Долина троллей

      Давным-давно, егда нога человѣчаꙗ не ступала на земли сии долины, и бѣла тишина глухая — жили-были там скалы могучiя. Были они громадны, высокы и крѣпки, и, могъ кто укрытися за ними отъ бушующихъ волн морьскихъ или отъ многихъ зверей лютых, что по лесомъ скитающихся. И есть сказанiе о скалах техъ, въ нёмъ сокрыт отвѣт — откуду тролли явишася на свѣтъ. Въ одинъ дѣнь, егда небеса темнелисъ и буря непривычно грозна бысть, молнiꙗ удари въ одинъ из высочайшихъ скалъ. И треснула она, и падал на землю многи части её тяжкiи. И изъ сихъ обломковъ восстал първый тролль; а по нему вторъ, потом третiй и мнози прочiи...

lll

      Спустя пару недель, после свадьбы в Эренделле, у троллей начался свой праздник, которого они отмечали каждый год. Скандинавские мифы гласят, что это время, когда тролли вперые явились — "День треснутой скалы". Ранним утром Пабби, старейшина троллей всё ещё был в форме камня и спал, в то время как все остальные активно готовились к празднику. Дети-тролли, их матеря, а также юнцы украшали рисунками стены огромной и просторной пещеры, где спал сам Пабби, куда поместились бы все тролли и даже осталось бы много просторного места. Удивительно большая пещера досталась им ещё от предков со времен ветхих дней, ведь сейчас тролли всё чаще и чаще обитают снаружи, а опасность извне почти не предвещает беду. Пещеру чтит только Пабби, каждый день присматривая за магическим кристаллом, что стоит там веками в глубине перещы. Однако были те самые "темные дни", когда старейшина тех ветких времён собирал в пещеру своих троллей, чтобы спасти их от чудовищ и монстров извне. Используя вековой кристал в пещере он создавал магическую стену у входа, чтобы внутрь не смог зайти чужак. Эти тролли имели привычный маленкий размер и были добры, однако в то время ещё существовали огромные, глупые и злобные тролли, что были угрозой всем вокруг и даже друг другу. Именно они являются теми чудовищами и монстрами. Спустя время тролли истребили друг друга и в мире не остался ни один тролль, кроме тех, кто прятался в пещере. Пабби, будучи совсем ребёнком, был единственным, ныне живущим троллем, кто застал то время, хоть и прошло много веков с тех пор. Он понимал, что хоть и злобных их представителей уже нет, зато опасности этим не ограничиваются. Долг старейшин — всегда быть на чеку, чтобы ни случилось. Он следовал всегда этому правилу, однако не догадывался, что именно сегодня, в праздничный для них день, ему придётся вновь воспользоваться веками не тронутый кристалл, для защиты своих жителей...       — Эй! Отстань!       — Сама отстань! Это моё место! И краски тоже мои! Рисуй в другом месте!       — Я сюда первая прикатилась!       — Не правда! Я отошел на минутку, а тут ты припёрлась!       — Мам! Вайс меня обижает!       — Вот ябида! Ещё скажи, что краски твои!       — Мам, он ещё и забрал мои краски!– троллята Вайс и Морла вечно спорили, что в празднике, что и каждый день. И успокоить их — чуть ли не подвиг, чем можно было бы гордиться, легче наверное было бы отобрать у них кисти и краски в знак наказания от матери. Неподалеку стену также украшала влюбленная пара, рисуюя кристаллы, цветы и сердечки, улыбаясь друг другу и помогая. Были там также маленькие братья-близнецы рисующие сами незная что, а потом начали рисовать друг на друга. И были там множество других троллей, которые создавали в стенах пещеры настоящую атмосферу праздника. Они рисовали то, что любят, кто-то рисует любимое блюдо, кто-то предпочитает свою игрушку детства, а кто-то просто признаётся таким образом кому-то в любви. Бульда, приёмная мать Кристоффа подошла к стене, где когда-то давно она оставила краской след ладони, а рядом был отпечаток Кристоффа, а дальше — копыто Свена. Каждый год все рисунки смывали, но эти следы рук Бульда просила не смывать. Коснувшись следов она вспоминает те дни, когда она заботилась о своем мальчике, мягко улыбнувшись.       По середине дня всеобщее рисование было завершено. Пабби проснулся и полюбовавшись за творчеством жителей он одобрительно улыбнулся. Тролли вышли наружу. Принесли в корзинах грибы и кукурузу, даже животные начались собираться, следуя за вкусным запахом. Они совсем не боялись троллей, считая их присутствие в порядке вещей. После этого тролли начали обустраивать костёр по центру, чтобы вечером начать рассказывать друг другу всяческие байки о древности, монстрах, призраках и прочее-прочее...       Когда наступил вечер, всё так и было. Факелы были понаставлены повсюду, заменяя солнце и, несмотря на страшных баек троллей, они создавали уют и тепло, помимо основного костра по середине. Совсем скоро настал момент, когда старейшина должен был выступить с речью для них, взбираясь на большой камень, почти человеческого роста. Пабби был в полной уверенности, что они все в безопасности и эти чувства также плотно укрепляло то, что Анна и Эльза могут придти им на помощь в любой момент. Но в этом нет необходимости, считал он.       — Тролли! Сегодня мы стоим перед днём, с которого началась наша история — Днём Разбитой Скалы. Когда-то молния ударила в самую высокую скалу, и её осколки упали на землю. Из них вышли мы. Так появился народ, которого раньше не существовало. Мы не пришли случайно. Мы — дети гор. Мы рождены не для того, чтобы скрываться, а чтобы помнить, что сила начинается с испытания. Этот праздник стал уроком: опасные удары извне, как та молния — не трагичный конец для скалы, а возможнось! Пусть и мы будем такими же: когда мир треснет — мы удержим линию. Когда судьба изменится — мы останемся верны друг другу. Сегодня мы чтим не разрушение, а возможность, проявившаяся, когда из разрушения возникла жизнь. Пусть каждый тролль помнит: наша прочность — не в треснутом камне, а в нашем единстве. Именно это мы и празднуем! С Днём Разбитой Скалы!       Пабби видел перед собой радость их лиц и аплодисменты. Лица троллей сияли, а их не послушные дети так ничего и не поняли из речи старейшины, лишь имея при себе мысли: "Дед Пабби рассказал взрослым что-то умное", и продолжали играться друг с другом. Пабби хотел также обьявить о важной новости, касательно бытовых вещей:       — Также хочу нам всем напом...

