Часть 4

      Маомао внезапно осознала, что совсем не подумала о том, как ее действия выглядят со стороны. И уж тем более, как они выглядят для Джинши. Наконец пришла пора объясниться, и виноватым тоном она спросила:       – Простите, господин Джинши, я просто увлеклась... Вам неприятно?       Джинши одолевали смешанные чувства. С одной стороны, он желал этого, если даже не до конца отдавал себе в этом отчёт; но с другой стороны, всё это было так неожиданно, быстро, стремительно... И уж точно он не ожидал такой напористости от обычно серьезной и хладнокровной Маомао. Уместно ли им вообще заниматься вместе такими вещами? Не зашли ли они слишком далеко? О чём она только думает? Неужели она настолько хочет этого, да ещё и с ним, с человеком, на которого она смотрела, как на червя?       Вместе со смутными сомнениями его также смущал тот факт, что он с треском провалил игру, которую сам же и начал. Казалось бы, он только что нависал над ней своим большим, по сравнению с крошечной Маомао, телом и решительно приподнял её ногу. Не то, чтобы он собирался сделать то же самое, что сейчас творит она; скорее, он хотел слегка припугнуть и ошеломить её. Самое большее, чего он мог желать – это прикоснуться своими губами к её. Прежде ему нравилось представлять, как нежно она обхватывает его губы своими. Только и всего.       Но не стоит недооценивать такого ловкого соперника, как Маомао. И Джинши сейчас окончательно в этом убедился.       – Приятно. – наконец ответил Джинши, переводя дыхание и отходя от ступора. – Не то чтобы я не хотел этого, но разве мы можем...       Маомао улыбнулась и окинула его хитрым и томным взглядом. Она уже знала, что выиграла эту игру, но во что вылилась такая игра? Ей уже было всё равно; либо она просто отметала неудобные для неё мысли, как обычно это делала. Сейчас она желала только одного.       – На все ваша воля, Господин. Мой долг – доставить вам удовольствие. – прошептала Маомао голосом первоклассной куртизанки, неожиданно для себя самой.       Не то, чтобы это было её прямым долгом. Несмотря на то, что Джинши выкупил её из медяного дома и сделал своей служанкой, в её обязанности всё ещё не входило ублажать Господина. И всё же, Маомао была охвачена желанием сделать ему как можно более приятно. Возможно, это чувство вины за внезапный порыв? Или искреннее желание? Она и не задумывалась об этом. Ей уже двигала страсть, и она не хотела останавливаться. А может, и не могла вовсе.       Джинши, приподнявшись, одной рукой держал Маомао за бедро, а в другую нежно заключил её руку. Она ритмично, но неспеша, двигала бёдрами, насаживаясь на его член; он двигался в такт. Их губы впились друг в друга, но ненадолго: Джинши спустился ниже, к её шее и ключицам, в потом и вовсе к ее небольшой, аккуратной, но такой красивой груди, оставляя дорожку поцелуев и пару засосов, обдавая Маомао горячим дыханием. Едва уловимые, робкие стоны сопровождали слияние двух душ. Маомао запустила руку в его мягкие и гладкие, как тончайший шёлк, волосы, и это ещё больше заводило Джинши. Его рука направлялась все выше, нежно поглаживая её талию и спину, затем касаясь лица и горячей шеи, и остановилась на затылке, так же перебирая волосы Маомао, как делала она сама с волосами Джинши. Они продолжали изучать губы друг друга, то нежно касаясь ими, то покусывая. Их мокрые одеяния, на которых они сидели, уже не казались такими холодными, наоборот: стало жарко, очень жарко.       – Маомао... – сорвалось с губ Джинши её имя.       – Да, Господин?       – Ты... Такая красивая... – Джинши не нашёл ничего лучше, чем такой ответ. Это смутило обычно спокойную кошечку, и она ответила:       – Не говорите глупостей, Господин.       Джинши хотел было ответить ей что-то, но она быстро заткнула его рот поцелуем. Долгим и страстным.       "Признаться, – подумала Маомао, – мне тоже доставляет удовольствие... Делать это с самым красивым мужчиной".