Часть 1 Незваный гость

Вечерние огни города расплывались по панорамным окнам пентхауса, но Лилит они совсем не радовали. Ей семнадцать, и в её мире нет ничего, что могло бы вызвать подлинный восторг, кроме, возможно, нескольких часов, проведённых за барной стойкой «Black Velvet». Отец, Николасс, считал это прихотью и баловством. А Лилит — единственной возможностью почувствовать себя живой, а не экспонатом в золотой клетке. Сегодняшний вечер обещал быть особенно душным. Николасс сидел напротив, его безупречный костюм идеально сидел на статной фигуре. В его глазах читалась та же безграничная любовь, что и всегда, но в этот раз к ней примешивалось что-то ещё – беспокойство. Это «что-то» материализовалось в высоком силуэте, стоящем у двери кабинета. — Лилит, — голос отца был необычно серьёзен, — мне нужно поговорить с тобой. Она оторвалась от планшета, на котором листала модные журналы. Её зелёные глаза, обычно полные озорства, прищурились. У Николасса был такой тон, когда он собирался объявить что-то важное, и обычно это важное не сулило Лилит ничего хорошего для её свободы. — Опять о клубе? — она вздохнула, поправляя выбившуюся прядь тёмных волос. — Пап, я же тебе объясняла… — Нет, Лилит. Дело не в клубе, хотя я по-прежнему против. Это куда серьёзнее. Николасс кивнул в сторону человека у двери. Тот вошёл в комнату. Лилит почувствовала, как по спине пробежал холодок. Не от страха, а от осознания чьей-то мощной, почти физически ощутимой ауры. Он был высок, даже очень. Около ста девяноста сантиметров чистого, тренированного тела. Широкие плечи, узкие бёдра. Тёмные волосы были аккуратно подстрижены, а взгляд карих глаз, казалось, проникал насквозь. Его лицо было лишено эмоций, словно высечено из камня. Лилит отметила многочисленные татуировки, выглядывающие из-под воротника чёрной рубашки и по краю запястий. От него веяло силой и чем-то… диким. — Лилит, познакомься. Это Дэймон. Он… твой новый телохранитель. Слово «телохранитель» эхом отдалось в голове Лилит, словно выстрел. Она уставилась на отца, а затем перевела взгляд на Дэймона. Он невозмутимо стоял, словно мраморная статуя, лишь едва заметный огонёк промелькнул в его глазах, когда их взгляды встретились. — Телохранитель? Папа, ты шутишь? — Лилит почувствовала, как по лицу разливается краска. — Мне не нужна нянька! Мне не семь лет! Я уже достаточно взрослая и могу постоять за себя! Николасс поднял руку, призывая к спокойствию. — Это не обсуждается, Лилит. У меня есть основания полагать, что тебе угрожает опасность. Мои конкуренты… они не остановятся ни перед чем. Ты — всё, что у меня есть. Мой бриллиант. И я не позволю им даже приблизиться к тебе. Дэймон шагнул вперёд, его голос был низким и ровным, почти без интонации. — Моя задача — обеспечить вашу безопасность, мисс. Двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Лилит сжала кулаки. Этот человек… Он был красив, да. Чертовски красив, признавала она про себя. Эти глаза, эта харизма, которую он пытался скрыть за маской безучастности… Но его слова, его присутствие ощущались как смирительная рубашка. — То есть, я теперь не смогу даже выйти из дома без твоего разрешения? — её голос дрожал от возмущения. — Или ты будешь сидеть у меня над душой, пока я учусь? Или спать перед моей дверью? Дэймон склонил голову, его взгляд не изменился. — Могу заверить вас, мисс, моя работа не доставит вам неудобств сверх необходимого для вашей защиты. «Сверх необходимого»? Это звучало как насмешка. Лилит почувствовала, как внутри закипает ярость. Свобода, которую она так ценила, за которую боролась, подрабатывая в клубе, сейчас растворялась в воздухе. Её тайные страхи — страх одиночества и ненужности — вдруг показались такими близкими. Она всегда старалась быть независимой, доказать себе и миру, что не является просто приложением к состоянию отца. А теперь вот, она снова нуждалась в чьей-то защите. И это её бесило.