(Взрыв!)

      Оглушающая волна взрыва отбросила Пабби с камня в сторону, не позволяя закончить речь, а вслед за ним и многие тролли упали без сознания; животные разбежались. Некоторые из них ухватились за голову, другие же тащили подальше от опасности свои семьи. Многие дети кричали и плакали, а вокруг был огонь. Последовали ещё два взрыва, сея за собой странный темный дым, что распространял страх и панику. Как от праздничных факелов, так и от внезапного взрыва начался пожар. Горели даже травы и деревья неподалеку; птицы покинули их. А тролли незнали что делать. Пабби едва придя в сознание, начал торопливо помогать сородичам, поднимая и приказывая всем заходить внутрь пещеры. Даже не раздумывая все от страха послушно следовали указаниям.       — Скорее! Все внутрь! Помогайте друг другу! Поскорее!!!– Пабби стоял у входа и не заходил, пока не зайдут все. Он, как и все, не понял что случилось, однако он был уверен, что нужно создать купол с помощью векового кристалла.       — Морла! Нет! По-помогите ей кто нибудь! Морла!– маленький Вайс уже хотел побежать в сторону бушуешего огня и спасти свою младшую сестру, однако Пабби остановил его, повелев зайти в пещеру, а сам побежал за девочкой. Он быстро поднял её и вместе они успели убежать, пока стволы горящих деревьев чуть не упали на них. Бежа и оборачиваясь назад Пабби увидел человечий силуэт в лесу. Яркие огни не давали разглядеть кто это, но старейшина заметил, что "оно" имеет далеко не человеческий взгляд. Он также увидел, как глаза того таинственного силуэта сверкали, словно глаза кошки в темноте. Старейшина добежал внутрь и хотел найти кристалл, но Бульда уже несла его и подала. Главный тролль быстро создал у входа в пещеру магический купол с прозрачными, но с прочными стенами и снаружи уже никто не смог бы войти. Именно в этот момент, внезапно появились множество людей-разбойников в устрашающих доспехах, рьяно ударяя копьями и мечами в стену купола. Это продолжалось несколько минут, но они будто не уставали совсем и пробивали так, словно верили, что смогут разрушить купол, который может удерживать удары сразу нескольких великанов. Однако всё же потом все разбойники остановились и отошли от магической стены. Совсем скоро они и вовсе отступили и ушли. Был виден и слышан лишь пожар, больше ничего, но до утра тролли все равно бы не вышли оттуда. Вдруг в сторону пещеры медленно выдвигался тот самый силуэт. Пабби чуть подошел, чтобы его разглядеть и на этот раз из-за света огня он увидел человека, одетого в темные доспехи. Было понятно, что он лидер разбойников. Лицо его было покрыто таким образом, что видны были лишь глаза; сверкающий взгляд хищника; на лбу были черные рога; в наружной стороны его кулаков торчали длинные когти и, как почувствовал Пабби, от него веело присутствие некой странной магии, магии, что будто стремилась вылезти наружу и заразить кого-то ещё. И чем ближе он подходил, тем более ярко Пабби начал ощущать это явление. Незнакомец подошёл так близко, что даже при прочной магической стены многие тролли отошли подальше в глубь пещеры и лишь Пабби стоял впереди всех. Между ним и врагом было расстояние вытянутой руки. Незнакомец пристально и высокомерно смотрел на него.       — Старейшина Пабби! Мой сын! Он... его тут нет!– глава троллей был в ужасе услышав, что один тролль, да еще и младенец, остался снаружи. Это был один из близнецов. Пабби теперь сам оказался в панике и незнал что делать. Он был в отчаянии. И в этот момент, тот злобный человек поднял и показал на руках маленького тролля от чего все были испуганы и безпомощны. Он навёл свои когти на шею ребёнка:       — Открой. Иначе его смерть будет на твоей совести... тролль.       