Тяжело быть гением (Итачи|Саске)

Крик на весь двор стоял страшный. Кричал ребёнок, визжал и при этом умудрялся плакать. Вчера ударили морозы, январь наконец напомнил о себе после недолгой оттепели. Итачи сразу узнал голос Саске и, бросив всё, понёсся во двор. Саске издавал один и тот же звук — «а-а-а», потом захлёбывался слезами, втягивал сопли обратно в нос и опять выл гласную. Когда Итачи выбежал на террасу дома и увидел Саске у калитки, ему стало немного спокойнее, потому что мама была рядом с ним и держала его за руку. — Что случилось?! — Итачи не глядя нацепил обувь и выпрыгнул на снег, спеша к безутешному брату. — Мы сходили на рынок, — мама почему-то была очень спокойной, несмотря на то что её младший ребёнок плакал навзрыд, — а потом Саске попросил зайти на детскую площадку. Возьми, Итачи, отнеси в дом, — она протянула Итачи сумку с продуктами. — Папа уже вернулся? — Ещё нет, — Итачи забрал у мамы сумку и сел на корточки перед Саске. — Почему он так плачет? — Идём, идём в дом, — Микото поторопила сыновей. Пока Саске сидел и всхлипывал на кровати в своей комнате, держа Итачи за руку, мама ушла за аптечкой. Саске жмурился, но слёзы градом катились из его глаз. Он весь был красный, сопел, тужился, но ни на один из вопросов Итачи о том, что случилось, не ответил. Только прятал взгляд. — Саске, ну что же ты… — Итачи взял брата за бок и подтянул к себе. — Тебе больно? — М-м… — промычал Саске и мотнул опущенной головой. — Тебя кто-то обидел? — Итачи погладил его по спине. — М-м, — опять мотнул головой Саске. Прошлым летом, когда семья праздновала четырёхлетие Саске, Итачи не сказал этого вслух, но, как и всегда, поклялся защищать его, пока Саске радостно задувал свечи. Теперь ему почти пять, и Итачи никак не ожидал, что увидит брата в таком состоянии. В последний раз Саске так плакал года три назад, ещё учась выражать свои эмоции. Значит, что-то сильно его расстроило. — Саске, расскажи мне, что случилось, — Итачи попытался взять его за руку, но Саске отодвинулся от него на край кровати и отвернулся, надув щёки. — На секунду заболталась с Ёшино, и вот результат, — в комнату вошла мама. — Надо было всё-таки взять тебя с нами. Саске примёрз языком к горке, — она тяжело вздохнула и села коленями на пол перед понурым Саске. — Что?.. — не веря в услышанное, Итачи нахмурился. — Кое-как его освободили, но он сильно испугался. — М-м… — промычал Саске и напрягся всем телом. — Давай-ка, открывай рот, — Микото погладила Саске по щеке.

***

Все дети игрались в снегу, кувыркались, бросались снежками. И только Саске сидел в стороне, на скамейке рядом с Итачи. Прошло две недели, язык зажил, Саске опять мог есть горячее и нормально разговаривать. Но он мало говорил, а идти на площадку наотрез отказывался. Сегодня они попали сюда случайно — Итачи предложил покататься на качелях. Сначала Саске оценил обстановку, что показалось Итачи странным. Только когда он убедился, что площадка пустая, то согласился с предложением старшего брата. Но спустя некоторое время на площадку прибежала компания детей, Саске тут же спрыгнул с качелей и ушёл на скамейку. Так они и сидели, наблюдая за детьми. — Идём домой, Итачи, — мрачно и тихо сказал Саске, исподлобья глядя на детей. — Разве ты не хочешь поиграть с друзьями? — Итачи огляделся. — Нет. — Саске, что же с тобой происходит? — вздохнул Итачи и надвинул шапку Саске ему на глаза. — Ничего, — не меняя угрюмого тона ответил Саске и отодвинул шапку обратно на лоб. — Они тебя обидели? — Итачи кивнул на детей. — Нет. — Это как-то связано с тем, что ты примёрз языком к горке? — Я хочу домой! — Саске спрыгнул со скамейки и побежал к выходу с площадки. Итачи покачал головой, улыбнулся и поспешил нагнать брата. Что-то явно терзало Саске, но он не хотел или не мог об этом рассказать. Всю дорогу до дома он трепал край куртки маленькими ручками в варежках и не хотел брать Итачи за руку. И за ужином он вёл себя странно, даже отец это заметил. Но и ему Саске сказал, что с ним всё в порядке. А вечером, когда Итачи по обычаю пришёл к нему, чтобы уложить, сменив маму, Саске повернулся к нему спиной и накрылся одеялом с головой. — Саске, — Итачи потряс его за плечо. — Я знаю, что ты не спишь. Расскажи, и тебе станет легче. Из-под одеяла послышались сдавленные всхлипы. Итачи потянул край толстой ткани вниз, и Саске закрыл уши ладонями. — Расскажи мне, — Итачи лёг рядом с ним. — Не могу. — Почему? Тревожные мысли закрались в голову Итачи. Вдруг случилось что-то действительно серьёзное? Саске замкнулся, не играет больше с детьми, ничего не рассказывает. Вдруг его дразнят или как-то задели? Вдруг все ополчились против него по какой-то причине? — Отец смеялся… И мама… — проговорил Саске, стиснув зубы, и развернулся к Итачи. — Они улыбались! — он показал своё красное лицо с блестящими глазами. — Но не смеялись? — Они улыбались! — голос Саске дрогнул. — Все теперь думают, что я глупый! — Почему? — Потому что… Я прилип языком к горке, — Саске закрыл лицо руками. — Мы просто испугались за тебя. Никто не думает, что ты глупый, — Итачи погладил его по голове. — Шикамару сказал… — Саске будто передумал говорить дальше и замолчал. — Что сказал Шикамару? Пока что сложно было сказать, кто станет настоящим другом Саске, они все были просто детьми. Но Шикамару был самым непростым из всей компании, и Итачи успел это подметить за несколько раз, что видел наследника клана Нара. — Ты сейчас тоже будешь… — прошептал Саске. — Не буду. — Шикамару сказал, что только у умных язык не примерзает. — Так?.. У него примёрз? — Никто не стал этого делать. Я тоже не хотел, я хотел только проверить! — изо всех сил оправдывался Саске. — Вот, ты смеёшься! — Нет, Саске, нет, — Итачи прижал его к груди и зажмурился, закусив губу, чтобы не пропустить смешок. — Я волновался за тебя. Не знал, что с тобой происходит. — Все видели, что у меня язык примёрз! И все слышали, что сказал Шикамару! Тяжело вздохнув, Итачи улыбнулся и посмотрел в стену перед собой. — Если отец узнает… — Саске понизил голос. — Только ему не говори! — Это будет наш секрет.