачем ты это делаешь? – его голос чуть подрагивал. Вместо ответа девушка небрежно поправила повязку на его глазах. Звук шагов отдалился. Юноша позвенел кандалами на руках. - Ответь… Снова ее приближение. Губ коснулся скатанный в плотный шарик комочек ткани. Равнодушный женский голос велел. - Рот открой. Юноша слепо поводил головой из стороны в сторону. - Открой. Иначе я заставлю силой, - нежный пальчик коснулся подбородка, девушка легонько надавила на область ниже губ. – Не заставляй меня убеждать тебя в том, что я могу это сделать. Прогнав неприятную дрожь, он подчинился, сразу же почувствовав шарик ткани во рту. Не хочет, чтобы он мог говорить? Тепло женского тела коснулось щек – она нагнулась, неосторожно приблизившись, завязывая концы ткани. Тело пронзила неожиданная дрожь возбуждения и предвкушения нестандартной игры. Девушка перестала колдовать с узлом на затылке. Распрямилась – ощущение тепла пропало, вызвав у него новую волну приятной дрожи. Коснулась запястий, проверила, что цепи прочно держат руки юноши над головой. Чуть дразня, провела коготками по шее, вызвав судорожный вздох, и спустилась ниже, распахивая на юноше одежду. Тело моментально покрылось мурашками от холода. Погладила обнаженную грудь, провела теплыми пальцами по животу вниз, отметила натянувшуюся ткань. Юноша тихо застонал и чуть подался вперед. Цепи снова зазвенели при его попытке освободиться. - Нет-нет, не так быстро…. Груди коснулось что-то холодное. Полоски, кажется кожа. Плетка? Нет, только не так. Юноша дернулся в сторону, пытаясь отодвинуться. Цепь на ноге натянулась, кольцо впилось в кожу, причиняя капельку боли. Девушка хмыкнула, довольно сузив глаза. Да, так хорошо. Возбуждение от картины перед глазами и от тревоги юноши накрывало волнами, заставляя руку с плетью чуть подрагивать. Она закрыла глаза. Надо чуть успокоиться, иначе нормально ударить не получится. Свист воздуха встревожил его слух за мгновение до удара. Грудь обожгло короткой яркой болью. Зубы впились в шарик, давя стон. Нет, нельзя, это только раздразнит ее. Кожи коснулись теплые пальцы. Девушка мягко погладила чуть покрасневшую грудь, заставив вздрогнуть от неожиданности. Коснулась губами, словно извиняясь за содеянное. Согрела дыханием. Отстранилась. Он напрягся, сжимая до боли в скулах шарик в зубах. Новый удар не заставил себя ждать. И снова – теплые пальцы, губы, дыхание. Очень скоро краткие передышки перестали давать наслаждение, только усиливали нервозность. Еще удар, еще… Наконец до уха девушки донесся сдавленный тихий стон. Такой долгожданный, вызвавший мощный всплеск желания. Она чуть поджала кончики пальцев ног, пережидая волну наслаждения. Наконец-то прорезался голос. Теперь будет интереснее. Его грудь и живот приобрели яркий розовато-красный оттенок. Ниже – белая полоска нижнего белья. На ткани блестела капелька смазки. Она отложила плеть, потянувшись за лежащими невдалеке небольшими ножницами. Опустилась на колени перед закованным юношей. Свободной рукой потянулась к себе. Уже намокла, слишком возбуждающее зрелище. Но стоит продолжить, не надо заставлять его ждать. Больно. Высеченная кожа груди и живота, казалось, горела огнем, несмотря на холод помещения. Неожиданное для него возбуждение от первых ударов давно стихло. Юноша тяжело, с перерывами, дышал. В последний раз он все-таки не смог удержаться от тихого стона боли. Сразу после этого удары прекратились. Запястья ныли от впившегося металла и усталости. Стараясь издавать как можно меньше шума, он осторожно покрутил запястьями, избавляясь хотя бы от усталости. Судя по звукам, девушка отложила плеть. Зашелестела ткань ее одеяния, почувствовалось легкое дуновение ветра от движений. Потом холод металла коснулся внутренней части бедра. Он резко дернулся, подтягивая ноги к животу, заставляя цепь на лодыжке обжечь кожу сильной болью. Цепкие пальцы резко ухватили его за бедра, буквально вдавливая кончики коготков в кожу ног. Юноша зашипел. - Не дергайся… - донесся раздраженный голос мучительницы. - Ты так сам себе больнее сделаешь… Обнаженной кожи снова коснулся металл. Он заставил себя сидеть спокойно, только часто вздымающаяся грудь указывала на сильное волнение. Послышался тихий звук режущих ножниц. Тонкая полоска металла будто бы случайно задевала чувствительную кожу рядом с плотью, заставляя его вздрагивать. Наконец девушка закончила резать на нем белье, оголяя желанную часть. Небрежно пробежалась коготками по длине, избегая головки с вновь выступившей прозрачной капелькой. Он подобрался, отодвигаясь было к стене, но девушка снова впилась коготками в его бедра, заставляя вернуться к изначальной позе. Она встала. Теперь его общий вид заводил еще сильнее. Такой беспомощный и уязвимый. Она снова взялась за плеть. Теперь молчать станет сложнее. Первый же удар плети задел чувствительную часть тела, заставив