О божествах и работе.

Никогда не знаешь, когда придется покинуть мягкую постель, попрощаться со всеми удобствами и отправиться собирать на себе пыль со всего мира, спать под открытым небом, а иногда и убегать от местных инквизиторов. Эти строчки идеально описывали то, как проходили дни Даны. Как в этой жизни, так и в прошлой. Сначала она была обычным офисным работником, тем самым человеком, который работает до упаду, никогда не жалуется и тащит на себе весь отдел, а дома проводит время в одиночестве в окружении сериалов и еды быстрого приготовления. Ее жизнь интересной назвать было сложно, но она привыкла к такому ритму и не хотела ничего менять. Точнее, всем она только и говорила о том, как желает уйти в отпуск. Но в отпуске хорошо проходили только первые три дня, потом без вечной беготни, криков начальства и офисной рутины становилось просто-напросто скучно. Сейчас ситуация не особо поменяла свой характер. В этой жизни работы также много. Но если раньше запросы начальства приводили к недосыпу и постоянному стрессу, то сейчас она рисковала не просто поспать три часа, но и, например, потерять руку. Или глаз. А может, и вовсе быть сожжённой на костре. Ситуации бывали разные. А рабочим местом теперь служит не душный кабинет в многоэтажке, а все земли этого мира. Хочешь — работай в пустыне, хочешь — в горах, да хоть в жерле вулкана. Главное отчет вовремя сдать и цель выполнить, а как и какой ценой не особо важно. О ее перерождении известно не так много. В свое время она увлекалась чтением исекаев, но достаточно быстро поняла, что если она и в какой-то книге, то явно не главная героиня. Возможно, злодей (потому что то, что она пережила уже может стать прекрасным основанием, чтобы сжечь этот мир к чертям), но для этой роли она была слишком мягкосердечна и ленива (захватить мир достаточно хлопотно). Возможно, просто второстепенный персонаж, который должен дать добрый совет главному герою (тоже весьма маловероятно с её-то общительностью). Либо же она действительно главная героиня, но автор — редкостный садист. Потому что из хорошего Дана имела только принадлежность к древней вымершей расе, но и это не особо спасало. Огромная сила не свалилась даже спустя тысячу лет жизни. Она тренировала магию, но, как оказалось, у всего есть предел. И магия этого мира не отличалась особой оригинальностью в заклинаниях. Никаких разрушительных техник, смертоносных проклятий или общения с тем светом. Да и место «избранной» богами она скорее выплакала, чем заслужила. А вот угроза жизни присутствовала всегда. Как только она родилась, уже была вынуждена выживать. И убить ее могла не суровая окружающая среда, болезнь или антисанитария, а собственная мать. Повезло ей появиться на свет в драконьем семействе, где слабых детей отсеивали сразу и, не особо заморачиваясь, убивали. У драконов в принципе с семейными связями все было печально. Матери не проявляли ласки к детям, ограничиваясь их защитой от внешних угроз до поры до времени и кормёжкой. Отцов тут в глаза никто не знал, потому что представители этой расы не считали нужным создавать крепкие связи с кем-то из окружения. После рождения детей драконихи вытесняли партнеров из пещер и сами воспитывали потомство. Отец мог лишь скинуть ребенка с горы по просьбе матери. Такое себе воспитание. Но о моральной стороне вопроса Дане было думать некогда. Потому что ты либо развиваешься, тренируешься, хорошо ешь и всеми силами изображаешь здорового ребенка, либо думаешь и отправляешься кубарем с горы. Нельзя сказать, что новая природа не оставила свой след. Драконы с самого детства были какими-то отмороженными. Они словно совершенно не обладали эмпатией, жили по традициям, а если кто-то не вписывался в их нормы, то они их просто убивали. Должен ребенок полететь в семь лет? Значит, полетит. А если не полетит, никто возиться не будет. Проще нового родить. Драконихи рожали редко, но легко. Причина одного ребенка скорее крылась в нежелании связываться с