Долгое молчание. Впервые Пабби незнал что делать. За его советами приходили короли и королевы, считая, что он храбр и мудр, однако сейчас он был абсолютно беспомощен. Расстерявшись он... нерешительно посмотрел на свой народ, которому ещё минуту назад говорил о единстве троллей. Пабби спрятал кристалл, тем самым открыв купол. Разумно ли он поступил или очень глупо — ответ зависит от дальнейших действий злодея.       Разбойники ринулись внутрь, обходя своего главаря и хватая каждого тролля, выводя их наружу. Не тронутым был лишь Пабби. Он лишь молча и растерянно, словно ребёнок смотрел на всё, что происходит. Злодей, всё это время смотревший пристально на старейшину, понял, что никого не осталось кроме них двоих. Он прошелся вокруг и разглядывал рисунки троллей.       — Какие же вы уродливые...– сказал он, остановившись на рисунке Бульды и разглядывая его. В его тоне было разочарование и издевательство одновременно.– Разве такие как вы достойны жить?       — Кто вы?! Что вам нужно?! Оставьте троллей в покое! Уходите, ради своего же блага!       Повернувший он лишь ухмыльнулся, смотря на него с высока и вышел из пещеры оставляя его одного. Пабби боялся этого всегда — подвести свой народ и остатся без него. Он был опустошен внутри, а пещера, в котором он находился один лишь усиливал этот страх. Испугавшись своих же мыслей он вышел вслед за ним наружу.       Все тролли были окружены. Вокруг них люди держали копья, натягивали луки с готовностью убить. Главный тиран же терпеливо ждал, пока Пабби подошёл к своим сородичам.       — Чтож, теперь начнём!– сказал злодей и подошёл к старейшине, а затем присел, чтобы лидеры смотрели друг другу лицом к лицу:       — У тебя есть имя, кретин?       — Пабби... Старейшина троллей Пабби.       Все, касалось бы безчувственные, свирепые люди вокруг начали смеяться на слова низкорослого тролля, однако стоило их главарю чуть повернуть голову, как все замолчали и более не смели издавать звуки.       — Пабби значит... Надеюсь, вас не побеспокоил мой незванный визит в ваше болото.       Этот тиран смотрел на старейшину сверлящим взглядом, который и без того выглядел пугающе. Вдруг он заметил, что за одеждой Пабби была скрыта некая светящаяся вещь. Когти тирана достали у Пабби вековой кристал. На глазах у всех троллей он зажал его так сильно, что он треснул на тысячи осколков. "Не на что опереться"; "земля ушла из под ног" — такими словами выглядели лица троллей, когда осознали, что теперь они абсолютно беззащитны. Ведь были и другие кристаллы у троллей, но вековой кристал — был единственным из своего вида, что обеспечивал защиту.       — Ваша магия слаба и смехотворна, по сравнению с моей.       Старейшина был очень зол на такие нахальные слова. Он хотел что-нибудь сделать, однако его взгляд не отводились от детей, на которых были направлены копья и луки. Казалось, что руки разбойников услати и вот-вот отпустят натянутые стрелы. Бульда же не вытерпела и нахмурила брови:       — Кем бы ты нибыл, советую уходить! Совсем скоро о вас и ваших поступках узнает Эренделл! Они нам помогут! И за тобой, сынок, придёт не только гвардия замка, а сама повелительница льда!– нестерпев слова хама, вперёд вышла Бульда и пригрозила ему.       — Она говорит правду! Мы под покровительством этого замка. Их монархи заключали с нами пакт. Прошу вас, уходите!– поддержал старейшина.       Тиран внимательно слушал их, а затем замолвил:       — Кем бы я нибыл? Чтож, прошу прощения, мне кажется я был не вежлив с вами. Я должен представиться вам, где мои манеры!– сказал злодей, вставая и повернувшись в сторону своих людей, а затем крикнул всем, раскрывая руки:       — Кто вы??

