Часть 1

Скорее бы он закрылся. Скорее бы уехать. Скорее бы… Дзинь. Дверь лифта кто-то придержал. – Прекрасное утро, соседка, – протянул знакомый баритон, и в лифт зашёл Сайлас. Конечно же с стаканом кофе в руке из ближайшей к офису кофейни и расстёгнутым верхом рубашки, как будто не хватало воздуха для его огромного эго. Я не ответила. Просто нажала на кнопку этажа нашего отдела и сделала шаг в угол, подальше. Чтобы не ощущать этот тошнотворный запах явно дорогих духов вперемешку с наглостью. – Неужели ты сегодня не в настроении шипеть на меня? – продолжил он с усмешкой, подходя ко мне ближе. – Не хочу тратить свои нервы на тех, кто всё равно ничего не поймёт, – отрезала я, тяжело вздыхая, – у тебя же иммунитет, помнишь? – К твоему очарованию? Возможно, – его взгляд скользнул по моему профилю, – ктвоей язвительности — не уверен. Сегодня она почему-то особенно соблазнительна. Я закатила глаза, понимая, что он подкатывает почти к каждой девушке в нашей фирме, а они конечно же были не против. Все кроме меня. Меня просто бесила его наигранность и желание казаться самым обаятельным и превлекательным. "Будь проще и люди к тебе потянуться" – это надо было выбить на его дурацком лбу. – Тебя возбуждают женщины, которые тебя ненавидят? – я склонила голову на бок, глядя на его отражение в зеркале лифта, – хотя нет, подожди. Ты же просто готов трахаешь всё, что движется. Он хмыкнул, сделав глоток кофе. К сожалению, помимо того, что мы работали в одной фирме, мы были соседями в элитном ЖК в центре города. И, мать твою, как же я устала слышать стоны, вздохи и хохот доносившийся из квартиры напротив. Дзинь. Двери лифта распахнулись, и я сразу же, пытаясь убежать от дальнейшего разговора, прошмыгнула внутрь. – Ты снова следила за мной? – с лёгкой усмешкой он поравнялся со мной, – приятно, что кто-то на этаже питает такой живой интерес к моей личной жизни. Я быстро шла, пытаясь убежать от идущего рядом, но каблуки явно были против и всеми силами пытались меня задержать. – Я слышала, как кто-то ночью орал твоё имя, – я прищурилась, - это было невпечатляюще. Это было кринжово. – Ревнуешь? Я резко остановилась и повернулась к нему. Наши взгляды встретились. Я приблизилась к нему и сщурила глаза ещё больше. Даже на каблуках я всё ещё оставалась ниже него, и эта сцена выглядела комично. – Единственное, что я чувствую к тебе – это отвращение, – прошептала я, поглядывая на его изогнувшись в ухмылке губы. – Уф, как же ты злишься. Тут стало жарко, – ответил он, специально ещё больше раздражая меня. Я сделала шаг ближе — намеренно. Так, чтобы между нами стало ещё меньше пространства. Мне было плевать на остальных людей в офисе. Я готова была кинуть бумаги и сумку и врезать по этому самодовольному лицу. – Осторожней, Сайлас. Ещё одно слово, и я тебя ударю. – Только если после этого поцелуешь, – усмехнулся он и склонился ближе, будто проверяя, насколько далеко я готова зайти. Я выпрямилась и отстранилась. Скорчив лицо, я поцокала дальше по коридору. – Прекрати пялиться на мою задницу. У тебя в отделе есть целый штат поклонниц, - проговорила я, чуть развернувшись. – Никто из них так красиво не уходит, – услышала я в ответ. Я заулыбалась, сама не зная чему. Спустя время, начальница позвала меня к себе в кабинет, и я почему-то не была удивлена присутствию Сайласа. Начальница просила нас немного подождать её. За стеклянной стеной зала мелькали силуэты сотрудников. Внутри — тишина, пахнущая кофе, презентациями и чьими-то нервами. На противоположных концах стола — я и Сайлас. Разумеется. Он развалился в кресле, положив одну ногу на другую, и лениво крутил в пальцах ручку. Я делала вид, что его не замечаю. Мои ногти намеренно стучали по планшету. Честно говоря, я просто делала вид, что чем-то занята, просто чтобы не разговар вать с ним, но я точно знала, что он смотрит на меня. Вошла директор — строгая женщина с идеальной укладкой и таким голосом, что даже дверь немного замедлилась, закрываясь, как будто из уважения. – Итак. У меня для вас двоих хорошие новости. Или плохие. Смотря, как посмотреть. Сайлас и я одновременно хмыкнули, но по-разному. Он – с любопытством. Я – с подозрением. – Мы запускаем "Аврору". Это будет новый имиджевый вектор: международный выход, смена визуального стиля, презентация на международной конференции. Проект важный, статусный… и