Последняя

Джоэл присел на корточки у разбитого парапета, пальцы автоматически проверяли запас патронов в обойме. Шесть. Шесть на тридцать заражённых между ними и тоннелем. Он не сказал ей этого. Элли стояла в пяти шагах, спиной к нему, и смотрела на город. Солт-Лейк-Сити. Огни его мерцали в дымке, как гнилые светлячки над болотом. Красиво. Смертельно. — Кажется, там даже есть электричество, — её голос был хрипловатым от дорожной пыли, но в нём звенела та упрямая надежда, что бесила Джоэла и держала его на ногах. Он не ответил. Вместо этого достал бутылку с мутной водой, отпил глоток и протянул ей. — Пей. Не знаем, когда в следующий раз. Она взяла бутылку, их пальцы не коснулись. Элли научилась читать его молчание: *«Не радуйся раньше времени. Не верь огням»*. Она отпила, сморщилась, но проглотила. Горько. Всегда горько. Вода, еда, воздух — всё здесь было пронизано вкусом тления и ржавчины. — Помнишь, как упала с того водопада? — спросила она вдруг, вытирая рот рукавом. — Думала, ты утонешь, пытаясь достать мой рюкзак. Идиот. — Рюкзак был с медикаментами, — буркнул он, вставая. Суставы хрустели, как сухие ветки. Старость. Он ненавидел это слово. — Ага, конечно. Просто тебе нравится меня спасать. Он хмыкнул. Не «спасать». Выживать. Разница была в том, что спасение подразумевает выбор. У него его не было. Не с тех пор, как в его руках на крыльце дома в Техасе угасло маленькое тело в цветочном платье. Элли была другим телом, другим голосом, другой болью... но тем же грузом. Тяжёлым. Невыносимым. Нужным. Ветер донёс запах — сладковатый, гнилостный. Clicker. Где-то близко. Джоэл мгновенно насторожился, рука легла на рукоять ножа. Элли замерла, прислушиваясь. Её глаза, широкие и слишком взрослые для четырнадцати, метнулись к нему. Не страх. Готовность. Она научилась. — Левее, за грузовиком, — прошептала она так тихо, что губы едва шевельнулись. Он кивнул. Не спрашивал, как она узнала. Инстинкт. Или тот самый гриб, что пустил корни в её крови, давал ей чутьё. Ирония. Он двинулся первым, бесшумной тенью скользя между остовов машин. Элли — его отражение, в двух шагах сзади, ствол её пистолета смотрел в землю, но палец лежал вдоль скобы. Джоэл научил её: «Не целься, если не готов убить». Она была готова. Всегда. Clicker блуждал у разбитого прицепа, его голова, изуродованная грибными наростами, бессмысленно клонилась из стороны в сторону. Он «видел» мир щелчками, как летучая мышь. Красиво и жутко. Джоэл затаил дыхание. Один шаг. Два. Трава хрустнула под ботинком Элли. Чудовище замерло. Повернулось. — Элли, вниз!— его крик разорвал тишину. Она рухнула на колени, а его нож со свистом рассек воздух и вонзился в шею Clicker’а. Тот захрипел, захлопал беспомощными руками-плетьми. Черная кровь брызнула на ржавый металл. Элли вскочила, её пистолет выплюнул пулю в грудь другого заражённого, подбегавшего сбоку. Громко. Слишком громко. Тишина после выстрела была гуще крови. Джоэл вытер нож о штаны, подошёл к Элли. Она дрожала, но не от страха. От адреналина. От ярости. — Ты ранен? — его голос был жёстким. — Нет. — Патроны? — Пятнадцать. Он кивнул, поднял свой нож. На лезвии, среди грязи, блестела капля её крови. Царапина от камня, когда падала. — Вот чёрт, — пробормотала она, замечая его взгляд. Джоэл достал из рюкзака почти пустой тюбик антисептика, смочил уголок рубашки. — Руку. — Не надо, пустяк. — Руку, Элли. Она подчинилась, скривившись, когда жгучая жидкость коснулась царапины. Он перевязал порез обрывком чистой ткани — аккуратно, быстро, с каменным лицом. Его пальцы, грубые и покрытые шрамами, были неожиданно нежны. — Спасибо, — прошептала она. Не за перевязку. За Clicker’а. За жизнь. — Не благодари. Экономь силы. Он отвернулся, снова глядя на город. Огни мерцали коварно. Где-то там — Огнивы. Где-то там — её «спасение». Его проклятие. Элли встала рядом, плечом почти касаясь его руки. — Там будут жирафы? — спросила она вдруг, глядя вдаль. — Что? — В зоопарке Солт-Лейк-Сити. В книжках пишут, они были. Высокие. С длинными шеями. Джоэл посмотрел на неё. На девочку, которая верила в жирафов после Clicker’ов, голода и крови. Которая несла в себе смерть и надеялась на жизнь. Которая была его грузом и его факелом в этой вечной тьме. — Может, и были, — хрипло сказал он. — Но сейчас там только крысы да грибы. — И огни, — упрямо добавила она, указывая на мерцающий горизонт. — Огни есть. Он молча накинул рюкзак. Взял винтовку. Город ждал. Тоннель кишел заражёнными. Шансов не было. Но она верила в огни. — Пошли, — сказал Джоэл, шагая вперёд, в тень моста. — Только тихо. И смотри под ноги. — Ага, — она улыбнулась, подбирая пистолет. — Без жирафов. Они растворились в сумерках — два силуэта против бесконечной пустоты. Несущие в себе пыль ме ртвых городов и упрямые искры звёзд, которых никто уже не видел.