его дернуться. Не давая опомнится, она повторно подняла плеть. Второй удар пришелся пониже первого, ближе к бедрам, снова задевая открытый участок тела. Третий пришелся еще ниже, вызвав вспышку острой боли и новый стон. Чуть всхлипнув, он попытался сдвинуть колени, закрываясь, от чего цепь, ведущая к лодыжке, натянулась, а металл кольца сильно впился в кожу. Она остановилась. Нет, так неудобно. И он грозит сорвать все веселье. Она отложила плеть и окинула взглядом помещение. Как бы его зафиксировать, так чтоб не мешал… Передышка позволила восстановить сбившееся дыхание. Колени он продолжал держать максимально сомкнутыми, хотя удавалось полноценно сделать лишь с одной стороны, со второй его ногу прочно фиксировало кольцо на лодыжке. Тишина в помещении позволяла слышать ее движения и шаги. Вот она прошла на другой конец подземелья. Вернулась. Шаги приблизились со стороны второй ноги. Теплые пальцы обхватили лодыжку, девушка резко дернула его ногу на себя, чуть не выкрутив ему сустав, и зафиксировав между своими обнаженными коленями, начала наматывать на нее веревку, до боли затягивая узлы. Он попытался было выдернуть конечность, но бок тут же обожгла боль от сильного удара плетью. - Не рыпайся, больнее будет, - следом за ударом послышался равнодушный голос девушку. Удовлетворившись своей работой она дернула его ногу, заставляя открыться, и, добившись легкого натяжения и очередной гримасы боли на его лице, привязала второй конец веревки к металлическому пруту ближайшей клетки. “Вот теперь закрыться не получится”, - усмехнулась она про себя, подбирая плеть. В этот раз удар пришелся точно в цель, выбив из юноши сдавленный вскрик. Девушка замахнулась снова. На этот раз удары были гораздо болезненней. Раз за разом он чувствовал как полосы кожи оставляют жалящие отметины на его плоти. Каждый удар заставлял его тело вздрагивать, а от свиста при следующем взмахе хотелось сжаться. Всего несколько шлепков - и повязка на глазах начала мокнуть от выступивших слез, а с губ начал срываться громкий крик, перемежаемый всхлипами. Наконец удары стихли. К этому моменту он был полностью вымотан. В горле чуть першило от криков, иссеченные части тела ныли. Из-за грубо намотанной веревки связанная нога ниже лодыжки казалась по ощущениям раскаленной и распухшей. Запястья и вторую лодыжку саднило. Дополнительно добавлялась боль и усталость от неудобной позы. С губ срывались рваные полувсхлипы-полустоны. Больше всего он мечтал, чтоб это закончилось. Она же торопливо отвязывала веревку - привязанная нога опасно изменила цвет - куда-то в фиолетовый. Освободив одну ногу, принялась за другую, ощущая, как по телу бегают волны удовольствия. Запястья оставила скованными над головой. Встав перед ним на колени, она потянулась к его иссеченной плетью плоти. Теплые пальцы на горячей саднящей коже заставили сперва вздрогнуть. Только не снова! Но в этот раз она не убирала рук, вместо боли даря ласку. Несколько ритмичных движений заставили его напрячься и подняться, ослабляя натяжение в запястьях - возвращалось уничтоженное ударами возбуждение. Уколы боли вперемешку с растущим возбуждением давали необычный эффект, медленно распаляя его. Девушка дразнила, то замедляя, то ускоряя темп движений, заставив попытаться самостоятельно двинуться в кольце сомкнутых пальцев. В ответ она тут же убрала руку, сжимающую уже окрепший орган. Помедлила. Он чуть поерзал, напоминая о себе. - Я могу дать тебе возможность закрыть рот, - ее тон больше не был равнодушным, теперь в нем сквозила нежность. - Но только если ты не будешь пытаться разговаривать. Он согласно закивал - проклятый шарик во рту уже порядком утомил, и тут же ощутил тепло ее рук на щеках. Девушка осторожно развязала узел на затылке, избавив его от кляпа. - Только попробуй сам двинуться - оставлю без удовольствия, - строго пригрозила она, возвращаясь к прерванному занятию. Еще несколько болезненно-приятных движений, иногда более хаотичных, задевающих сочащуюся прозрачной жидкостью головку, и он начал морщиться, кусая губы в попытках сохранить молчание. Разрядка была уже близко. Наблюдая за юношей, девушка потянулась и к себе - разрядка была нужна обоим, а она сама была уже на грани. Еще через несколько синхронных движений подземелье огласил протяжный мужской стон, перемежаемый прерывающимся женским вздохом… ***Он наконец открыл глаза, наткнувшись на удивленный взгляд ее темных глаз. - Прости… Я стонал? - Стонал? - переспросила она. - Еще как. И стонал, и вскрикивал, и ворочался, будто кошмар приснился. И… - она взглядом указала вниз. - Как вот это объяснить после такой гаммы эмоций? Что такое тебе приснилось? Юноша смущенно помолчал. - Ты… - наконец смущенно пробормотал он. - Мне приснилась ты. - В кошмаре? - не поняла она. - Не совсем, но… черт, даже такие сны с тобой превращаются в мой личный кошмар.