Часть 1, кровопролитие

Он всегда знал, кто он, он всегда знал, кто он для других, и к валейчайшему сожалению или счастью оба этих представления о нем были очень схожи, даже слишком. На черно-синем небе искрятся мальчайшие белые огоньки, незаметный через густую крону деревьев небольшого леса, который окружал прозрачное водное зеркало, пряча его от чужих глаз. Около него сидел ребёнок, глядя на отражение сумерок через озеро своими алыми до ужаса глазами. Встав с ободранных колен, на вид 14-ти летний подросток пошёл в противоположную сторону от водной глади, напоследок сверкнул своими серебристо-белыми волосами, закрепляя на поясе черную юкату, которая являлась его единственной одеждой. "Раз, настал рассвет..." Идя по земле, укутанной корнями стволов множества дубов, босыми ногами носитель душераздирающего взгляда медленно приближался к тому, что искал. Из за ветвей показались деревянные дома, все такие же, как и прежде, но кое что отличалось.. Повсюду были лужи крови, части и остатки недавно живих людей. Для незрелого ребёнка, как он это слишком... На лице появилась дьявольская улыбка, из чащи леса послышался смех. "Стало шумно здесь.. Стало шумно зде-есь..." Наконец надев на себя юкату, как подобает, серебро волос сверкнуло в лесу последний раз, резко поворачивая направо. Прогуливаясь по окровавленным дорожкам, детский смех приближался к родительскому дому, в глазах считалась лишь жажда крови и радость, смешанные с ненавистью. Небольшой домик ближе к центру деревушки стоял в луже красного железа под песню ребёнка, который без единой крапинки жалости смотрел на убитого отца и только что дорубренную мать, которая ели как оставалась в живых. "Праздник наступи-ил... Праздник наступил" Продолжая плестись по окровавленным дорогам в неизвестном направлении, подросток медленно продвигаться к центру деревни - дому главы, от одного вида которого хотелось рвать на куски. *** Третья молодая луна бросила на землю голову мужчины, оттряхивая полосатую руку от крови и невидимой грязи, поднимая взгляд вверх, смотря на звёздное небо. Ничего не предвещало беды, все шло спокойно, как вдруг послышался детский голос... "Здравствуйте, господин!" - радостно сказал ребёнок. Красноволосый был в шоке, он же всех убил, где мог спрятаться носитель этого голоса?! Оставалось лишь медленно повернуть голову и принять увиденный ужас. Аномально бледная кожа, почти что белая, серебристые волосы до колен и... Взгляд, который заставляет готовится к смерти в муках, глаза, высасывающие душу, улыбка, оголяющая страшные клыки, аура, отражающая бездну и ад, перед ним стояла вылитая дочь Кибуцуджи, иначе он описать собеседника не мог. Ряд мурашек окрыл высшую луну, оцепеневшую от страха. "Как вас зовут, господин?!" - снова воскликнула девочка. Приказ. Не вопрос. Приказ. "А.. Ак-каза.." - еле выговорилось имя из уст его носителя. Аказа попытался пошевелиться, что вышло с трудом. "Я-ясно! Аказа-сама!" - имя прозвучало ударной волной дополнительного ужаса. Высшая луна уже была готова сбежать как трус, лишь бы его не убили. "Т-тебе повезло... Я.. Моё з-задание уже выпол... Женщин я не Т-трогаю..." - на последок ели как произнёс красноволосый, после чего испарился в гробовой тишине. "*Женщин.. Но я же не женщина..*" - размышлял ребёнок по пути в свой "дом".