Каннам Юнион. 1 часть.

Южная Корея, Сеул, Каннам, 1994 год.   Безостановочный поток дождя никак не прекращался, беспощадно затапливая всё вокруг. Крупные капли отбивали барабанную дробь по крышам домов Каннама, заставляя жителей района разбегаться с улицы как можно скорее. На смену яркому солнечному дню пришел темный пасмурный вечер, скрывающий в себе грязные дела местных банд, сражающихся за право владеть каждым метром Каннама.   Ли Минхо, являющийся боссом одной из таких банд - «Каннам Юнион» - находился в своем кабинете, устроившись в кожаном кресле. Сигарета в руках медленно тлела, загораясь тёмно - оранжевым огоньком при каждой новой затяжке. Табачный дым распространялся по комнате лёгкими оболочками, и запах от него придавал помещению ещё больше мрачности. Докурив, Минхо обратил взгляд на двух человек, сидевших слева от него за небольшим деревянным круглым столиком. Ким Сынмин и Хван Хёнджин смотрели в пол, их руки были стиснуты в кулаки, а нога каждого тряслась от нервов, постукивая каблуками лаковых ботинок по бетонному полу.  – Итак, - произнес Минхо, прерывая долгую тишину, осевшую в лёгких вместе с сигаретным дымом, - как дела с поставками в Японию? Я надеюсь, в этот раз перевозка прошла без утери товара? – Перестань говорить так, словно это мы просрали десять килограмм мета, так ещё и специально. Скажи спасибо тем, кого ты отправил "рыбачить" вместо нас, - отозвался Сынмин, не скрывая раздражения. – Да, Минхо, в последнее время ты уж больно много на себя берёшь, - присоеденился Хёнджин, - конечно, ты наш босс, но если убрать все эти формальности и поговорить как друзья, а не как начальник с подчинёнными? Почти год назад мы вытравили с поста босса «Каннам Юнион» Чхве Ин Сока, но какой ценой? – Ценой смерти Ха Джуна, - с горечью в голосе прошептал Сынмин сквозь зубы. - Он был твоим лучшим другом, придурок! Неужели поставка наркоты в Японию тебя действительно волнует больше, чем приближающаяся годовщина его смерти!? - Ким сорвался на крик, ударив кулаком по столу.   Минхо прокашлялся, осматривая своих друзей-напарников. Да, по факту Сынмин и Хёнджин были его подчинёнными, как и сказал Хван. Но Минхо не любил это слово, поэтому предпочитал называть их напарниками. Всё таки они дружили со школы. Ребята, сидящие рядом с ним, выглядели очень злыми. Не удивительно, ведь установить начальство над бандой далось им очень нелегко. Пришлось убить предыдущего босса и перерезать половину людей, чтобы захватить власть в теперь уже их "компании". Именно в этой понажовщине и погиб их товарищ, а также лучший друг Ли - Хан Ха Джун. И вот, совсем скоро наступит день, когда исполнится ровно год с этого события. Минхо часто думал о том, что эту дату надо отметить как что-то священное и значимое для их банды. Устроить поминальный день или наоборот, закатить вечеринку, которые так любил Ха Джун. Ли казалось, что друг оценил бы такой жест памяти в его честь.   Тем не менее, поставку наркотиков в Японию обсудить было просто необходимо, хотя бы потому, что один раз они уже подорвали доверие своих "компаньонов", потеряв во время переправки одну треть товара. После этого инцидента пришлось не только возвращать закупщикам часть суммы, которую они заплатили, но и доставлять недостающую партию за свой счёт, чтобы хоть как-то восстановить доверие. Доверие - весь наркотический бизнес между Кореей, Китаем и Японией держится исключительно на нём. Соответственно, если его не будет, останется лишь один вариант развития событий: тебя убьют. Выйти сухим из воды, не закончив дела до конца, не осуществив сделку, не завершив начатое, не получится. Либо сделай все, либо не сделай ничего и умри. В дилерстве проступки прощаются лишь раз, или не прощаются совсем. – Слушайте, парни, - наконец заговорил Минхо, - я помню про годовщину. Знаю, что этот день нельзя оставить обычным вторником месяца, нужно почтить память нашего друга. Но наша работа - это в первую очередь бизнес. Нам необходимо держать себя