достаточно проблемный. Поэтому, – она сделала паузу и пристально посмотрела на нас обоих, – вы будете работать над ним вдвоём. – Простите, 'вместе' ? – я чуть наклонилась вперёд, – разве не логичнее поручить это людям, которые не мечтают задушить друг друга компьютерным проводом ? – Как трогательно, – перебил Сайлас, - ты все-таки думаешь обо мне... Я повернула голову так резко, что у меня чуть не щёлкнула шея. – Мечтаю, чтобы ты раз и навсегда заткнулся. – Прекрасная динамика, – усмехнулась директор, подходя к своему столу, – используйте её в проекте. Если через два месяца вы не сдадите презентацию на международный съезд — оба останетесь без премии. А может и без позиций. Она махнула головой в сторону двери, будто без слов, говоря, что ничего больше не обсуждается. – И, к слову, – бросила она нам, – для вашей продуктивности мы выделили отдельную рабочую комнату. Оба — туда. Сейчас же. Как только мы вышли из кабинета, сразу же направились туда вслед за секретарём. И пока шли, конечно, не смогли удержаться от поливания друг другу грязью. Я повернулась к Сайласу: – Надеюсь, у тебя аллергия на принтеры. Я собираюсь включать его каждые три минуты. – А я собираюсь сидеть без рубашки. Для креативности. – Тогда я возьму с собой огнетушитель, а то твое эго будет искрить. Он ухмыльнулся, когда секретарь открыла уютную комнату. Я сразу кинула взгляд на принтер. Это хорошо. – Значит, начинается веселье, - он прошёл внутрь, снимая пиджак и вешая его на спинку стула, - надеюсь, ты готова проиграть мне. – Только если в суде, за домогательство. Вообще на удивление нам работалось вместе вполне комфортно. Обычно, в офисе, если мы пересекались, то сразу переходили к излюбленным колким фразочкам, но сейчас это всё куда-то улетучилось. Не знаю, с каких пор у нас началась такая "любовь", но помню, что буквально с первого взгляда. Тогда мы начинали вместе с каких-то не особо престижных должностей, но уже сейчас занимали весомые: мы были руководителями разных отделов одной фирмы. И это только больше действовало на нервы, я всегда пыталась обойти его и стать лучше. Кажется прикладывала слишком много усилий, в то время как Сайлас мог просто улыбнуться и всё и все были у его ног. Раздражает. Я толкнула рукой документы, которые свалились стопкой с его стороны стола. – Не трогай мои материалы, – буркнул Сайлас, даже не отрываясь от ноутбука. – Во-первых, это наши общие материалы, бабник, – я вытащила один из листов из-под кипы, – во-вторых, ты не подписывал, что это лично твоё. А вот это... Мои глаза зацепились за документ. Это был презентационный макет с заголовком "Персонализация бренда через эмоции" и красочной схемой, где было чётко прописано: "Компания не продаёт товар. Она продаёт ощущение. Это ощущение должно быть живым. Искренним." – Что это? – я приподняла бровь и развернула листок к парню, еле сдерживая смех, – ты это сам написал? Сайлас молча поднял глаза. А потом... покраснел. – Отдай, – быстро сказал он и встал, обходя стол. Я первый раз видела его таким спмущенным. – Постой… ты написал это сам? – я прижала бумагу к груди, вставая с места и отходя от парня дальше все ещё улыбаясь, – не может быть, чтобы ты, мастер пустых фраз и кривых улыбочек, написал что-то такое… эмоциональное. – Я сказал: отдай! - он протянул руку, явно сильно потрясённый моей реакцией – Ты что, вдохновлялся любовными романами между очередными свиданиями? - я уже полностью обошла стол, вглядываясь в бумажку. – Господи, заткнись, – Сайлас схватил бумагу, но я отдёрнула её. – Подожди… – я посмотрела на него с лукавой усмешкой, – это по-настоящему, да? Ты это написал не для проекта. А для себя. Может даже про кого-то конкретного? – Ну хватит, – он снова потянулся, но теперь я удерживала бумагу выше головы. Сайлас шагнул ближе. Мы сцепились. Бумага помялась между нашими ладонями, но никто из нас не отступил. Между нами было буквально несколько сантиметров. Я чувствовала тепло его тела, его запах — и, господи боже, это был всё тот же проклятый мятный парфюм. Он злился. Но глаза у него блестели так, будто он знал, что проигрывает. И не только в борьбе за эту идиотскую бумажку. – Отпусти, – прошептал он, склонившись ближе. – Зачем? Мне нравится, когда ты злишься. У тебя так скулы напрягаются... сексуально. – О, так значит, ты все-таки смотришь на мои