"Я — Рысь!!!"

      ...крикнули все до единого. Подождав несколько мгновений, после сладкого звучания собственного имени, главарь продолжил:       — Я Рысь... Глава всего этого Ордена. И мне не нравится, что вы так не почтительно смотрите на своего нового, безупречного господина!– конечно же, он имел ввиду про себя любимого, обращаясь снова к троллям.– А что касается вашего Эренделла... это же "Королевство Свободы", как о ней любят говорить, верно? Я о ней наслышан. И об этой ледяной ведьме тоже. Я разберусь, не волнуйтесь. Вы говорите о нет так, словно я не разорву её на куски за минуту... Но для начала, ты расскажешь мне всё, что я у тебя спрошу, иначе я убью всех этих троллей до единого, а затем выбью с тебя все нужные вести и заставлю смотреть на их муки. Ты меня понял... Пабби?       Сердце Рыси было холодным, жестоким, высокомерным, горделивым и... самовлюблённым. Он ставил себя выше всех и вся. Старейшина наконец понял — из него исходило не только странная магия: все люди, кто там присутствовал — чувствовалось так, словно они были чужими для этого мира.       Всё это время, за всей этой картиной наблюдали дух ветра и маленький зверёк Бруни, дух огня, пришедшие сюда на свет горящего пламени. Они побоялись помочь, так как тоже чувствовали эту странную магию, внушающую страх. Увидев всё, зверёк убежал оттуда, чтобы позвать на помощь Эренделл, хоть и путь туда был не коротким, а дух ветра в сторону жителей Нортулдры.

lll