Глава 8. Застава Зимнего Молчания

Снег начал меняться. Он больше не скрипел под ногами — теперь он звенел. Тихо, как колокольчики. Кажется, даже воздух звенел, будто Лея шагала сквозь музыку, которую могли слышать только те, кто давно перестал спрашивать "зачем". Олень остановился на краю большой просеки. Впереди возвышалась древняя деревянная стена — не крепость, не дом, а что-то среднее. Высокие столбы, покрытые рунами. Между ними — ворота, запертые на массивный засов, обмотанный чёрной лентой. Снег на земле был нетронут — как будто сюда не ступала нога уже сотни лет. Олень фыркнул и исчез в сумеречном лесу, как растворился бы сон под утро. Лея подошла к воротам. На них была выжжена надпись: "Здесь начинается то, что ты не сможешь рассказать. Только прожить." Сердце билось тихо. Она протянула руку — и ворота открылись без усилий. Ни скрипа, ни толчка. Просто... раскрылись. Как будто она была ожидаема. За воротами — площадь, почти пустая. Снежная, со странными каменными фигурами по краям: человек в капюшоне, женщина с картой, ребёнок с закрытыми глазами. Лея прошла мимо них — и каждую фигуру сопровождал шепот. Не словом — ощущением. Страх. Надежда. Забытое. В центре площади — здание, напоминающее старую станцию. Только без рельсов. Без табло. Без проводов. На дверях — герб: сердце, пробитое стрелой, из которой растёт ель. Она вошла. Внутри — тепло, и тишина такая, что казалось: ты слышишь, как дышит дерево. На стене — карта. Но не географическая. Карта судеб. Дороги, расходящиеся от одного имени: ВОЙМИР и множество тонких линий, каждая с инициалами, фамилиями, или... с одной буквой. Одна из линий вела к ней. Там было выжжено: "Л." И она знала: больше назад пути нет. Из-за спины раздался голос. Низкий. Тихий. И слишком знакомый, чтобы быть чужим: — Ты пришла слишком рано… или, быть может, наконец — вовремя. Лея обернулась. На пороге стоял человек в чёрном пальто. Волосы, как у пепельного ветра. Лицо не старое, но словно было создано давно. В глазах — цвет инея. Он не сказал: "Я Воймир". Не нужно было. Он только посмотрел на неё — и время на мгновение остановилось.