Часть 1

Погода в окрестностях Пелагиада была чудесная, многочисленные дороги так и манили пуститься в путь — не по одной, так по другой. Нерв, маленькая юркая босмерка, и не думала сопротивляться этому зову. Хоть она и была в этих местах по делу, но совершенно не спешила: в задании не оговаривали сроков, и заниматься им не особо и хотелось. Конечно, выполнить в результате придется, раз уж империя поймала ее на крючок. Но прежде чем возвращаться в с первого взгляда не полюбившуюся ей Балмору, она вдоволь нагуляется по дорогам близ Аскадианских островов. Она знала: каждая дорога куда-то ведет. Если не к поселению или городу, то к древним развалинам или облюбованной контрабандистами пещерке. Ну в самом худшем случае — к шахте квама. Нерв уже проводила заблудившуюся паломницу к полям Куму и поработала почтальоном для странной влюбленной пары (странно было и то, что впечатлительная бретонка влюбилась в грабителя, и его ответные чувства). А также очистила одну из пещер по дороге: товар у контрабандистов был неплох, и если они не сумели его защитить — сами виноваты. Решив на этом, что к северу от Пелагиада она погуляла достаточно, Нерв двинулась на юг. Нужное по заданию место — фамильный склеп каких-то Андрано — нашлось быстро, и это было скучно. Решив зайти в гробницу на обратном пути, босмерка продолжила путь, старательно минуя повороты на Эбенгард. О, она уже слышала про это место — главная ставка Империи во всем Вварденфеле! Нет уж, никаких фортов, никаких имперцев, никаких цепных псов императора. Кто знает, что будет, если им станет известно, как она вместо следования их приказам и полного подчинения Каю, этому лысому любителю лунного сахара, бродит по дорогам острова, забираясь в пещеры и дома, забирая себе золото и приглянувшиеся вещички. Другими словами — делает то же самое, за что ее когда-то повязали, бросили за решетку, а затем отправили сюда. На очередном перекрестке она внезапно увидела данмера в костяной кирасе и замедлила шаг, внутренне подобравшись. Это вполне мог быть грабитель. А мог быть и заблудившийся путник, учитывая выглядывающие из доспеха рукава явно вычурной рубашки. Что ж, если первое предположение правдиво, то ему предстоит узнать, насколько опасен кинжал в умелых руках быстрого легкого бойца. А если второе — посмотрим, что с него можно взять. Заметив ее, данмер расплылся в улыбке. — Здравствуй, дружище, — словно со старым другом, поздоровался он. — Нельс Ллендо к вашим услугам! — Я — Нерв, — спокойно отозвалась босмерка. Многие ее… соратники по нечестному ремеслу понимали все сразу же, услышав уверенный тон и кличку, давно заменившую ей имя. Но этот Нельс был явно не таков. — Я вижу по вашему очаровательному румянцу, что мое имя вам знакомо, — абсолютно искренним тоном заявил он, и Нерв замешкалась с реакцией, не зная, посмеяться ей этой незамутненной лжи или сразу врезать ему в лицо. А данмер тем временем продолжил болтать: — Не бойтесь, прекрасная леди. Нельс Ллендо не тот бессердечный негодяй, каким пытаются меня выставить некоторые. От такой очаровательной и грациозной женщины, как вы, я попросил бы всего один поцелуй. И эта цена была бы гораздо выше, чем я когда-либо получал от… клиентов. — Вот, значит, как? Поцелуй? — усмехнулась Нерв. Он явно все понял, но решил играть до конца, потребовав у нее не кошелек, а столь пикантную плату. Или же это была его стратегия нападения: требовать деньги за оскорбление отказом, когда путница заявит, что не будет целоваться с незнакомцем? — Да, всё, что я хочу, это один поцелуй от такой прекрасной леди, как вы, — все с той же подкупающей искренностью и горячностью подтвердил данмер. — Не даруете ли вы столь скромный подарок Нельсу Ллендо? А ведь он был хорош собой: высокий, статный, с изящным лицом, черты которого подчеркивала аккуратная бородка и небольшие усы. Нерв невольно представила, как выглядит рядом с ним: белокожая и светловолосая, миниатюрная на фоне рослого мужчины другой расы. И внезапно осознала, что приключений романтического толка у нее не было уже очень, очень давно. — Много ли вреда от одного поцелуя? — вопросом на вопрос ответила она, подхватывая его искренний тон, и сама шагнула навстречу. Целовался Нельс превосходно — так, что менее опытная жертва и вправду могла бы забыть обо всем на свете. Сильные руки плавно скользнули вдоль пояса Нерв, но она была не из тех, кто носит свои сбережения и находки прямо на поясе. Как и он — отметила босмерка, в этот момент так же запустившая пальцы меж боковых завязок его брони. — Аааах… да, — простонал он, отрываясь от ее губ. — Хотя вором называют Нельса Ллендо, именно