Шум на заднем фоне

Мой дедушка был человеком с большой буквы. Сколько себя помню, он был добр к окружающим, любил бабулю и всегда баловал меня. Помимо чудесного характера дедушка был очень умён. Из рассказов матери я узнал о том, что он состоял в команде с какими-то учёными. Вёл проект по созданию какого-то устройства. Честно, я не вдавался в подробности, но интрига всё же была. Теплые лучи весеннего солнца проникали в салон машины через лобовое стекло. Машина старенькая, но в целом рабочая, и этого хватает. Салон не в самом лучшем состоянии. Пыль, ободранная кожа, запах бензина и старины делают поездку, правда винтажной. Сельская местность всегда отличалась от города чистым воздухом, красивыми пейзажами, впечатлениями и было что-то тонкое в этом моменте. Всегда удивляло, как возможна такая красота в мире? Вселенная явно старалась конкретно над этим местом. Высокие горы, абсолютно голубое небо без единой тучи, свежесть после недавней грозы но, одно вызывало страх. Дороги, ободранные, еле живые, местами видно как трава выросла прямо сквозь асфальт и бесконечные кочки. Словно издеваясь, судьба поселила моего покойного деда в горах — с серпантином на десерт. Но вот я на месте, моё дело забрать все вещи из дома до приезда матери. Дом в котором я рос всё детство, выглядел всё также. Деревянный низкий забор, кирпичный ничем не примечательный дом. Стоит сделать шаг, пол отзывается скрипом. Не много осмотрев его, я поднялся в спальню. Полки книг, блокноты, пыль выписывающая круги по комнате и не большая односпальная кровать с ковром. Я начал свою работу именно с этой комнаты. Шкаф из красного дерева стоял криво, будто уставший. Когда я убрал с него книги и попытался сдвинуть, снизу послышался странный звук — глухой удар, словно дерево стукнулось о металл. Я присел, чтобы заглянуть под него, и вдруг пол под шкафом слегка прогнулся. Старая доска треснула. А затем — провалилась. Конечно, интрига нарастала, а желание узнать тайны руководило мной при спуске. Абсолютный мрак освещался светом фонаря от телефона, холод, запах то ли гнили то ли земли, местами какие-то балки в потолок, проводка худо-бедно натянутая по потолку и исчезающая прямо в стальной двери. Дверь поддалась, но с характерным скрипом, что-то осыпалось, забегали жители подземелья. Внутри меня ждали всякого рода приборы, конденсаторы, установки и другой гнилой металл. Попинав и разобрав железки, я заметил коробку с кассетами, это была вторая максимально неуместная находка. В таком мраке даже милые надписи по типу свадьба, день рождения, садик звучали пугающе, поэтому я направился наверх. Треск, жужжание приборчиков и наконец, голос. Я вслушиваюсь в каждый шорох, как вдруг слышу помехи. Странный хрип всё нарастающий заполняет комнату. Я тянусь пальцами к кнопке, как вдруг. Нет, я не просто слышу своё имя из старых динамиков, я буквально кожей ощущаю присутствие. Мурашки забегали по рукам, сердце вот-вот и выпрыгнет из груди, меня дергает от динамика. Я мотаю запись назад и не слышу абсолютно ничего. Никаких имён и посторонних звуков, а лишь родные голоса. Кассета подходит к концу, меняется следующей и опять хрип. Но теперь, отключение не работает, и даже моя паническая попытка выдернуть шнур не принесла никаких плодов. Хрип постепенно принимал все более изощренный вид. Эхом откскакивали гул, крик и абсолютно не связные буквы. Из этого ужаса я услышал единственное. Нашёл. Дикий гогот раздался у самого уха, метнулся на другое, словно волчий бег сквозь тьму, и вцепился когтями в спину. Возможно, интересуйся я больше работой дедушки, я бы понял, почему он бросил науку. Оно, живущее в квантовой помехе просто ждало.