скулы? – усмехнулся он. – Только когда планирую хорошенько тебе врезать, - взгляд снова скользнул по его губам и в голове почему-то мелькнула гадкая мысль... Он резко дёрнул бумагу, и я сделала то же самое. Мы споткнулись и врезались друг в друга. Его ладони сомкнулись у меня на талии, предотвращая моё падение. В то время как мои пальцы зацепились за его запястья. Мы резко застыли. Я чувствовала, что мы дышим слишком часто. И смотрели друг другу в глаза слишком близко. – Отойди, – выдохнула я, облизывая свои засохшие от волнения губы. – Сначала ты, – прошептал он, не двигаясь. Секунда. Другая. Я сделала вид, что хочу вывернуться, но он сжал сильнее, как будто знал, что я не хочу отходить. Бумага упала на пол, совершенно забытая нами. – Ты всё ещё хочешь этот листок? – спросил он, не отводя взгляда. – Я хочу... – я запнулась. Вот же ж. Я хотела сказать что-то язвительное. Что-тообидное для него. Но мозг поддавался жару его прикосновений, его взгляды, его аромату. И я расстаяла,– …чтобы ты держал руки при себе. – Поздно, – его голос стал ниже. – Ты сама подставилась. – Я... я тебя ненавижу, - я уже почти шептала эти слова ему в губы. – А я тебя терпеть не могу. Он наклонился чуть ближе. Его губы почти коснулись моих. Но... не коснулись. Он отпустил меня, шагнул назад и, словно ничего не произошло, поднял бумагу. Я стояла, как вкопанная. Это что вообще было!? – Ты слишком легко отвлекаешься, – усмехнулся он, снова краснея, но уже играючи, – будь осторожна. В следующий раз я могу это использовать против тебя. – А я могу проколоть твою руку степлером, – буркнула я, возвращаясь за стол, ощущая, как мои уши и щеки горят от стыда. Больше мы не цапались. По крайней мере старались. Иногда Сайлас уходил из офиса раньше и мне, конечно, это не нравилось, но я всё же думала, что лучше я продуктивно буду работать одна, чем отвлекаться на его пикапный бред. Я не собиралась задерживаться в офисе в эту пятницу, но судьба, как всегда, была против меня. С пакетами, ноутбуком на плече и ужасной усталостью я вошла в подъезд. Уже представляла, как открою банку холодного пива и буду смотреть сериал, но тут я услышала голос,который узнала бы среди миллиона. – …да я вам клянусь, мои щеки краснеют не из-за вас, а из-за того, что моя мама где-то рядом… Я остановилась. Медленно обернулась к группе из трёх глупо хихикающих девушек и… Сайлас. В стельку пьяный. Он еле держался на ногах, нелепо ухмылялся, покаодна из девушек игралась с его перекошенным галстуком. Он опирался на стену, смотря то на одну особо, то на другую, а девушки ворковали вокруг него, как чайки у моря за выброшенный бургер. – Что тут происходит? – мрачно спросила я, подходя ближе. Одна из девиц открыла было рот, но я её опередила: – Он не в состоянии говорить. У него аллергия на… некачественные духи. Разойдитесь. – Оууу, она ревнует, – захихикала одна, ещё больше цепляясь за парня. – Да это его жена небось, – добавила вторая, чуть отходя от парня – Это моя мама, – с абсолютно серьёзным выражением лица сказал Сайлас, резко отходя от девушек и обняв меня за плечи, – она следит за моей сексуальной жизнью. Регламентирует и одобряет кандидаток. И знаете, что? Ей не понравились вы, дамочки. А я подчиняюсь ей полностью... Сказать, что я ахуела от этой сцены, это не сказать ничего. Я стояла с дурацкими пакетами и понимала, что начинаю злиться ещё больше. Сайлас уткнулся лбом в моё плечо, и на секунду я смягчилась. Даже через ткань я почувствовала, как он пылает. Возможно, что у него температура? Я не должна была позволить заболеть ему. – Ты пьяный идиот, – прошептала я, – встань ровно! – Тебе надо за мной присматривать, мамочка. Я не могу найти ключ от квартиры, - он изобразил наигранную грусть, - я потеряю девственность где-нибудь за мусоркой, если ты не будешь за мной следить. – Ты уже давно её потерял, – буркнула я, дёргая его за локоть, – пошли уже. Две девушки быстро утратили интерес и покинули фойе нашего подъезда. Удаляясь, они о чём-то хихикали и оборачивались на меня. Ладно. Плевать. Одной рукой я придерживала парня, второй нажала кнопку лифта. Сайлас прислонился к зеркальной стенке и бормотал: – Знаешь, ты очень… заботливая. Прямо вот вся такая… серьёзная, но при этом дико возбуждающая. – Прекрати. – Ты теперь моя... мама, - протянул он, явно довольный своей