ты украла моё сердце, Нерв. Твой поцелуй стоит больше, чем всё золото сокровищницы Герцога. Теперь я должен откланяться, дорогая леди, но я заказал комнату в таверне «Полпути» в Пелагиаде. Может быть, ты когда-нибудь навестишь там Нельса Ллендо. Я уверен, что смогу быть полезен тебе. До встречи, до свидания! И он как ни в чем не бывало направился по дороге в сторону Пелагиада. Нерв улыбнулась ему вслед. Он действительно все понял, узнал в ней товарку по ремеслу, прямым текстом признал это, хоть и выдерживая игру до конца, и… что ж, возможно он и вправду окажется ей чем-то полезен. Нужно будет найти его в Пелагиаде позже. Она дошла почти до самого Сейда Нина, но заходить в город не стала: после прибытия и муторных разговоров в канцелярии он не меньше Эбенгарда ассоциировался у нее с Империей. К тому же после того как она расправилась для них с убийцей сборщика налогов, ей хоть и отвалили кучу золота, но прямым текстом велели убираться. Вскоре настроение у Нерв начало портиться: на отрезке местности между Пелагиадом и Сейда Нином не было абсолютно ничего интересного, к тому же при приближении к Горькому Берегу небо заволокло тучами, и вскоре из них посеялся мелкий противный дождь — частый гость этих болотистых мест. В результате она вернулась к гробнице Андрано — там хотя бы было сухо. И было дело. Склеп, как бы парадоксально это ни звучало, вернул ей бодрое расположение духа. Упокоивать нежить было приятнее, чем отбиваться от диких зверей на дороге или ушлых контрабандистов. Звучащий отовсюду потусторонний шепот поначалу производил гнетущее впечатление, но она скоро к нему привыкла. И хоть добыча была весьма скромной — она все-таки была! Нерв не особо рассчитывала найти что-то ценное в усыпальнице, — хотя бы потому, что никогда не опускалась до раскапывания могил, — но оказалось, что культ мертвых предков у данмеров принимает весьма интересные формы. Мертвым оставляли подношения: зелья, свитки, оружие, немного монет… Даже требуемый орчихой череп не пришлось искать по могилам и урнам с прахом: он торжественно лежал на подушечке рядом с ритуальным кинжалом. Кое-что из добычи Нерв продала прямо в Пелагиаде, чтобы не оттягивало и без того объемный дорожный мешок. И задумчиво взглянула в сторону таверны… Нельса она увидела сразу: тот как ни в чем не бывало сидел за одним из столиков в компании бутылки флина. Право, встреть она его впервые вот так — приняла бы за какого-нибудь помещика из Дома Хлаалу: с этой его благородной внешностью и дорогой одеждой. Что ж, каждый прячется, как может; в иных местах и ее знали как скромную последовательницу Храма, не подозревая, что она запускает руки во все сундуки, которые только попадаются ей на глаза. Не раздумывая, Нерв подсела к нему. — Я действительно очень рад видеть тебя, — Нельс широко улыбнулся в ответ на ее приветствие, придвинулся ближе, чуть склоняясь к ней. Со стороны могло показаться, что они — влюбленная пара, назначившая тут встречу. Нерв это полностью устраивало: не вызывает подозрений окружающих, и вряд ли кто-то захочет подслушать, о чем они тут воркуют. — Если ты не отказываешься от своих слов, что мой поцелуй стоит целую сокровищницу, — тихо произнесла она, мило улыбаясь, — то ты мой должник, Ллендо. И мне интересно, чем ты собирался расплачиваться, когда звал меня сюда. — О, я тоже богат кое-чем получше золота, — его улыбка впервые из искренне жизнерадостной стала многозначительной. — Знаниями и умениями. И этими знаниями я обычно делюсь только со своими друзьями… за символическую плату. Так что если тебе нужно подтянуть навык обращения с кинжалом или отмычкой, — последнее слово он выдохнул ей в самое ухо; продолжил так же, не отстраняясь: — или потренироваться в искусстве скрытности — я к твоим услугам. «Да не бывает настолько идеальных эльфов», — со смесью раздражения и восхищения подумала Нерв. Учителей нужных навыков — попробуй найди, и три попадания из трех — это либо вранье, либо самая неимоверная удача, которая только могла ей привалить. Босмерка встала и решительно потянула Нельса за руку. — Пойдем. Найдем более подходящее место. Подходящим местом стала поляна недалеко от города, но вскоре обоим стало ясно, что ее можно было и не искать. Нерв сливалась с кустами столь искусно, что Нельс лишь развел руками с неизменной улыбкой: «Впору тебе меня учить!» Нерв лишь вздохнула — она даже не использовала любимую магию иллюзий, демонстрируя чистый навык скрытности. Та же судьба постигла и умение обращаться с кинжалом: в спарринге они не уступали друг другу, шустрая босмерка даже едва не вспорола пышный рукав рубашки Ллендо, и тот