Маг, рыцарь и кот

      Сэм Риверс — обычный рыцарь, закончивший одну из лучших академий в рыцарском направлении в королевстве. Его успехи были похвальными и выдающимися, и если бы он хотел, он мог бы стать рыцарем при дворе или вступить в королевскую гильдию, чтобы сражаться с нечистью, обитающей повсюду, которая так и норовила превратить город Минас-Моргул в обитель зла и отчаяния. Но лучшие ученики академий, будь то маги и целители или же воины и клирики , из века в век сдерживают её.              Однако, вопреки всем уговорам и мольбам своих родителей и преподавателей, Сэм отказался вступать в гильдию или быть рыцарем красавицы-принцессы. Он хотел чувствовать свободу, а не быть на поводу у королевства и подвергать свою жизнь разной опасности, ведь любая атака нечисти, даже маленькая царапина, могла пустить по телу заражение, которое в лучшем случае привело бы к летальному исходу, а в худшем – ты бы стал ещё одной мелкой черепушкой в некро-иерархии.       Поэтому сразу после окончания, когда Сэм получил стальные именные доспехи за успехи в рыцарстве с аккуратно выгравированным растительным узором на груди, плечах, а также рукавах, что делались специально для этической ценности, а иногда и для обозначения статуса владельца или его принадлежности к определенной группе или культуре, он покинул родной дом и ушёл далеко в неизведанные края. С собой у него был остро заточенный железный меч. По краям навершия были изображены два кавалериста, скрестившие турнирные копья, увешанные флагом. Само навершие — щит, олицетворяющий отвагу и верность обладателя. На черенке были выточены листья и лианы, из которых по краям ближе к гарде показывались бутоны цветов. Гарда не была обычной железякой, кои были у простых рыцарей, вовсе нет, его гарда — извилистые лианы, образующие завиток на концах и все те же почки неизвестных соцветий. Лезвие тоже было непростым, на нем точно такие же растительные узоры как и на доспехах, но главное в этом мече — дол. На нем латинскими буквами был написан хозяин этого оружия. Сэмюэль Роберт Риверс. К сожалению кузнеца, Сэм отказался от такого же великолепного ботта и вместо этого попросил простой кожаный чехол для оружия, который в последствии обматал старыми зажелтевшими тряпками. ***      Долго рыцарь бродил по белому свету, часто сталкиваясь с низкоклассной нечистью: скелеты, зомби и призраки, но иногда он натыкался на выскоклассных, например, одинокий лич , (высшая форма нежити, их главная задача – обеспечивать стрелковую поддержку остальным некро-войскам) бродящий на краю могучего леса или же чёрный рыцарь — опытный полководец, поднятый из могилы и возглавивший мёртвые воинства. Но всех их Сэм без особого труда побеждал, ведь всегда они были единичными и не представляли серьёзной угрозы.        Ему так же помогало высокоуровневое заклинание от клирика из глухой деревушки, который во время его очередных скитаний, благословил его оружие за спасение его дома прочитав над оружием Сэма магические слова из огромной потрепанной книги, а после, около алтаря появились золотые сверкающие от свечей в церкви частицы, устремившиеся прямо в меч, тем самым "зачаровав" его. Это помогало нечисти сразу умереть после того как её верхняя часть была отсечена. Но это работало с только низкоклассными, ведь чтобы убить выскоклассную нежить, нужно отрубить ей голову и проткнуть сердце. ***      После очередных брождений по землям своего королевства и нескольких лет скитаний по деревням, полям с феями и зачищенным лесам с восстанавливающими водопадами, Сэму на закате встречается шепчущий магический лес, он зазывает, смеётся над ним, подстрекает... Когда то давно Сэм уже слышал о нем в каком-то баре, где пел бард-попрошайка, он то и делал как просил пару золотых, но, казалось, что Риверс совсем запамятовал и не мог точно вспомнить почему бор считается таким опасным. А пуща всё шепчет и шепчет..ее смех жуткий, наигранный..каждое дерево ухмыляется...физиономия корчится, каждое лицо не может найти нужную эмоцию...оно выгибается, словно от гиперактивности... Молодому рыцарю с гонором это не нравится, он не тот над кем можно смеяться и подшучивать.              