шуткой. – Прекрати! – Маааамочка… - засмеялся он. – Ещё раз скажешь это, и я оставлю тебя спать в холле рядом с автоматом с чипсами. Он вздохнул с видом страдающего Ромео и подался к двери лифта. Доковыляв до наших квартир, я помогла парню открыть дверь его квартиры и выпустила его внутрь. На удивление… всё было идеально. Светлый интерьер, ровно стоящие книги в шкафу, гладкая простыня на кровати. Никаких носков или разбросанных секс игрушек. Тут даже была ваза с живыми цветами на столе. Я уже не помню, когда видела у себя на столе живые цветы. Дотронувшись до пиона, я наклонилась и понюхала нежный аромат. На удивление, напоминал мои духи. – Удивительно, - обернулась я к парню, который опирался на дверь рядом с ванной, - у тебя здесь не бордель? – Не пали контору… – пробормотал он и все таки плюхнулся на пол. – Серьёзно? Ты даже до кровати не дошёл? Я кладу ключ вот сюда, – я положила его на стол рядом с вазой, – а ты оставайся лежать и думай о жизни. Я развернулась, и пошла к входной двери, но... – Подожди. Я почувствовала его ладони на своей щиколотке. Краем глаза я увидела довольно странную картину. Он на коленях. Неуверенно, шатко, но искренне. В его глазах ни тени насмешки. Только что-то тихое, почти… сломленное. – Я хочу подчиняться тебе, – сказал он, – серьёзно. – Ты не в том состоянии, чтобы говорить такие вещи, - я попыталась скинуть его руку с себя. – Я говорю их потому, что не могу их не говорить. Только ты можешь… не знаю… удержать меня. Или заставить быть нормальным. Мне с тобой... как будто комфортно. Он обнял мои ноги, упираясь щекой в ляжку. Пьяно и даже неловко. Я не знаю, что чувствовал он, но у меня начала плыть картинка перед глазами. Как же меня бесило это чувство каждый раз рядом с ним. – Ты пахнешь… как "отойди, иначе я врежу", но я всё равно бегу на этот запах. Я на секунду растерялась. Сердце стучало слишком громко, а дыхание уже сбилось. Мне хотелось прикоснуться к его волосам, обнять его, задохнуться в этой чувстве. Но всё же я собрала волю в кулак, отлепила его руки от себя и пробормотала: – Господи, ты такой драматичный. Хочешь подчиняться? Купи себе поводок и не забудь бирку с надписью 'идиот'. Я направилась к двери и уже схватила ручку, но всё же на пороге обернулась. Он сидел, глядя на меня снизу вверх. Красные глаза и раскрасневшиеся щеки. Взгляд, как у щенка, который не понял, что натворил. – Спокойной ночи, мамочка… – шепнул он. Я захлопнула дверь, прижавшись к ней с обратной стороны. Сердце билось в горле. И какого чёрта он смотрел на меня так, будто… я ему дорога? Нет, это бред. Сайлас бабник. Успокойся. Я даже не удивилась тому, что Сайлас не предавал значения тому, что произошло. Будто напрочь забыла всё, что было. Через неделю мы все-таки доделали проект и готовы были сдать директору и нашим коллегам. В конферец залле было тихо и все взоры устремлены к нам. На экране — финальный слайд презентации: "Ребрендинг: от статики к динамике. От космоса — к человеку." Мы стояли бок о бок с Сайласом. Я — в строгом чёрном костюме и с холодной уверенностью. Он с приподнятой бровью и хищной улыбкой, словно уже празднуя победу. Суть нашего ребрендинга была проста и гениальна: сделать акцент не на технологиях, а на человеке. И мы предложили слоган: “В центре галактики — ты”. На новом логотипе красовалась абстрактная фигура, похожая и на звезду и сердце. Да и маркетинговая стратегия заключалась в представлении глубоких историй клиентов, а сотрудники стали “лицом бренда”, а не неизвесными моделями. После короткой паузы директор встала, захлопала — и вся комната последовала за ней. – Гениально, – произнесла она, - иронично, что вы двое, которые готовы убить друг друга, сделали то, что не смогли три отдела за полгода. Мы переглянулись. – Ну, убийства пока никто не отменял, – тихо сказала я. – До повышения, – добавил он с усмешкой. – Повышение и премия, – заявила директор. – Официально. С сегодняшнего дня — вы оба руководите новым стратегическим отделом. Явный шок. И… может, крошечная гордость за себя и проделанную работу. Совсем чуть-чуть. Ладно на самом деле много. Весь день я ходила как отрешенная, понимая, что с Сайласом больше работать не буду. Даже поймала себя на мысли, что мне грустно. Вечером у выхода из офиса парень остановил меня: – Может, отпразднуем? – спросил Сайлас, небрежно поправляя