Часть 8. Истоки.

Стены содрогал приближающийся взрыв. С потолка посыпалась каменная крошка. Королева бессильно уронила стеклянный кубок. Красная жидкость растекалась по платья словно свежая рана. — Ты угроза, — она сказала тихо, не поднимая глаз. — Но не потому, что бесплодна. А потому, что все портишь! Джемма не успела ответить. Королева резко встала, и в ее глазах, обычно таких холодных, бушевало что-то дикое, почти безумное.  — Я из далеких земель, каких уже не существует. Там мужчины убивают и насилуют, грабят и мучают... Всех моих сестер безжалостно перетопили, как котят. А меня мать спасла, сунув в корзину для фруктов. Две недели мы прятались в выгребной яме, пока они искали "последнюю выродку". Королева вдруг засмеялась — горько, истерично.  "Я просто хотела отомстить за своих сестер... Их убивали собственные отцы на глазах матерей. Я хочу безопасного будущего без их отравляющего семени! Мы столько лет работали, собирали женщин, синтезировали идеальное искусственное семя! Она резко подошла к Джемме, так близко, что та почувствовала запах крови и трав на ее дыхании.  Где-то вдали прогремел очередной взрыв. Пол дрогнул под ногами.  — Лоно пало, — прошептала Королева. — Мои лаборатории разрушены. Скоро сюда придут солдаты, и... Она не договорила. По ее щеке скатилась слеза, оставив чистый след на запыленном лице.  — Я просто хотела, чтобы у нас было безопасное место. Чтобы ни одна девочка больше не боялась, что ее утопят за то, что она родилась не мальчиком. Джемма смотрела на нее, и впервые за все это время не видела перед собой монстра. Только израненную женщину, которая слишком долго несла свой крест.  — А теперь... теперь я не знаю, было ли это правильно, — Королева опустилась на колени среди осколков. — Я создала новый кошмар. И он рушится. Джемма молчала. В ее груди бушевала буря. Ненависть к системе, жалость к этой сломленной женщине, страх за будущее — все смешалось в один клубок.  Где-то совсем близко раздались шаги, и... Женское пение? Приближалась рыжая, державшая на руках своего младенца. Королева подняла голову.  — Беги. Пока можешь. Но Джемма не двигалась.  Она больше не знала, кто здесь враг.  И кто — жертва.