Пока он стоит вблизи леса и прислушивается, солнце совсем садиться за скалистые, поросшие мхом и травой горы. А тем временем из-за кустов тихо выходит лич и ещё один..и ещё... Казалось эта стая нескончаема – было около 30 штук дальнооружной нечисти. Сэму приходится несладко, скорее даже тяжело, чтобы справиться с ними в одиночку. Ему везёт, что магия из посохов ли́чей — не является заражением, поэтому Сэм может не переживать, что превратиться в одного из них. ***      Медленно добивая нежить, он все сильнее чувствует свои открытые раны — адреналин медленно покидает его тело. Однако фортуна улыбается ему и своим мечом он ломает посох последнего ли́ча. Но после удачи, ему теперь злобно ухмыляется мгновенная карма, и лич толкает Сэма в шепчущий, скрежещущий и рокочущий магический лес.       Рыцарь с глухим стуком падает на впалый участок перелеска, его верхняя часть тела уже находится на территории шепчущего леса, который только и ждёт этого. Корни деревьев с треском начинают выбираться из-под земли, лианы с совсем старых деревьев устремляются в доспехи и окутывают, сдавливая грудь. Лес смеётся, мерзко, кровь стынет от такого зубоскаливания . Теперь, после нежити Сэм натыкается на других существ — дендроиды , их особенность лишать атакованных возможности передвигаться. Они долго волочили рыцаря по земле, холмам, ямам и болотам. Сэм никак не мог поднять руку с благословенным мечом, ведь корни деревьев уже намертво сжали его подкаченное тело, не давая возможности шевельнутся. Когда же деревья, изогнутые, будто бы сломанные кости, подумали, что рыцарь давно мёртв, ведь его тело давно расслабилось, а сам он не проявлял признаков жизни, они закинули лианами тело Сэма куда то далеко и высоко. Его тело упало на огромную ветку, торчащую и кривую, однако, Риверсу снова улыбнулась фортуна и ветка оказалось сухой. Под тяжестью тела и доспехов она с треском сломалась, и туша Сэма упала в траву, а его меч лежал и отблескивал неподалёку, заклинание давно перестало работать. Солнце стремительно вставало, нежные облака окрасились в розовые и жёлтые тона, а яркие лучи игрались с кромкой листвы. Шепчущий лес во мгновенье стал похож на восковые фигуры, их лица замерли, будто бы уставшие от гиперактивности, но то что деревья не могли двигаться не означало, что все успокоилось, вовсе нет, жизненная сила медленно, но верно покидала тело Сэма, его лихорадило, несколько очевидных переломов неимоверно ощущались, а раны болезненно кровоточили.       Казалось прошла вечность пока Сэм смог пошевелиться, его тело отказывалось работать, и рыцарь продолжил лежать пока не начало неспешно темнеть — наступила 2 половина дня. Риверс снова попробовал пошевелиться, и ему это удалось, с трудом. Ему было неимеверно тяжело, доспехи сжимали, тянули, стискивали. В глазах двоится, темнеет. Голова трещит и гружится. Он берет свой меч и вставляет в землю, садится на одно колено, опираясь на оружие и..просто сидит. У него больше нету сил сражаться, кажется он...умирает? Сэм Риверс, выдающийся рыцарь, заслуженный воин в королевстве умирает?       Он медленно, очень медленно встаёт, его тело даже на половину неработоспособно, он идёт, нет он ковыляет, слишком медленно, шаг за шагом перебирая ногами, опираясь на собственный меч, будто бы больше не будет шанса ухватиться за что нибудь, за жизнь. Неизвестно сколько он идёт, час, два или...пять? Он не смотрит куда бредет, его голова опущена, обзора почти нету, кровь мелкой струйкой течёт откуда-то с головы через лоб, мешает одному глазу видеть. Рядом болото, слышны птицы...падальщики. Наконец он поднимает голову, где-то вдалеке, что-то небесно-голубое, слишком нежный цвет для этого места. Барьер. Дом. Сэму уже плевать убьют его там или нет, ему нужно дойти туда. Он все так же медленно, даже слишком, хромает — нога точно сломана. Спустя ещё одну десятую от всего дня, рыцарь наконец-то доходит до дома, барьер огромен, а печать сверкает — она не выпускает лишь существ. Он заходит внутрь, все так же идёт, вязко, неспешно, с остановками. Сэм у крыльца небольшого дубового и смолистого дома, на широких бревнах высечены руны и заклинания. Он стучится всего один раз, а после — падает. ***       Внутри тепло, пахнет ладаном и пряностями, сучки́ трещат в печке, что-то варится, давление