галстук, – шампанское, фейерверки, твой восхищенный взгляд на меня в замедленной съёмке? – О, прелестно, – я хмыкнула, – но сегодня я пожалуй выберу горячую ванну и книгу “Дракула”. Он привлекателен тем, что не пристаёт в лифте, как некоторые. – Вот зря ты так. Я бы отлично смотрелся в виде вампира, кусающего женские шеи, - он показал клыки, будто собирается меня укусить. – Ты бы отлично смотрелся в тюремной камере за домогательства на работе. – У тебя какой-то фетиш на домогательства? Всё время мне об этом говоришь. – Боже мой... Я развернулась, оставив его с усмешкой на лице. Уже поздно вечером, я попивала из бокала красное вино и читала книгу, как неожиданно зазвенел звонок в дверь. Я поспешила открыть, абсолютно не ожидая никого. На пороге стоял… Он. Полотенце. Один. Голый торс. Волосы влажные. Капли воды стекали по ключице. Я замерла с открытым ртом, пытаясь не пялиться на идеальное тело. – Горячая вода закончилась. Полотенце — единственное, что я успел спасти. – Ужасно. Прими мои соболезнования, - я начала закрывать дверь, лишь бы не соблазниться, но Сайлус остановил меня. – Я вхожу. – Нет, ты уходишь. – Ты хочешь, чтобы я пошёл в бар в таком виде? На улице могут быть дети. – А у меня могут быть принципы. – Сомневаюсь. Ты смотришь на меня, как будто хочешь сорвать с меня полотенце. Он воспользовался моим ступором и ротиснулся мимо меня, капая на пол. – Ты... ты мокрый! - я всё же пропустила его внутрь. – Потрясающе наблюдательно. Мне нужна твоя ванная комната. Я закрыла дверь и села на край дивана, пока он из ванной что-то бормотал о “недостатке душевной теплоты в моей квартире”. Через пару минут он вышел, обернув полотенце по-новому. Я заметила, что пена на ключице не до конца смылась. Он бросил презрительный взгляд на мою книжную полку: – Все-таки "Дракула"? Серьёзно? Я то думал ты на самом деле будешь читать любовный роман. Вечер удался. – А ты провёл вечер в мыльной пене. Разве не мечта? Он уселся рядом слишком близко. Меня смущал тот факт, что на нём одно полотенце, но кажется Сайласа это нисколько не тревожило. – Послушай… я знаю, ты не любишь бары. И меня,естественно. Но… мои друзья сегодня в “Крио баре”. Там вкусные коктейли и дурацкие светящиеся полы. Хочешь пойти? Я открыла рот для язвительного ответа… но почему-то не произнесла ни звука. Он посмотрел на меня, уже без насмешки. – Просто...я приглашаю не как сосед. Или враг. Просто как... коллега, с которым ты сделала отличный проект. Он улыбнулся, а я неотрывно смотрела на каплю воды, скатывающуюся по его груди. Сердце било слишком громко, а в мыслях опять пробежали отвратительные сцены: я смогла бы её слизать с его груди. Я сглотнула, пытаясь нк думать об этом. Во всём было виновато вино. – Я подумаю, – выдохнула я, – но если ты всё ещё будешь в полотенце в баре, то вероятность повысится. Мы засмеялись. – Тогда, может, я не стану одеваться совсем. Спустя немного времени я всё же собралась в клуб. Сборы были слишком долгими: в моём шкафу была только одежда для офиса, а откровенных нарядов было не так много. Я надела чёрное платье с достаточно открытым декольте. Бархат платья красиво подчёркивал талию, а красная помада добавляла образу загадочности. По крайней мере, я думала, что не буду походить на одну из шлюх Сайласа. Я вошла в клуб, пропитанный светом неона и ароматами коктейлей с нелепыми названиями. Музыка отдавалась вибрацией в груди, будто сердце хотело танцевать, но я сюда пришла совсем не за этим. Я пришла… твою мать, я сама не знала зачем... На втором этаже, в вип-пространстве, в центре зала, как в эпицентре урагана, сидел он. Сайлас. В чёрной рубашке, небрежно расстёгнутой на пару пуговиц, с бокалом в руке и, конечно же, в окружении женщин. Он, как всегда, сиял: раздражающе уверенно, и так...