остался цел не столько благодаря ловкости данмера, сколько благодаря тому, что она сдерживала удары (все же это была тренировка, а не настоящий поединок). — Остается взлом, — покачал головой Нельс, пряча кинжал в ножны. — Но, признаться, я уже не удивлюсь, если ты и в этом окажешься профи. Они вернулись в таверну и, на этот раз не задержавшись в общем зале, поднялись в снятую Ллендо комнату. Хитро улыбаясь, он достал из-под кровати небольшой сундучок, увешанный замками, поставил перед Нерв и протянул ей отмычку. — Давай посмотрим, сколько из них ты откроешь, прежде чем отмычка сломается. Хмыкнув, Нерв приняла ее и, сев прямо на пол перед сундучком, принялась колдовать с замками. Расправляясь с одним замком за другим, она даже не поднимала взгляд на Нельса, молча наблюдавшего за ней, сидя на кровати. Ей нравилось думать, что с каждым следующим замком его извечная улыбка все больше блекнет, уступая место осознанию, что случайно встреченная им на дороге путница действительно превосходит его во всем. Наконец отмычка все же застряла в особо несговорчивом замке. Нерв стукнула по ней кулаком, признавая поражение, и повернулась к Ллендо. Тот действительно смотрел на нее без улыбки, спокойно. — Браво, — негромко произнес он. — Что ж, мне остается только извиниться, что ты потеряла столько времени со мной. Мне действительно нечему тебя учить. Нерв вздохнула, поднимаясь с пола и делая шаг к нему. Все же она была права — идеальных эльфов не бывает. Но досада от того, что ей не удалось улучшить навыки, притуплялась тем, что ей в целом приятна была его компания — бесшабашного вора-авантюриста с большой дороги, перед которым не приходилось скрывать, что она сама — точно такая же. К тому же он был очень недурен собой… Нельс, удерживая ее взгляд, снова расплылся в улыбке. — По крайней мере, у тебя останется память про наш поцелуй, так что я не оставляю тебя совсем уж с пустыми руками. — Мне казалось, мы согласились, что ты мне должен за этот поцелуй, — усмехнулась Нерв, встав перед ним так, что ему пришлось чуть запрокинуть голову, чтобы смотреть ей в лицо. Подняв руку, босмерка прикоснулась к темной скуле, скользнула пальцами по татуированной щеке. — Но я, пожалуй, знаю, как ты можешь расплатиться… Пальцы чуть потянули острую бородку, а затем Нерв склонилась и приникла губами к его губам. Нельс без промедления ответил на поцелуй, сладко и горячо; потянул ее к себе на колени. — Если каждый поцелуй имеет цену, — с легкой иронией произнес он некоторое время спустя, когда они помогали друг другу выбраться из доспехов, — то я все же расплачиваюсь или влезаю в долги? — А это мы еще посмотрим, — хохотнула в ответ Нерв и, толкнув его к кровати, снова устроилась на его коленях. Потянулась за очередным поцелуем и, почувствовав его руку на своей груди, тоже не стала отказывать себе в удовольствии огладить сильное тело, до этого скрытое под кирасой. А добравшись до завязок на штанах Нельса, не долго думая, распустила их и запустила руку внутрь. Погладила и, обхватив пальцами, вздохнула про себя — она ожидала большего. Гораздо большего. — Кажется я поняла, почему ты вынужден стоять у дороги, вымаливая поцелуй у проходящих женщин, — усмехнулась она, но руки не отняла, продолжая уверенно поглаживать его. Нельс, в этот момент пытавшийся пробраться в ее собственные штаны, недобро хмыкнул и, подхватив ее под спину, опрокинул на кровать, прижался сверху. — Ах, какой вопиющий… непрофессионализм! — с притворным разочарованием выдохнул он ей на ухо, в свою очередь запуская длинные пальцы под ее белье. — До этого ты производила лучшее впечатление… — Непрофессионализм? — удивилась выбору слова Нерв, совершенно не пытаясь ему помешать; наоборот, чуть развела ноги, облегчая доступ. — Именно, — губы мягко коснулись шеи под ухом, а затем Нельс чуть отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза. — Все неискушенные в нашем ремесле считают, что ключ и замок — созданы друг для друга. Но отмычка, что много меньше ключа, открывает замки ничуть не хуже… Нерв прерывисто вздохнула, сдерживая порыв податься навстречу его уверенным опытным касаниям. — Однако отмычке часто приходится повозиться с замком, прежде чем тот поддастся… — А это уже, моя милая, зависит от замка… — усмехнулся Нельс и прижался губами к ее губам, целуя глубоко и жарко. «Не меньше, чем от опытности владельца отмычки», — хотелось ответить Нерв, но одновременно говорить и целоваться было весьма проблематично, так что в результате она предпочла действие разговорам. И пусть Нельсу и не удалось ничему ее научить в этот день, отмычкой он и правда владел превосходно.