особями противоположного пола, чем в тяжести материнства. Она старалась не общаться с членами своего племени, боялась окончательно утратить в себе человеческие черты. Дана и без этого с самого своего рождения ощущала, что будто находится в неком пузыре, который ограничивал ее эмоциональный диапазон. Драконы были грубыми, к смерти друзей относились с презрением, повторяя слова матерей, что они сами виноваты в своей слабости. Для нее это было дикостью. Эта раса жила в горах, большую часть времени драконы пребывали в форме огромных ящеров, но иногда превращались в человекоподобных существ. От людей они отличались только очень высоким ростом и тем, что женщин было невозможно отличить от мужчин. Драконихи не имели ярких изгибов фигуры, черты лица были крупными и острыми, а разрез глаз походил на азиатский. К этой интересной внешности добавлялось вечно равнодушное выражение лица. Драконы ярко выражали только ярость, а смеялись только после особо крупной наживы. Дана благодарна, что была похожа на них только внешне. В походах намного проще выдавать себя за мужчину. И намного безопаснее. Но отличительные черты характера стали причиной гибели этой расы. Мир населяли и другие существа, которых драконы с радостью гасили своим огнем. Не ради наживы. Просто так, ради забавы. И настолько они надоели всем, что даже местное божество спустилось, чтобы их угомонить. Точнее, прикончить. Дана спаслась только тем, что встретила его раньше. И это божество оказалось если не разговорчивым, то очень совестливым. Она пожаловалась и на свою судьбу, и на то, что жизнь прошлую помнит, даже скупую слезу пустила. Божество, (которое, как она узнала в будущем, оказалось Фаэроном, а по совместительству богом справедливости), решило все по справедливости. Драконов прикончило, ее оставило в живых, но записало на божественную службу, чтобы контролировать жизнь первого попаданца и последнего представителя драконьей расы. Она пыталась выяснить, как так вышло, что она сохранила воспоминания прошлой жизни, но сверху лишь пожали плечами и сказали, что это вопросы не их уровня. Для богов управление миром было такой же работой, и многие вопросы их полномочий не касались. Вопрос смерти был именно таким. По короткому рассказу Дана поняла, что все души, вне зависимости от мира, где они жили, попадают в одно место. И уже в этом месте их перераспределяют по новым мирам, в которых им суждено родиться в будущем, и стирают воспоминания. Скорее всего, именно где-то там произошла ошибка. Выяснять подробности никто, конечно, не стал. С тех пор Дана носилась по миру, исполняя поручения своего начальства. И, похоже, делать она это будет еще очень долго, потому что драконы живут примерно…вечность. Но, несмотря на этот жирный минус, в бессмертной жизни есть свои плюсы. Дана видела, как развивается мир вокруг, как возникают государства, новые технологии. Конечно, тяжело жить без современных благ цивилизации. Иногда она с трудом сдерживала себя, чтобы не шепнуть когому-нибудь эльфу идею создания сотовой связи. Этим удивительным существам даже подробности работы каких-то механизмов объяснять не приходилось, им хватало только идеи и принципа работы, а дальше они уже сами все сделают, попутно совершая физические открытия для этого мира. Ей это было известно хорошо. Один раз она уже так проболталась. Теперь в относительно развитых странах вовсю работали электричество и водопровод. За это ее боги по голове не погладили, обвинили во вмешательстве в естественный ход вещей и лишили отпуска. Смешно, конечно, это было слышать от тех же богов, что с радостью берут технологии из других миров в свое пользование (чего стоит одна богиня любви, часами смотрящая мелодрамы по телевизору). Но она промолчала. Начальник всегда прав. Огромным минусом ее работы — ненормированный график. Чаще всего 5/2. 