красиво. Я задержалась в проходе, собираясь развернуться и сбежать отсюда в свою уютную комнату с книгами. Но он увидел меня. Поднялся и подошёл ко мне, хватая за руку. Улыбнулся он так, будто я опоздала на шоу, где была главной актрисой. — Парни, знакомьтесь! — прокричал он, подводя меня к столику с его друзьями, —это моя соседка, коллега, источник всех моих головных болей и душевных страданий. Мисс "Я сейчас тебе врежу, если не начнёшь работать". Его друзья заржали. Один из них — блондин с дьявольским взглядом и серёжкой в ухе, хищно ухмыльнулся, отпив из бокала. Меня чуть не стошнило. — Это та, которая от тебя бегает, как ты от корпоративной ответственности? - спросил всё тот же блондин. Я присела на край мягкого дивана, пытаясь расслабиться. — Она не бегает, — пожал плечами Сайлас, плюхаясь снова между двумя девушками и поднося бокал к губам, — она скользит, как налоговая мимо офисов. — Очаровательно, — процедила я, вглядываясь кму в глаза. Чего он пытался добиться? — я то думала, здесь собираются взрослые люди, а не стендап-клуб третьего сорта. — О, — Сайлас театрально схватился за сердце, — Вот она, моя сладкая боль. Т/и, ты сегодня в платье? Это что, попытка меня соблазнить или угроза? Почему-то сердце кольнуло какой-то странной болью. Это опять была игра? Пока я обдумывала ответ, блондинчик подсел рядом, не скрывая своего интереса ко мне, и протянул мне бокал с шампанским. — А ты, как всегда, в рубашке, — фыркнула я, — это всё, на что хватает фантазии вне совещаний? — Ты и правда та самая строгая начальница из соседнего отдела? Я представляла тебя иначе. – И как же? - я наигранно улыбнулась. Он хмыкнул и подался ближе. – Ну явно не так сексуально, - он подался ещё ближе к моему уху, так, чтобы слышала только я, - а у тебя, случаем, нет вакансии... для кого-нибудь подчинённого? Всё это время я не отводила вгляд от Сайласа, у которого глаза горели красным огнём ревности. – Что ты её спрашиваешь? - он явно был не доволен. – Есть ли у неё вакансии для новых подчиненных, - ответил блондинчик. Я нежно провела пальцем по гладко выбритому подбородку парня: – Даже не знаю, а ты готов мне подчиняться? Блондинчик уже обливался слюной и готов был гавкать ради меня. В то время как лицо Сайласа буквально потемнело от гнева. Он громко поставил бокал на стол. — У неё есть вакансия для одного, — вставил Сайлус, — в разделе "неприкасаемые". И то, если ты прошёл проверку на IQ выше комнатной температуры. — Ревнуешь? — резко повернулась я к нему. — что, если кто-то другой интересуется моей жизнью, ты сразу теряешь дар речи? — Я? Теряю дар речи? — Сайлас рассмеялся, — ты — моя любимая офисная головоломка. Я просто знаю, что тебе не нужны идиоты в костюмах, кроме тех, кто помогает тебе в Excel. Именно в этот момент блондин подался ещё ближе, чтобы шепнуть мне что-то на ухо. Его рука легла мне на ляжку, и стала медленно подниматься выше. — У тебя очень красивые глаза, Т/и, - он явно говорил про другие "глаза", - и, похоже, ты нуждаешься в настоящем отдыхе, а не в жалком сарказме — Убери свою руку, пока я не написала на тебя жалобу,— ответила я ему в ухо, не переставая улыбаться. Сайлас вдруг резко поднялся, не замечая двух девушек сзади него. — Джей, отвали. Она не для тебя, поверь. Ни по уровню, ни по стилю. И точно не по... содержанию. — Оу, прости, — Джей поднял руки, — я думал, ты свободен. — Я свободен, — сказал Сайлас, но голос у него сорвался на конце, — просто... не идиот, чтобы приставать к ней. Она настолько холодная, что ты с ней замерзнешь. Повисло молчание. Напряжённое и совершенно неприятное. Я поняла, что мне лучше сейчас покинуть эту компанию, иначе я разнесу тут абсолютно всё и всех. Я встала, злобно всматриваясь в глаза Сайласа. — Чтож вы оба прекрасно умеете выставлять меня бессердечным человеком. Спасибо. Это был безумно ценный вечер. Сайлас усмехнулся, но в голосе скользнула тень: — Ну а чего ты ожидала, Т/и? Романтических признаний под басы и запах дешёвых духов? — Я ожидала, что хотя бы раз ты не будешь вести себя, как придурок. Я отвернулась и пошла к выходу. Сердце билось в горле. Глаза... наполнялись слезами. Только не сейчас, Боже... На выходе меня встретил свежий воздух и шум улицы. И никакого Сайласа за спиной. Он не вышел. Он не побежал за мной. Хотя чего я вообще от него ожидала? Он просто остался там с бокалом дорогого шампанского, с друзьями, с дурацкой ухмылкой и с двумя курицами с надутыми губами. Я шла домой, вонзая каблуки в асфальт, будто в его самодовольную рожу. Если он думал, что я заплачу, то он ошибался...