пара внутри пузырьков увеличивается и пузырьки, всплывая на поверхность воды, лопаются. До носа Сэма донесся запах трав и чего то ещё, того что ты не сможешь назвать пока лично не увидишь. Ему было хорошо, он лежал на мягких перьевых подушках и накрытый тяжёлым пуховым одеялом. Рыцарь не хотел открывать глаза пока не ощутил чьи-то движения. Его веки медленно приоткрылись, и Сэм заметил молодого парня в простой, но немного мешковатой одежде. Его чёрные волосы ложились на плечи, к концам слегка завиваясь. Парнишка варил похлебку и параллельно перемалывал в ступке полевые травы. Когда он повернулся чтобы что-то взять, из его горла вырвался вскрик.        — Боже упаси, как ты меня напугал! — карие глаза парня устремились прямо на рыцаря. Уши Сэма не были готовы к такому громкому возгласу и голова снова предательски затрещала. Парень похоже увидел перемену в эмоциях рыцаря и подошёл к кровати, чтобы что-то прочитать. Башка во мгновение перестала болеть. — Этот эффект ненадолго, я не вылечил твою голову, а обманул мозг заклинанием.— На глазах парень согнулся вдвое и начал обильно кашлять, казалось будто бы он сейчас выбухыкает свои легкие. Он присел на корточки рядом с кроватью, протянув одну руку чтобы опереться на деревянную царгу. Его трясло, кровать сотрясалась вместе с ним, пальцы впились в дуб, словно сейчас выломает доску и кровать разломается. Спустя время он наконец-то пришёл в себя, выпрямился, по его губе текла небольшая струя крови, а на ладони большим пятном изображалось нечто абстрактное, наводящее ужас.       Парень лишь тяжело вздохнул, и медленно, на ватных ногах прошёл в другую комнату. А Сэм так и остался лежать на перинах, но смотреть в потолок было скучноватым занятием, так что он начал рассматривать все что мог увидеть со своего ракурса: окно слева от него закрывали хлопковые полупрозрачные шторы бежевого цвета, что прекрасно подходили под интерьер. Но они ни капли не спасали от пробивающихся лучей летнего задорного солнца,оно играется будто ребёнок. Впереди него стена, увешанная всякими растениями. Мох медленно проростает между бревнами дуба, показывая старину и зажиточность дома. Висит единственная фотография. На ней парень улыбаясь стоит в академической форме магов, у него в руках большая потрепанная книга, её страницы жёлтые, почти сожженные. Она – показатель времени и мудрости.       Парень возвращается, на нем нету ни единого доказательства того, что совсем недавно он кашлял кровью без перерыва. И тогда Сэм перестаёт хранить молчание.       — Что с тобой случилось, все же было хорошо. — Доносится из его горла, это больше похоже на хрипы дикого животного, а не на человеческий голос.       —В том то и дело что было, а потом мне пришлось использовать магию. Видишь ли, я маг 4 уровня, но могу читать и заклинания высшего. Однако, почти не могу использовать ману в обычной жизни, потому что почти вся уходит на поддерживание барьера. Вот именно поэтому после использования даже низкоуровнего заклинания меня ждут серьёзные проблемы. — Тихо сказал темноволосый парень. Казалось бы, после такого кашля мало кто смог в принципе говорить. Он продолжил смотреть за супом, который ещё чуть-чуть и точно бы покинул кастрюлю.       —Разве четырехуровневые маги с пониманием высших заклинаний не при королевском дворе? Что ты тут делаешь и почему не вступил в гильдию? — Сэм хрипит, его голос низкий, неотфильтрованный. Его голова поворачивается туда, где как казалось стоял парень. Он рубил овощи, а после аккуратно закинул в кострюлу.       —Я могу спросить то же самое. Разве рыцари с именными доспехами и гравировкой не должны быть при дворе,а, Сэмюэль? Я здесь точно по тому же почему и ты – я хочу свободы. — Парень легко отмахнулся, ответил даже не взглянула на рыцаря. — Ты должен благодарить меня за то что я спас тебе жизнь почти ценной собственной. Шепчущий лес тебя не пожалел. — Парень мотает головой слегка задумавшись, ему было жалко рыцаря. — Ну, ещё бы немного и ты встретил тот свет, благо у меня оставались некоторые записи для такого случая. — По мере того как он говорил, маг все сильнее уходил в собственные мысли. — Тебе придётся остаться у меня на какое-то время, твои раны слишком серьёзные. Не знаю на сколько, может месяц, а может и год.. Тебе же все равно некуда идти, глядишь понравится и будем жить вместе, мне все равно нужен помощник, дендроиды и нежить не дают покоя, а атаковать их сил у меня нет. — Размеренно и спокойно говорил парень. — Я, кстати, Уэсли. — Маг наконец то повернулся к кровати на которой лежал Сэм и приподнял уголки губ.        — Почему именно здесь находится твой дом, в шепчущем лесу? Разве не лучше было бы построить его около исцеляющего водопада или, например, в колосковых полях где обитают феи? — Рыцарю было действително интересно.       —Когда его строили, это были территории мудрого леса, здесь всегда жили волшебники,маги, целители и даже клирики строили свои дома, а сами деревья были только рады таким товарищам и подсказывали, типа симбиоза понимаешь? Волшебники использовали магию, которая впоследствии удобряла почву и привлекала фей. Но после вспышки массового восстания нежити всех магов отправили в королевство, а сам мудрый лес превратился в шепчущий. У этого дома был мудрый владелец до меня – здесь стоял какой-никакой барьер, котрый смог сдержать большую часть дендроидов и не дал обвалится, а после сюда попал и я, мудрец умер оставив дом мне. — Уэсли убрал суп с огня и и открыл крышку, наливая похлебку в глубокую миску. Насыщенный аромат распространился по всему дому, окна запотели, а у Сэма в желудке начало урчать. И последовал следующий вопрос.       —Сколько я был в отключке? — Обычный вопрос казалось бы, но не задать Сэм его не мог.       —Около недели или вроде того. Помню открываю дверь, а ты лежишь и истекаешь кровью. Пришлось тащить на себе в дом... А, еще, насчёт доспехов, пока ты был в отключке я постарался немного их почистить, но кузнец там необходим. Знаю я одного только идти нужно опять же через дремучий лес... Времени у нас много, а пока поешь супа. — Уэсли поставил суп на тумбочку рядом чтобы помочь Сэму сесть, и пока тот трапезничал маг придерживал рыцаря. Как только Риверс закончил Уэсли сказал ему отдохнуть и тот провалился в глубокий и мирный сон... ***      Когда рыцарь уже длительное время находился в объятиях Морфея, Уэсли откинул к окну пуховые одеяла, перед ним предстала милейшая картина: его кот лежал между ног Сэма. Когда сон пушистого прервали, он взглянул на виновника ну уж очень недовольно. Гримуар. Так звали чёрного кота с гетерохромией, один его глаз был небесно-голубым, а другой же янтарного, словно виски, цвета. Уэс до сих пор не мог объяснить почему его глаза были такими, либо гены, либо же мутация от мудрого леса. Сам кот тоже имел небольшие способности, в особенности после того как молодому магу пришлось спасти бедное животное, появившееся у него на пороге. Честно сказать, Уэсли ревновал своего кота, котрый после появления рыцаря стал лежать рядом с ним, а не с магом. А эта морда будто бы чувствовала его недовольство и специально выжидал когда маг посмотрит чтобы показательно лечь около Сэма. Хотя...кошки же лечат? Уэс легким движением взял кота одной рукой под лапы и переместил немного в сторону, на что Гримуар недовольно муяукнул, его амулет – хризолитовый камень, окутанный медными ветками с такими же хризолитовыми листьями звякнул. Вместо цепочки — свободно висящий тонкий кожаный ремешок с расцарапанными рунами по всей поверхности. Уэс гордился своим немного кривым, но надежным изобретением. Талисман засверкал и Гримуар исчез,скорее всего он телепортировался на улицу или ближе к городу. Маг точно не знал.       Уэс же тем временем приподнял одежду Сэма, чтобы посмотреть раны и поменять тряпки. Он едва смог найти вещи под размер мускулистого рыцаря, что аж пришлось отправлять эту чёрную беду в ближайшую деревешку за рубахой на смену. Уэс снарядил кота небольшой амуниуиец, представляющей кожаные небольшие карманы по бокам от брюшка в которые он клал монеты. А когда тот принёс, он чуть не сделал из Гримуара чучело, потому что вместо сорочки эта морда принесла во рту огромную рыбу...Видимо так он высказывал свое недовольство.              