Глава 3. Начало рассвета

Я брёл по улицам без точной цели. Дым всё ещё витал в голове, растекаясь туманом по мыслям. Лёгкость в теле смешивалась с тревогой — странная, почти спокойная, но липкая. День клонится к закату, но небо ещё светлое, окутанное золотисто-розовым — как будто сам воздух пытался что-то напомнить. Ветер был тёплым и лёгким. Я шёл… будто знал, где она будет. И она была. Стояла у ограды, прислонившись спиной к холодному металлу, смеялась, что-то говорила подруге. Свет касался её щёк, волосы разлетались в ритме ветра, и я, как всегда, оказался слишком близко, чтобы уйти, и слишком сломан, чтобы спокойно подойти. Все те дни молчания, тяжёлых взглядов и обид — вонзались занозами в память. Я курил, чтобы не чувствовать. Но чувства были быстрее. Я не мог оторвать взгляда. И, будто не я управлял телом, а сама боль — я сделал шаг. Потом второй. В груди что-то опрокинулось, сердце билось глухо, как будто в воде. Она обернулась. Улыбка медленно исчезла. Глаза остались. Те же. Тёплые. Немного закрытые, но не чужие. — Привет, — сказал я, хрипло, будто и не говорил вслух уже целую вечность. — Привет… — ответила она. Тихо. И в этот момент всё стихло. Даже закат затаил дыхание. Я не знал, что дальше. Я столько раз представлял эту сцену в голове, столько раз репетировал, как подойду, что скажу. Но сейчас — пусто. Я стою, будто мальчишка, которого ветром занесло к своей мечте. Она смотрит на меня, спокойно. Без осуждения, без особого тепла. Как будто ждёт, что я скажу что-то большее, чем просто «привет». — Я… — выдохнул, — не планировал. Просто шёл… и вот. — Всё нормально, — тихо сказала она, отвела взгляд, посмотрела на дорогу. — Ты… как? — вырвалось из меня, глупо и слишком по-простому. — Учу. Хожу. Живу, — усмехнулась она чуть-чуть, почти невидимо. «Живу» — как нож. А я? Я живу ли? Существую? Курю траву в одиночестве, блуждаю по улицам с мыслями о ней, пока сердце просит быть рядом. А потом прячусь. Прячусь под слоями гордости, под грубостью, под холодом. А сейчас я стою здесь, с пустыми руками, полным сердцем и дымом в лёгких. И спрашиваю, как она. Я вспомнил те дни, когда всё было другим. Когда мы могли часами переписываться, спорить, шутить, строить глупые планы. Я вспомнил её голос — живой, быстрый, тёплый. Тогда я ещё умел дышать рядом с ней. Сейчас — будто впервые учусь снова. — Я часто думаю о тебе, — сказал я. Молчание. Только лёгкий ветер. — Я знаю, — произнесла она наконец. И всё. Больше не надо было слов. Между нами висело слишком много несказанного. Между нами была весна, была ссора, были взгляды в коридорах и чужие рядом с ней. Между нами была целая история, которую никто, кроме нас, не понимал. Я хотел сказать больше, но не стал. Не время. Не место. И, возможно, не я. Она слегка кивнула и пошла прочь. Шаг за шагом, не ускоряя, не оборачиваясь. А я остался стоять. В свете заката. С болью внутри, но с каким-то странным чувством: я сделал шаг.