хотя, может, всего на пару слёз. Неделя. Ровно семь дней молчания. Ни одной колкости. Ни одного "остроумного" комментария в мой адрес. Только сухое "Привет" в лифте и избегающий взгляд, как у школьников после нелепого конфуза. Меня это бесило. А ещё больше — его виноватый вид. Этот взгляд побитого щенка, который по утрам зачем-то приносил мне мой любимый кофе… Который я принципиально выливала в ближайший офисный цветок. Он молчал. И я молчала. Мы оба ждали, кто первый сорвётся. Вечеринка по случаю ребрендинга была роскошной: стеклянный зал с панорамными окнами, свет, толпа сотрудников в нарядных костюмах. И наш проект, который был главной звездой вечера. До презентации оставались считанные секунды. Я вышла на сцену первой. Спокойная, уверенная, почти ледяная — как и полагается. Всё шло идеально, пока не появился он. Сайлас. И, конечно же, с каким-то идиотским ошейником, выглядывающим из-под расстёгнутой рубашки. Я чуть не задохнулась от смеха и злости одновременно. Под все непонятнливые взгляды прессы и гостей я подошла и застегнула его рубашку до самого горла не сказав ни слова. — Я заслужил, — прошептал он с той самой наглой полуулыбкой. Да. Заслужил и ещё в долгу. Позже мы оказались в одном такси. Нам всё равно нужно было на один адрес, хотя я не была уверена, что парень не будет тусить этой ночью. — Домой? — он поднял бровь, открывая дверь. — Если ты решишь лаять по дороге — я тебя высажу, — буркнула я, усаживаясь в машину. — Если укушу кого-нибудь, можешь дать по носу. Честно. Он уселся рядом и смотрел на меня с тем самым выражением: вроде бы шутит, но будто говорит что-то важное. — Так что это был за ошейник, а? Ты теперь корпоративный фетишист? Он помолчал и отвёл взгляд. — Это... мои извинения. Немое признание. Типа... типа я готов подчиняться. Я фыркнула, хотя в груди что-то сильно сдавило. Сложив руки на груди, я взглянула на него: он был отвернут и из-под рубашки виднелся чёрный ошейник. Мне до безумия хотелось прикоснуться к нему и потянуть на себя. Да уж... Кто из нас ещё фетешист. — Подчиняться? Да ты же не выдержишь и десяти секунд без словесной атаки и своих колкостей. Он наклонился ко мне ближе и прошептал на ухо, чтобы не услышал таксист: — Ну, если командовать будешь ты, может тогда я и справлюсь. Боже мой, как же он умел говорить так, чтобы слова звучали одновременно как флирт и как вызов. У меня пересохло в горле и казалось, что щеки пылают от выпитого алкоголя. Хотя я понимала, что всё это только от слов Сайласа. Такси остановилось. И мы спокойно прошли в лифт нашего дома, нажимая на кнопку этажа. Мой мозг как назло начал генерировать потрясающие картины близости с Сайласом. Тишина. Только отражения в зеркале. Я в платье, он с расстёгнутом воротом и с ошейником – знаком послушания. Мы стояли слишком близко. Слишком напряжённо. Как же мне хотелось поиграть с ним. — Знаешь, — начала я, прижавшись спиной к стенке кабины, — а может, тебя действительно стоит наказать. Он ухмыльнулся. и медленно подошёл ко мне напротив вплотную. — Плётка, приказы или… холодный игнор? — Последнее уже в процессе, — я приподняла голову, посмотрев ему в глаза, — но ты, кажется, просишь больше. Он томно взглянул на меня и куснул губу, будто волнуясь. — Только если ты накажешь меня лично. Я резко притянула его за ворот пиджака. Он не отстранился. Наоборот, будто ждал этого всё время. Мы секунду смотрели друг другу то в глаза, то на губы. И оба резко подались навстречу друг другу. Поцелуй был взрывом. Грубым и безумно голодным, с наэлектризованной злостью, что копилась неделями. Я не думала ни о чем, только ощущала: пальцы в его волосах, его рука на моей талии, наш ритм, сбившееся дыхание, и мои тихие стоны. Мы не услышали, как открылись двери лифта. Да и всё равно, потому что весь мир в тот момент существовал только в этой тесной железной коробке между этажами. Он отстранился чуть-чуть: — Скажи, это уже не наказание? — Это только предупреждение, — прошептала я, — в следующий раз я затяну ошейник покрепче. Он усмехнулся, всё ещё тяжело дыша. — Обещаешь? Я вышла первой из лифта и прошмыгнула к своей двери. Отворив её, я даже не заметила, как Сайлас прошёл следом. Дверь захлопнулась за моей спиной, и я повернулась. Сайлас стоял в прихожей, чуть растрёпанный, с тем же вызывающим взглядом, но уже без наглого смешка. В его взгляде теперь читала мольба. — Ну что, теперь ты отведёшь меня на поводке до ванной? — протянул он, медленно обходя меня, как будто мы вновь начали игру, где никто не хочет быть показать свою слабость. — Учитывая твои наклонности, думаю, ты бы только порадовался, — я хмыкнула и присела на спинку дивана, — но, увы, я слишком трезва. Он