в руках не смотря ни на что. Завершим дела с поставкой японцам и будем думать насчёт дня Ха Джуна. Идёт? - последнее слово Ли произнес с такой надеждой на понимание, что Ким и Хван практически моментально остыли. Всё же они погорячились. – Да, прости. - Ответил Сынмин, - с поставкой всё хорошо. В этот раз ребята справились отлично, но в следующий я предлагаю нам самостоятельно заняться "рыбалкой", как и всегда. Хочешь сделать хорошо - сделай это сам, - слегка торжественным тоном подытожил мужчина. – Ты прав, Сынмин, однако, китайцы не совсем довольны тем, что сроки отправки мета увеличились. Они хотят, чтобы мы вернули прежние даты переправки товара, поскольку чистота их наркотиков на высшем уровне. А за такое качество они требуют более скорой платы и утверждают, что мы, как посредники между Китаем и Японией должны быть более ответственными и организованными, - Хёнджин тяжело выдохнул, закончив повествование претензий китайских дилеров. – Так, ладно, с этим я разберусь, не переживайте. Сынмин, позвони, пожалуйста, секретарю господина Ван Хао и попроси о личном телефонном разговоре с ним. Попытаюсь объяснить ему, что сроки поставки зависят не от нас, а от погодных условий и японских скупщиков, - Минхо пытался сосредоточиться на очередной проблеме этого грязного бизнеса, потирая виски пальцами обеих рук. В последнее время стало слишком неприятностей, мешающих спокойному существованию «Каннам Юнион». Южная Корея, Сеул, Йонсан, 1994 год.  Хан Джисон бежал настолько быстро, что все окружающие его здания слились в одну разноцветную полосу, мелькающую где-то позади. Очередной мелкий грабитель, решивший ограбить небольшой магазинчик в надежде на то, что его не поймают. Джисону уже порядком надоели эти глупые догонялки, ведь каждый раз сценарий был один и тот же: Хан патрулировал район, ему поступал вызов об ограблении, Джисон догонял преступника в течение пятнадцати - двадцати минут, отвозил его в участок, после чего снова отправлялся в патруль, оставляя оформление нарушителя на своих коллег.  Работа в патруле была вынужденной мерой. Точнее, наказанием. После скандально неудачного расследования, в котором Джисона ошибочно обвинили в использовании поддельных улик по делу, начальство решило, что вместо увольнения такого "ценного" сотрудника, Хана можно просто перевести в патруль. Никто даже не стал разбираться в том, что, вообще-то, Джисона подставили. Всем было всё равно, главной задачей являлось замять шумиху в СМИ.   Тем не менее, пускай работа в патруле была не такой желанной, как работа детективом, из полиции Джисон уходить не собирался. Он надеялся, что ему ещё выпадет шанс восстановить себя в должности. И он не ошибся.   Схватив воришку, даже не тянущего на звание грабителя, Хан потащил того до полицейской машины, около которой - вот сюрприз - его, улыбаясь, ждал следователь Чан. Именно Бан Чан когда-то пытался защитить честь Джисона, настаивая на его невиновности. Это дорогого стоило, а потому, с того момента Джисон считал себя должником следователя и мечтал отплатить ему той же монетой - помощью в трудной ситуации.   – Кристофер, привет! - Хан радостно поприветствовал своего товарища, ведь появление Чана было чуть ли не единственной хорошей вещью, что случалась с ним за последние несколько месяцев. - Какими судьбами?  – Здравствуй, Джисон, - спокойно ответил следователь, всё так же светло улыбаясь, - не буду затягивать и перейду сразу к делу. У меня есть к тебе предложение. – И какое же? - спросил Джисон, заталкивая в машину вора, который очень неохотно, но поддавался, - да лезь ты уже, идиот! Толку то от твоих препинаний? Я тебя так и так загребу, придурок. - Хан выругался и, наконец, расправившись с "подопечным", попросил напарника отвезти того в участок, сославшись на то, что присоединится к патрулю позже. - Извини за это. Но, сам понимаешь, такая уж работа. – Понимаю, - Чан усмехнулся и продолжил, - так вот, по поводу предложения. Знаешь ведь такую компанию как «Каннам Юнион»? - Джисон кивнул, - думаю, ты понимаешь, что это не просто компания, а бандитская группировка, действующая под видом корпорации, которая владеет большей частью зданий и заведений в Каннаме.  – Да, кажется, эта компания мелькала в некоторых делах, которыми я занимался. Были слухи, что они являются посредниками в продаже наркотиков из Китая в Японию. Кажется, кто-то из бывших участников банды проговорился об этом одному из полицейских в Каннаме. К слову, после утечки этой информации, того парня нашли мёртвым, а полицейский пропал без вести, но никаких улик, указывающих на то, что это сделал кто-то из участников «Каннам Юнион» обнаружено не было. Ни единого доказательства, - выдал Джисон на одном дыхании. Вероятно, Чан и сам всё это знал, но бывшему детективу хотелось показать свою заинтересованность в деле, о котором зашла речь. Разумеется, Джисон уже начал догадываться, о каком предложении пойдет речь. Но он не знал, готов ли пойти на такой шаг. – Да, всё верно. Я смотрю, ты не перестаешь следить за делами, с которыми когда-либо сталкивался. Не теряешь хватку, молодец, - Чан похлопал Хана по плечу, одобрительно кивая. - Впрочем, думаю, ты уже понял, о чём я тебя попрошу. Работа под прикрытием. Опасная, очень опасная затея, - опережая слова Джисона, продолжил следователь, - но это отличный шанс восстановиться в должности детектива, Джисон. – Я знаю, да. Но ведь... это буквально пойти на смерть? Если меня раскроют - убьют моментально. Я очень хочу, чтобы меня вернули на должность, но это слишком, через чур опасно, - с разочарованием ответил Хан.   И разочарован он был не только в том, что для возвращения звания детектива ему нужно пойти на столь опасный шаг, но и в самом себе. Пару лет назад он бы точно не отказался от подобного предложения, ведь все дела, которые он вёл, были со стопроцентной раскрываемостью, а его потенциалу и способностям, казалось, не было предела. Джисон стал самым юным детективом Йонсана, вошёл в десятку лучших детективов Сеула и сотню Южной Кореи. Статистика по раскрываемости преступлений в Йонсане держалась на нём, но после инцидента с "поддельными" уликами и переводом в патруль, он опустил руки. – Джисон, я ведь обратился именно к тебе не просто так. Твоя работа над делами всегда была безупречной. Я не уверен, что мы сможем найти человека, который справится с такой задачей лучше, чем ты, - Чан вдруг стал серьезным. Отбросив все любезности и попытки вывести Хана на согласие любезностями, он продолжил, - откровенно говоря, таких людей и нет. Ты очень хорошо вникаешь в суть работы, быстро подстраиваешься под обстановку и входишь в роль. Твоя работа оперативна, ты всегда знаешь как действовать и вести себя в той или иной ситуации. Я говорю тебе это не потому, что хочу уломать тебя пойти на здание, а потому, что действительно считаю - лучше тебя для этой работы никто не подойдёт. Мы без тебя не справимся, Джисон. – Ох, Чан. Умеешь ты уговорить, - Джисон судорожно выдохнул. - Хорошо, я согласен, - мужчина удивился самому себе. Неужели его действительно было так просто уломать? - Но никто из членов моей семьи не должен об этом знать, ладно? Если их введут в курс дела, они автоматически будут в опасности, мне этого не нужно.  – Разумеется, Джисон. Всё будет в строгом секрете, это я могу тебе гарантировать, - с облегчением пообещал следователь. Хан согласился - это самое главное. - Выдвигаемся в Каннам через пару часов. Пока иди домой и собери необходимые вещи. Мы подготовили тебе документы в полицейский участок о том, что ты уходишь в отпуск по причине болезни, об этом можешь не беспокоиться. Скажи шерифу Чоль, что отправишься на время отпуска к семье в Чунгу. Я подъеду к твоему дому, будь готов, - изложив план действий, Чан отправился к своей машине.  А Джисон остался в некотором замешательстве. С одной стороны, для него появился тот самый шанс вернуть себе звание детектива. С другой - сможет ли он выжить, чтобы получить это звание?