Глава 4. Треск

      Уроки шли, как вода сквозь пальцы. Роми не появилась на трансфигурации, не пришла на завтрак, не заглянула даже в библиотеку. Это было заметно. В Хогвартсе пропажи не остаются без внимания.       Лили нашла её в тени башни, там, где узкие окна резали свет на полосы. Роми сидела, уткнувшись в колени, и смотрела в точку между плитами пола.       — Ты как? — спросила Лили мягко.       — Как луна в убывающей фазе, — хрипло усмехнулась Роми. — Вроде бы меньше, а всё равно сводит с ума.       Лили присела рядом. Некоторое время они молчали. Где-то внизу хлопнула дверь, чьи-то шаги стихли в коридоре.       — Мы беспокоимся, — сказала Лили. — Не только я. Все.       — Все — это ты и Сириус, — отозвалась Роми. — Остальным удобнее не знать.       — Сириус... — Лили запнулась. — Он тоже не знает, как правильно. Но он рядом. Даже когда делает глупости.       Роми не ответила. Только стиснула пальцы.       — Ты боишься себя? — тихо спросила Лили.       — Я боюсь, что однажды проснусь и не вспомню, кого разорвала ночью.       — Это не ты, — уверенно сказала Лили. — Пока ты сражаешься, ты остаёшься собой.       Роми впервые подняла взгляд. Глаза были тусклые, но в них ещё теплел уголёк.       — А если сражаться уже не осталось сил?       Лили не стала отвечать. Просто взяла её за руку. И держала — крепко, по-человечески.

***

      К вечеру в общей гостиной было оживлённо. Джеймс и Питер спорили из-за того, кто из них неправильно начертил руну в домашнем задании по древним письменам. Сириус лениво перебирал карты на диване и поглядывал в сторону лестницы.       Когда Роми всё же спустилась, на ней был чужой свитер — плечи посажены неправильно, рукава длиннее нужного. Волосы собраны, тени под глазами ничем не скрыты. Она шла, как выжившая после шторма.       — О, смотри-ка, наше затмение вернулось, — хмыкнул Джеймс.       — Не «наше», — бросила Роми, усаживаясь у окна. — И не «затмение». Хотя да, настроение сегодня как у Грима.       Сириус подошёл ближе, сел рядом. Протянул ей чашку с тыквенным настоем.       — Для принцессы Гримов.       — С ароматом фальшивого сочувствия? — прищурилась она, но взяла чашку.       — С ноткой реальной тревоги, — ответил он и на этот раз не усмехнулся.       Она сделала глоток. Молча.       — Где была весь день? — спросил он. Тихо, только для неё.       — Искала, где спрятать себя, — выдохнула она. — Пока ещё целая.       — Я заметил, — Сириус смотрел в сторону, будто чтобы не спугнуть момент. — Но ты знаешь, что бегство — не броня, да?       — А что броня? Ты? — усмехнулась Роми. — Вон как флиртуешь с Лекси, будто бы забыл, кто в тебе видит не героя-любовника, а человека.       Он замер. Молчал чуть дольше, чем стоило бы. Затем произнёс:       — Я не флиртую. Я...       — Отвлекаешься? — её голос стал тоньше, опаснее. — Знаешь, от чего я отвлекаюсь? От собственного дыхания. Потому что оно становится рыком.       И на этом всё оборвалось. Она встала, будто закипевшая вода сорвала крышку чайника, и пошла вверх по лестнице.       Сириус остался. Джеймс уже не спорил с Питером. Все трое молчали.

***

      Ночь опускалась на Хогвартс без предупреждения. Где-то хлопнуло окно. Совиные крики разлетелись по коридорам. Лили, закрывая книгу, услышала гул голосов.       — Клянусь, когти! Настоящие! — один из младшекурсников махал руками, возбуждённо рассказывая что-то у портрета Трещащего Тролля.       — Опять? — прошептала Лили. И поняла, что ей нужно найти Дамблдора.

***

      Сириус не спал. Лежал под балдахином, вглядываясь в потолок. Ему не нужно было видеть, чтобы чувствовать — в Роми снова что-то треснуло.       Он знал этот звук. Слышал его внутри себя.

***

      Ранним утром Роми вышла на прогулку. Над озером стелился пар. Трава была влажной и колкой. Она шла, пока не оказалась у подножия холма, откуда открывался вид на запретный лес. Под её ногами хрустела галька.       — Если бы не ты, — прошептала она в пустоту, — я бы, наверное, уже сбежала.       Она не уточнила, к кому обращается.       Может, к себе.       Может, к зверю.       А может, к кому-то, кто спал в башне этажом ниже женской спальни и делал вид, что может чем-то помочь.

***

      В кабинете Макгонагалл царила напряжённая тишина.       — Время совпадает с её сном, — говорила Лили. — Я проверяла. Я была рядом.       — Это не значит, что она не может бродить во сне, — отозвался профессор Слагхорн, но без осуждения.       Макгонагалл сжала пальцы.       — Следы появляются всё чаще. И всё ближе к башне.       Дамблдор молча подошёл к окну.       — Мы все слышим, как трещит лёд, — сказал он наконец. — Но важно не допустить, чтобы под ним утонул кто-то, кто не знает, куда ступает.       Макгонагалл кивнула. Лили тоже.       Снаружи поднималось солнце. Но теплее не становилось.