5 лет работы, 2 года отдых. Но были и свои сбои. Выдернуть из отпуска ее могли в любой момент, а могли и десять лет не трогать. Благо она жила в небольшой деревушке среди эльфов, где соседи уже привыкли к ее внезапным походам и могли помочь присмотреть за домом. Эльфы вообще прекрасныe соседи: не шумят, уважают личное пространство, сплетни не пускают и всегда готовы оказать помощь и поддержку, особенно если дело касается ремесла или садоводства. Похвастаться особыми знаниями в интересных для эльфов сферах она не могла, поэтому, чтобы не наглеть, взамен всегда привозит со всего мира книги, ткани, украшения. Но больше всего эльфы ценят именно рассказы о других народах. Они редко покидают обжитые места, так как рано заводят семьи, а перемещаться толпой по опасному средневековью, в котором даже боги не до конца ведают, что происходит, в голову еще никому не пришло. Были те, кто юность посвящал приключениям, а уже потом заводил семью, но таких было не много. Чаще всего любовь сносила голову именно впервые пару десятилетий жизни, а эльфы, если любят, то тянуть время не станут. Два года — и уже: брак, дети и огород. Какие уж тут приключения? А в зрелости они уже и не так рвались на другой край мира. Но это совсем не значит, что в них пропадала жажда приключений. Просто теперь они начинали правильно оценивать риски. Мир был еще не развит достаточно, чтобы без проблем путешествовать. Многие земли до сих пор не обжиты, а в некоторые ступать просто опасно, особенно в последние годы. Сегодняшний день начался с привычной рутины: пробуждение, завтрак, сбор трав в лесу и перебирание библиотеки. Удивительно, но в этой огромной комнате все еще были произведения, которые она не читала. Дана помнила, с каким удовольствием встретила появление письменности. Она скупала все произведения. Сначала их было не так много, в основном писали о богах (для нее все эти величественные сказания были как хороший анекдот), затем возникла тема истории, а вскоре и остальные жанры литературы. Эльфы быстро учились, развивались, поэтому умение писать среди них не является особенной чертой какого-то отдельного социального слоя. Достаточно быстро мастера начали записывать секреты изготовления своих изделий, кто-то активно изучает науку, магию и окружающий мир, а кто-то просто пишет легкие романы. Последние Дана любила больше всего. История ее не интересовала, она — живой свидетель почти всех событий. Конечно, иногда интересно, что пишут в этих книгах, но при их прочтении она не может не спорить с авторами. После таких монологов у девушки обычно не слабо так болит голова, поэтому, чтобы не портить себе настроение, такую литературу она открывает крайне редко. Ремеслам Дана обучалась практически на ходу, а иногда по связям могла попасть на практику к хорошим мастерам, что явно ценнее. Магию лучше нее вряд ли кто-то знает. Драконы и русалки обладают самым большим потенциалом. Но вторые не особо развивают его. Им для себя достаточно создавать защитные барьеры вокруг своих жилищ и наводить шторма, чтобы прогнать незваных гостей. А вот о любви эльфы пишут с душой. Красиво и поэтично. А главное — оригинально. Иногда слишком высокопарно, но и к этому можно быстро привыкнуть. Сегодняшний день она в очередной раз хотела провести на веранде с новым ярким томом в руках и чашечкой чая. Для такого тихого времяпровождения у нее специально было оборудовано место с мягким креслом и небольшим столиком, куда можно было поставить чайничек и конфетницу. Но не всегда ее планы идут в один шаг с планами окружающих. Первую половину дня она провела так, как и планировала, изредка отвлекаясь на проходящих мимо соседей, гуляющих детей. Молодые эльфы с криками носились друг за другом, но, замечая книгу в ее руках, тут же становились тише. От чтения ее оторвала и зашедшая за травами Мирэль — милая девушка, живущая в большой семье из пяти братьев неподалеку. День был солнечным и спокойным. Дана любила вот так просто проводить свободное время на веранде. Вокруг ее дома рос красивый ухоженный сад, в котором вечно гостили то птички, то белки. Несмотря на то, что ее никогда