Часть

Что остаётся за закрытой дверью? В своей ветеринарной практике, я встречала много душераздирающий моментов. От неизлечимого пациента, тяжёлого случая до человеческого бездушия. Если на первое мы, врачи, не можем повлиять, а на последнее не можем изменить, то я бы хотела рассказать про отношения владельцем и животных. Я видела прекрасный хозяев с ухоженными питомцами. Малыши могли быть просто воспитанными, могли быть даже залюбленные или разбалованные. Но они не плохие не в коем случае. Однажды я встретила 18ти летнего котика. Достаточно почтенный возраст. К  сожалению у него была терминальная стадия хронической почечной недостаточности. Последние два года состояли из регулярной диагностики и стабилизации. Они пришли на приём потому что котик уже две недели почти не ходит, не ест. Почти не пьёт. И приняли решение об эвтаназии. Это была одна из первой эвтаназии, на которой я присутствовала. В тот момент я часто прислушивалась к себе «что я чувствую?». Я смотрела на кота, который прожил чудесные 18 лет своей кошачьей жизни рядом с женщиной которая о нём заботилась. Не бросила, когда он заболел и следила за его состоянием 2 года. Я смотрела на кота и думала: «Ты прожил хорошую жизнь. И сейчас рядом тот, кто тебя не оставил». Хозяйка осталась с ним до самого конца. В такие моменты хочется плакать вместе с владельцами, обнимая их и утешая себя. Со временем все врачи учатся огораживаться от этого. Это не значит, что мы становимся камнем. Мы учимся сопереживать, но не пропускать их через себя. Но это всегда тяжело. В какой то из дней нам принесли кота с тем же диагнозом, но с которым попрощались дома. Его оставили просто нам и ушли. Тот кот в последние минуты своей жизни искал глазами своих родных, но к сожалению видел незнакомые лица. И боялся. Это было то, что не увидела хозяйка, но видели мы. В тот момент у меня у самой уже был молодой котёнок. И я решила, что никогда так не поступлю. Как бы это не было больно, как бы не разбилось моё сердце, я хочу что бы в последние минуты он чувствовал что не один. Что бы не боялся и ушёл в объятиях человека, с которым прожил свою жизнь. Который любил его. Перейдём к более жестокому? Кот, который думал что прожил свою лучшую жизнь, потому что его кормили со стола. Сырочек, колбаска, рыбка, кости. А потом с гастритом, панкреатитом и (снова) почечная недостаточность. Боль. Тошнота. Слабость. И  ещё десятки симптомов, которые владельцы не видят. Но видим мы. И отсутствие ответа на терапию. Работая с таким количеством животных, мы просто понимаем, где болит и как. Кот в агонии умирает. Но «не хотят брать грех на душу». А я видела огромные зрачки, тяжёлое дыхание и слышала как он уже даже не в силах издавать звуки, просто открывал рот и мучается. Это продолжалось 2 дня. И была чихуахуа. Маленькая, упрямая, слабая. Она лежала в отделении реанимации и каждый день угасала. Не ела. Не двигалась. Но когда я подходила — поднимала голову, виляла хвостом. Ела с рук. Я провела с ней сутки, и за это время мы как будто стали ближе. Ближе к полуночи владельцы позвонили: «Мы приняли решение об эвтаназии». Они были дома. А она — со мной. Я укутала её в плед, держала на руках, гладила. И пока она засыпала у меня на коленях, я плакала. А потом — снова, снимая с неё катетер. Та ночь забрала из меня все силы. Вернувшись домой, я смотрела на своего кота и вспоминала как много времени провожу на работе с чужими животными, пока меня дома ждёт моё сокровище. Финик встречает меня с работы. Ждёт свою порцию ласк и потом ложиться спать со мной. В такие моменты я его люблю ещё больше, хотя больше просто некуда. Я была рада, что могла на один крошечный момент заменить чужому животному хозяев. Этими историями, я бы хотела, что бы владельцы пушистиков и хвостиков, подумали о том как они с ними обращаются. Как они с ними прощаются и попробовали бы понять своих малышей. Ведь они для нас только кусочек жизни, а мы для них целая жизнь.