Уэсли отучился за небольшой ёмкостью с водой и чистыми тряпками, все было не так плохо. Раны медленно, но верно затягивались, а перелом на ноге был крепко зафиксирован. На теле Сэма было много шрамов и синих, почти чёрных синяков. Маг убрал замаравшиеся марли и аккуратно протёр чистой тканью, смоченной в тёплой воде, запекшуюся кровь. После замены тряпок Уэсли потянулся за ступкой в которой были измельчены травы. Он аккуратно намазал каждый синяк и ссадины. Сэм казалось даже не обращал внимания, слишком уж глубоко он спал. Когда он закончил с туловищем, ему нужно было перейти к голове. Башка рыцаря была расшиблена, рана на темечке до сих пор иногда открывалась и Уэсли приходилось заменять наволочку подушки. Чтобы добраться до макушки черноволосому пришлось опуститься на колени и возвыситься над головой чтобы обработать её. Поза была очень смущающей, но по другому никак.Уэсли начал все те же махинации. Он медленно убрал старые марли, рана обрасла корочкой, но запекшаяся кровь все ещё оставалась, поэтому маг потянулся за мокрой тканью. Отжав, он снова неспешно начал протирать, скрючившись в неудобной позе и наклонившись. Его одежда предательски начала задираться, низ рубашки приоткрыл худую талию, а рукав так и норовил слезть с плеча. Уэсли молился чтобы его не застали в таком откровенном наряде, но к его несчастью Сэм все таки открыл глаза. На лице был сонный шок, лицо мага близко, его растеряный взгляд и соскальзывающая одежда не даёт никаких надежд. Как только Уэсли заметил что рыцарь не спит он сразу отпрянул. Маг был слишком смущен, чтобы объясняться. Поэтому отодвинулся и пошёл ставить чайник, благо к тому моменту он закончил обрабатывать рану. А тем временем вернулся и Гримуар, в его шерсти нашлось пару веток, которые Уэс быстро достал. Никаких видимых ран не было, да и кот не выглядел беспокойным. После того как небольшие сучки́ были вытащены из его ночного покрова, чёрная морда сразу прыгнула на кровать к Сэму, а маг закинул ветки в печь.       —Кто это? — голос рыцаря все так же был хриплым и грубым, несмотря на то что уже были попытки говорить.        —Мой кот Гримуар — Просто ответил Уэсли. А пушистый лишь мяукнул в подтверждение слов и начал тереться головой об шею Сэма. ***      Время уже было позднее, солнце заходило, пока чай медленно закипал, Уэсли насыпал сухих трав в заварник и ожидал. Сэм тоже не спал, маг помог ему приподнять подушки, чтобы рыцарь полулежал/полусидел. Окно было приоткрыто, выпуская тёплый летний ветер. Внутри барьера снаружи две феи кружились под лунным светом, их крылья светились и оставляли золотистую пыльцу, которая со временем рассеивалсь. Кот мурчал около подушки Сэма как своеобразное радио. Лишь тихий звук закипания и мурчание кота раздавалось мирной полнолунней ночью. Уэсли ожидал когда заварится чай, чтобы после разлить по чашкам.       —Не хочешь оставить странствия и остаться здесь? Может уже пора? Принцессе будет грустно если ты уйдёшь. — С наигранно грустью сказал Уэсли, но была в этом и правда – он не хотел чтобы Сэм уходил, он слишком привык к нему. И как бы смущающе это не было, ему нравится присматривать за ним.       —Не знаю, как такой бездарь может быть красавицей-принцессой? Просто признай что тебе слишком нравится быть сиделкой. — Сэм смеётся, а Уэсли в это время разливает чай по кружкам и тоже хихикает.       —Эй, я этого не говорил! У кого что болит тот о том и говорит. — Он улыбается и передаёт кружку горячего чая Сэму. Они сидят в тишине. Рыцарь смотрит в окно, все также наблюдает за танцующими феями.       —... Может быть я действительно останусь... — Тихо говорит в пустоту Сэм. А Уэс лишь смущённо улыбается, Гримуар смотрит на него как на придурка, но ему все равно и чёрный комок шерсти снова засыпает под покровом ночи. ***      Они сидят так ещё очень долго, феи в какой-то момент перестают танцевать и разлетаются. Звезды на небе поют друг другу баллады, а тихая безмятежная ночь медленно сменяется нежным рассветом. Облака заливает золотым цветом, а птички только-только начинают распеваться, в мелкой траве жжужит очередное насекомое, Уэсли недавно начал клевать за столом с чашкой в руках. Гримуар давно переместился к нему на колени. А Сэм все думает.. Как его привело к этому чудному парнишке, что оказался высокоуровневым магом и спас ему жизнь, чуть не лишившись собственной. Как полюбил его кот этого чудака. И как он едва добрался до этого дома...