Ставки

      С каждым разом эта идея становилась либо настолько глупой, что следовало просто выпрыгнуть прямиком в уличный бассейн из манящего и всегда открытого окна на четвёртом этаже, которое так расположено напротив меня, чтобы больше не всплывать, либо настолько гениальной, что можно было доставать пергамент и записывать свои мемуары потомкам. Для чего и зачем ты предложила эту идею — уже давно закинула за задворки памяти или сама до конца не постигала своей остроганной мысли. И смысл писать свои мемуары, если даже умысла своего вспомнить не можешь? Ну а остаётся только вскочить с мягкой софы, возомнить себя героем эпоса, перескочить через золотого льва и...       Уж излишни смелые слова от той, которая даже посмотреть своему теперь уж «Сопернику» не может; удел остался неловко отводить взор от мирно читающего правила той самой глупой игры Мидея, которую ты купила с месяц назад и возомнившая себя непобедимой, когда все твои «соперники» пали ниц перед тобой. Похоже, ты слишком заигралась и осмелилась пригласить самого наследного принца. Сомнение в том, позволяли ли твои спорные отношения такие вольности или нет, всё ещё лежит на плечах тяжёлым камнем какой-то... вины? Противоречивые мысли пугали: раз он согласился, то ничего такого в этом нет и не пронзит он тебя за унизительный проигрыш копьём? Уж что-что, а в своей победе уверенность била ключом. Точнее, была — до тех пор, пока наследный принц не закончил читать, откладывая лист с правилами, и не поднял взгляд кроваво-золотой, показав этим, что он готов. — Если есть вопросы по правилам, то прошу, задавайте. А не слишком ли быстро он прочитал? Прошла всего минута. Как-то за своей тучей мыслей ориентирование во времени дало сбой. — В этом нет нужды. — Грубый голос отдался глухим звуком в груди и вызвал быстрый танец мурашек по телу. Ох, и тяжёлый же будет вечер. Кажется, уверенность немного пошатнулась. Украдкой оглянув его, стало тяжело вообразить, как такой мужчина может проиграть — как такой бравый воин с таким прекрасным, закалённым телом, с его загорелой, похожей на сладкий мёд кожей, под которой играют сильные мышцы; как с острой глубины его ключиц льётся малыми каплями пот от всё ещё жаркого вечернего солнца; и как эти капли скатываются прямиком к его прекрасным... — Хм? — Ох, подняв с груди наследного принца похотливый взгляд и осознав всю конфузность ситуации, я резко кашлянула в кулак, мастерски сделав вид, что домогательства с моей стороны только что не было.       Быстро взяв две крошечные фигурки не особо различимых животных — кажется, это была лягушка и сова, но до конца разобрать так и не удавалось — я вытянула их на ладони вперёд, предлагая выбрать фишку первой. Всё ещё мастерски увиливая от признания за содеянное и алых насмехающихся глаз за это, похоже, эта ситуация его позабавила. Ну и пусть дальше потешается — лишь бы мне ничего не предъявил. Вся его поза показывала уверенность и расслабленность; больше походила на то, что большой кот просто греется под лучами уходящего солнца, которое так удачно показывает свой лик из окна, а я всего лишь котёнок, которому лишь бы играть и надоедать ему. Мидеймос, сидя на полу, склонил голову и как-то подозрительно долго рассматривал фигурки, даже подперев подбородок левой рукой, показывая, что выбор фишки был намного важнее, чем чтение свода правил игры. Что было довольно по-ребячески? Сдерживая небольшой смешок, я подтолкнула руку ближе, призывая уже заканчивать с его дилеммой и переходить к игре. На что лишь золотовласый тихо фыркнул и схватил фигурку совы; выпрямившись, он поставил фишку на начальную позицию на поле. Теперь уже свою лягушку аккуратно кладу рядом с расплывшейся совой; левая рука тянется к шестигранному кубику с криво нарисованными цифрами — пока надо мной снова не громыхнуло рычание льва.       Эта битва закончится либо поражением, либо ликующей победой с твоей стороны. Смело вызывать меня, Мидеймоса, сына Горго, в битву. За эту храбрость я окажу тебе честь быть убитым мной в честном бою. Но раз это игра, твой проигрыш должен знаменоваться более милосердным, чем смерть, наказанием.       Потупив теперь уже округлые глаза от удивления, шестерёнки зазвучали тяжёлой работой, пытаясь обработать услышанные слова. «Более милосердным, чем смерть...» Что он имеет в виду? Хочет поставить что-нибудь? Кто бы мог подумать, что величественный кронпринц, приносящий славу после каждой битвы, увлекается азартными ставками?! Мурашки маленькими лапками пробежали по позвоночнику: что он мог и убить меня, если выиграет... Нет, нет, он бы так не сделал — это всего лишь игра. — Господин Мидеймос, вы хотите сделать ставку?  — Думаю, с тобой обычные ставки не подойдут, так как ты не воин. В этот раз позволю тебе выбрать, что же ты хочешь получить за победу.        Кивнув своим же словам, он протянул ко мне ладонь, давая мне право выбора и удерживая со мной зрительный контакт. Даже думать страшно, какие у них там игры, раз со мной нельзя такое... — Эм, кхм, обычно я играла на подщёчины...  — Подщёчины? — Кажется, слово «Серьёзно?» пропало в конце предложения, но всё равно чётко ощущалось по его приподнятой брови. Весь его вид заставлял мои мысли путаться ещё сильнее. Что же придумать? Не хочу ещё раз опозориться. Но что я могу попросить у кронпринца? Это ведь большой шанс иметь в должниках самого Мидеймоса. Искра промелькнула у меня в голове; сразу же считая её тем, что нужно, я не задумываясь с хитрой ухмылкой выложила её сопернику. — Но! Раз с вами у нас особенный случай, то обойдемся игрой на желание! Проигравший исполняет желание победителя.       Это настоящее счастье — иметь желание у члена правящей семьи, и зная его честь, он не позволит нарушить обещание. А даже если проиграю... Вряд ли он мне что-то опасное или позорное загадает; опять же честь мужчины не позволит навредить даме. Поэтому это самый лучший вариант. Со всей уверенностью я протянула руку для сделки, но она дрогнула, когда я встретилась с полностью довольным и уверенным взглядом Мидеймоса. Победная ухмылка украсила его лицо, напоминая хищный оскал. Он тут же схватил мою руку и сильной хваткой сжал, не давая ни шанса вывернуться или сбежать. Нервно сглотнув и чувствуя, как моя уверенность в победе становится ниже уровня моря, я поняла: что-то тут нечисто...