не тянуло к работе с землей, сад она действительно обожала. Стрелки часов переместились к 17:35 Именно в этот момент на краю крыльца из ниоткуда материализовалась невысокого роста беловолосая девушка с миловидными чертами лица. С первого взгляда сразу понятно, что это далеко не человек. Она, внешне как будто сошедшая с картинки, обладала слишком идеальной для этого времени кожей, слишком идеально уложенной без единого торчащего волоска прической, а на одежде не было ни единого пятнышка, которое можно было бы получить, учитывая их стиль жизни. Это была Камилла — ее личная фея, помощница, почтовый голубь и подруга в одном лице. Именно она была посредником между ней и богами. Феи — еще одна раса, которую встретить здесь не так просто. Они выступают как святые: помогают богам, следят за порядком в мире, выполняют мелкие поручения на земле, а иногда спускаются в мир, выступая в качестве голоса богов. Все души после смерти отправляются на общее перераспределение между мирами, но только будущие феи не покидали пределы этого мира, они рождаются снова в святых местах, помня абсолютно все, что с ними произошло ранее. Феями становятся те, кого боги хотят спасти, кто погиб тяжелой несправедливой смертью или погиб в младенчестве. У них нет тел в привычном понимании этого слова. Феи всецело состояли из магии, а магия представляла собой мелкие песчинки. Пока жива она, живы и феи. Именно поэтому Камилла выглядела так идеально. Она сама собрала этот образ, формируя с помощью магии облик желаемого тела. Все было продумано до мелочей, благодаря чему ее внешний вид всегда оставался идеальным, а волосы, несмотря на длину, доходящую до поясницы, и густоту, никогда не путались. Дана могла бы ей завидовать, если бы по своей природе не была лишена этого чувства и если бы не знала, как дорого может обернуться такая привлекательность. Но Камилле беспокоиться было не о чем. Она в любой момент могла просто рассыпаться в воздухе. Блондинка пружинистым шагом подошла к Дане и положила письмо на страницы книги, перекрывая написанное внутри. Девушка тяжело вздохнула: на самом интересном месте ее прервали. Но делать было нечего. Дана под любопытным взгляд Камиллы раскрыла конверт. Внутри лежала маленькая записка, исписанная острым, худым, широким почерком. «Искажение в Нарраке. Вероятно, какой-то артефакт» Увидев название государства, фея тут же нахмурилась и, сложив руки на груди, недовольно фыркнула. Она отвела взгляд в сторону и тут же наткнулась на красивую тарелочку, наполненную конфетами. — Опять Наррак? — Камилла потянулась за сладостью и, шелестя фантиком, развернула маленькую темную конфетку, которую затем положила в рот. — Так и знала, что это государство нельзя было оставлять в живых. — Рука потянулась за дополнительной порцией Дана мягко улыбнулась и захлопнула книгу, после чего пододвинула конфетницу ближе к блондинке. Камилла скромничать не стала и взяла тарелку в руки. — Не забывай, что твои родители оттуда. Да и зачем оскорблять потомков своей матери? — послышался очередной шелест фантика. При упоминании матери Камилла сморщила нос. Она была одной из немногих фей имеющих родителей. И к этой расе их причислили далеко не за легкую судьбу. — Они оскорбили себя, когда позволили Роту жить. Дане эти слова не понравились. Феи не имели права размышлять на такие темы. Решать чью-то судьбу имели право только сами боги и то не всегда. И Дана поспешила ей об этом напомнить: — Не нам решать, кому жить, а кому нет. Камилла недовольно цыкнула, но спорить не стала. Дана понимала ее недовольство, ее подруга не любила Наррак. Это государство за свой короткий срок существования прославилось кровавой резней, в центре которой оказались и родители Камиллы. Роту был одним из зачинщиков этой резни. По правде сказать, это государство вообще не должно было существовать. Боги пытались контролировать все, что происходит в мире, но Наррак возник буквально на пустом месте. И каждый век приносил новые беды.