Она резко встала, отбрасывая планшет на диван. — Я не нуждаюсь в твоей защите! Я сама о себе позабочусь! — выкрикнула она, чувствуя, как слёзы подступают к глазам, но она не позволит им пролиться. Не перед ним. Не дожидаясь ответа, Лилит развернулась и стремительно покинула гостиную, направляясь в свою комнату. Дверь захлопнулась с такой силой, что, казалось, задребезжали стёкла в окнах. Дэймон стоял на месте, всё так же невозмутимо. Лишь Николасс заметил, как едва заметно расширились его зрачки. Он был готов к такой реакции. Но это не меняло сути. Его бриллиант должен быть в безопасности. Любой ценой. Хлопок двери отозвался эхом в роскошном пентхаусе. Лилит влетела в свою просторную комнату, которая обычно служила ей убежищем, но теперь казалась очередной золотой клеткой. Она бросила взгляд на огромную кровать с балдахином, на дизайнерскую мебель, на свои бесчисленные наряды, развешанные в гардеробной. Всё это, казалось, лишь подчёркивало её несвободу. Страх одиночества, который она так тщательно прятала, вдруг зашевелился, но на этот раз не от мысли о том, что она останется одна, а от ощущения, что её запрут с тем, кого она не выбирала. Спустя всего несколько секунд, когда её гнев ещё кипел, раздался негромкий, но твёрдый стук в дверь. Лилит вздрогнула. Она знала, кто это. Только Дэймон мог быть настолько бесцеремонным. — Мисс Лилит, — раздался его голос, низкий и спокойный, проникающий даже сквозь толстую дубовую дверь. — Мне нужно поговорить с вами. Лилит подошла к двери, но не открыла её. — Мне не о чем с тобой разговаривать! — выкрикнула она, прислонившись лбом к холодной поверхности. — Уходи! — Я понимаю ваше недовольство, — голос Дэймона оставался ровным, без единой нотки раздражения, что только ещё больше злило Лилит. — Но я не уйду. Мой долг — быть рядом с вами. И нам нужно установить правила нашего взаимодействия, чтобы минимизировать дискомфорт для вас и обеспечить вашу безопасность. — Мой дискомфорт? — Лилит горько усмехнулась. — Ты уже его создал, просто появившись здесь! Я не хочу никаких правил! Я не хочу, чтобы ты был здесь! На мгновение за дверью повисла тишина. Лилит подумала, что он, возможно, ушёл, что её слова подействовали. Но затем он снова заговорил, и на этот раз в его голосе проскользнуло нечто новое — не укор, но некая твёрдая решимость. — Я не ваш враг, мисс. Я здесь, чтобы защитить вас. И чем быстрее мы найдём общий язык, тем легче будет всем. Откройте, пожалуйста. Мне нужно убедиться, что вы в порядке. Последняя фраза, «убедиться, что вы в порядке», прозвучала почти как приказ, но в то же время в ней чувствовалась едва уловимая нотка беспокойства. Это сбило Лилит с толку. Она не привыкла, чтобы кто-то, кроме отца, проявлял о ней такую заботу, да ещё и так настойчиво. Она помедлила, сражаясь с внутренним желанием прогнать его и таким же сильным, почти инстинктивным любопытством. Что это за человек? Почему он так спокоен? Медленно, с тяжёлым вздохом, Лилит отперла замок и приоткрыла дверь. Дэймон стоял прямо перед ней, его высокая фигура почти полностью заполняла дверной проём. Его карие глаза внимательно осматривали её, словно он сканировал её на предмет повреждений. Выражение его лица оставалось бесстрастным, но Лилит вдруг показалось, что она уловила в его взгляде что-то ещё – нечто, похожее на… понимание? — Что тебе нужно? — спросила она, стараясь выглядеть как можно более надменно. — Нам нужно обсудить план действий, — ответил Дэймон, не отрывая от неё взгляда. — Начиная с вашего графика на завтра. И вашего рабочего места в клубе. Последняя фраза прозвучала как приговор, и Лилит почувствовала, как её гнев вспыхнул с новой силой. — Мой рабочий график?! — возмущённо вскрикнула она. — И какое тебе дело до моей работы?! Мой отец уже сказал, что против, но это моё решение! Я не прошу у тебя разрешения! Дэймон сделал шаг вперёд, вынуждая Лилит отступить на шаг. Его голос стал ещё твёрже, но в нём не было ни злости, ни упрёка, только стальная решимость. — Я не ваш отец, мисс Лилит. Я ваш телохранитель. Моя задача — обеспечить вашу безопасность. А ваша работа в клубе — это прямая угроза. Я не могу контролировать всех, кто входит и выходит, не могу гарантировать вашу защиту в такой непредсказуемой обстановке. — Но я там в безопасности! — настаивала Лилит, чувствуя, как её доводы звучат всё менее убедительно. — Там мои друзья, там я могу быть собой! На мгновение выражение лица Дэймона изменилось. Карие глаза, обычно такие непроницаемые, чуть смягчились, и Лилит показалось, что в них промелькнула тень чего-то похожего на усталость или даже грусть. — «Быть собой»… — пробормотал он, словно про себя, а затем его взгляд снова стал прежним. — Защита не предполагает выбора, мисс. Моя работа — это не о комфорте, это о выживании. Я видел, как быстро всё может измениться. И я не позволю этому случиться с вами. Эти слова — «видел, как быстро всё может измениться» — прозвучали с такой неподдельной серьёзностью, что Лилит на секунду замолчала. В них чувствовалась какая-то личная история, отголосок пережитого опыта, который Дэймон явно не собирался раскрывать. Она вдруг осознала, что перед ней не просто надменный охранник, а человек, который, возможно, видел много горя и потерь. И это удивило её. Но гнев всё ещё был сильнее. — Ты не понимаешь! — выпалила она.— Ты не понимаешь, каково это — быть запертой! Я не твой заключённый! — Вы не заключённый. Вы под моей защитой. И это единственное, что имеет значение, — отрезал Дэймон, его тон снова стал бесстрастным. — С этого момента, мисс Лилит, вы никуда не выходите без моего сопровождения. А ваша работа в клубе…мистер Николасс уже договорился, что вы её прекращаете. Последние слова словно выбили почву из-под ног Лилит. Отец. Он зашёл так далеко. Она чувствовала себя преданной, контролируемой со всех сторон. Слёзы, которые она так усердно сдерживала, теперь обжигали глаза. — Ненавижу тебя! — прошептала она, отворачиваясь. Дэймон молчал. Через несколько секунд Лилит услышала, как он отошёл от двери. Она прижалась к ней спиной, медленно сползая на пол. Всё кончено. Её маленький мир свободы рухнул. Ночь пришла медленно, принося с собой тишину, которая казалась ещё более гнетущей. Лилит лежала в своей огромной кровати, глядя на танцующие на потолке отблески уличных фонарей. Она не могла уснуть. Ярость и отчаяние боролись внутри, подпитываемые её давним страхом быть ненужной и абсолютно зависимой. Внезапно в её голове созрел план. Безумный, безрассудный, но единственный, который давал ей хоть какую-то надежду на возвращение контроля. Она должна была попасть в «Black Velvet». Просто чтобы доказать себе, что может. Просто чтобы вдохнуть глоток той свободы, которую у неё отобрали. Она осторожно встала. Босиком, стараясь не издать ни звука, Лилит подошла к окну. Пентхаус находился на верхнем этаже, но рядом располагался пожарный выход, к которому можно было добраться через балкон соседей. Рискованно? Безусловно. Но её бунтарский дух требовал этого. На цыпочках она подошла к двери своей комнаты. Прислушалась. За ней царила полная тишина. Дэймон, вероятно, устроился где-то неподалеку, как и положено телохранителю. Он ведь тоже человек, и ему нужно спать, не так ли? Медленно, дюйм за дюймом, Лилит повернула ручку двери. Щелчок был почти неслышным. Она приоткрыла дверь, выглядывая в коридор. Темно. Ни звука, кроме её собственного колотящегося сердца. Она осторожно выглянула. В конце коридора, напротив её комнаты, было еле различимое тень. Дэймон. Он спал. Его голова была запрокинута на спинку кресла, дыхание ровное и глубокое. На секунду Лилит почувствовала укол совести — он же просто выполнял свою работу. Но потом мысль о своей потерянной свободе снова захлестнула её.Лилит проскользнула из комнаты, словно тень. Каждый шаг отдавался громом в её ушах, но Дэймон не шевелился. Она прошла мимо него, стараясь не дышать. Свернула к служебному выходу, который вел на технический балкон. Через несколько минут она уже спускалась по пожарной лестнице, в ночной тишине, подальше от золотой клетки, подальше от Дэймона, который сладко как ей казалось, спал