медленно подошёл ко мне, и я почувствовала, как тёплый воздух его дыхания коснулся моей кожи. — Интересно, как ты ухитряешься так меня раздражать… и всё же я оказался у тебя в квартире. Опять. — Видимо, карма решила наказать меня. Или, может, просто жалко тебя стало? Ты был похож на щенка в полотенце, без горячей воды и чувства такта. — Щенок? — он рассмеялся. — Вот ты и показала, кто тут настоящая хозяйка. Я шагнула к нему вплотную, упрек в голосе сменился на нежную злость: — Я скучала по этому. По тому, как ты доводишь меня до белого каления. Ещё по твоей дурацкой ухмылке и по тому, как ты притворяешься, будто тебе плевать на меня. Сайлас замер, взгляд стал серьёзнее. Потом он опустился на колени передо мной, медленно, с тем намерением, от которого у меня пересохло во рту. — А я скучал по тебе, — сказал он тихо. И, не сводя с меня глаз, поцеловал мою ляжку чуть выше колена. Его пальцы скользнули выше. Я сглотнула, когда он дотронулся до лямки моего нижнего белья, но он не решился снимать его. Он вновь взглянул на меня жалобным взглядом. – Скажи честно, - он говорил совсем тихо, чередуя слова с поцелуями, - тебе понравился Джей? Я затаила дыхание. Потому что его поцелуи переходили в слабые укусы и, запрокинув голову, я усмехнулась: – Так ты всё же ревновал? – Просто ответь, - он почти поднял платье до белья и укусил совсем близко к лобку. – Нет, придурок. Пальцы сами потянулись к тонкому поводку на его шее. Дёрнув за него и притянув Сайласа ближе, я наклонилась. — Если уж ты пришёл играть в подчинение, Сайлас… — я прошептала ему на ухо, — то ты выбрал не ту комнату, чтобы остаться в живых. Он посмотрел на меня снизу вверх, в его глазах горел тот самый огонь — ярость, страсть, дерзость, и желание — всё разом. – Господи, — выдохнул он. — Я всё ещё тебя ненавижу. — И я тебя, — ответила я. Он поднялся с колена, не отрываясь от моего взгляда. В его глазах уже не было насмешки, только вызов. Я стояла напротив него, пальцы всё ещё сжимали поводок на его шее. Шаг ближе, и мы снова слились в поцелуе. Глубоком, яростном, полном слов, которые мы не могли или не хотели произносить вслух. — Это худшая идея из всех возможных, — прошептала я сквозь поцелуи, стягивая с него рубашку. — Согласен. Прямо ужасная. Учитывая, как сильно я тебя ненавижу, — его руки скользнули под мое платье, а губы касались шеи, оставляя следы. Сайлас снова опустился на колени. — Как же ты умудряешься быть одновременно и невыносимым, и неотразимым? — я отступила на шаг и провела пальцем по его подбородку, приподняв его лицо вверх. Он поймал мой взгляд, его дыхание уже сбилось, но в глазах читалась только покорная дерзость. — Не знаю. Возможно, это моя сверхспособность. Или просто побочный эффект того, что я слишком много думаю о тебе, когда не должен. Я ехидно улыбнулась и поставила ступню на его плечо. Парень тут же нежно обхватил её и поцеловал. Осторожно, будто боясь, что я ему откажу, его поцелуи вновь косались моего тела: чуть выше колена, потом ещё выше. Он задернул платье, которое собралось у меня на талии, и медленно стянул с меня бельё. Откинув назад мое кружево, он прильнул к моей промежности, и я чуть не упала в обморок от такого наслаждения. Его язык сначала медленно дразнил меня. — Ты ведь знаешь, что я бы сделал для тебя всё, да? — тихо сказал он, вдыхая мой запах и продолжая работать языком, — даже если ты потом снова притворишься, что ненавидишь меня ещё больше. Я провела рукой по его волосам, придавливая его голову к себе. — А кто сказал, что я притворяюсь? - я буквально выдавила эти слова из себя, подавляя стоны. Я опиралась руками на спинку дивана, пытаясь не упасть на пол. Одна нога была закинута на спину Сайласа, а второй я прикладывала усилия, чтобы не свалиться. Он рассмеялся глухо, с придушенным желанием. И остановившись посмотрел на меня: – Я могу остановиться. – Только посмей. – Хочу услышать твои стоны, - он вновь прильнул ко мне с ещё большим усердием, просовывая язык глубже в меня. – Обой... дешь... ся, - я замычала, прикрывая рот тыльной стороной руки, но всё же не выдержала и сдавленно застонала, чуть отодвигая его от себя. — Не торопись. Если ты будешь хорошим мальчиком, я даже позволю тебе остаться на ночь. Сайлас встал с колен и, подхватив меня, обошёл диван, направившись к спальне. – Ты слишком самоуверен, - прошептала я, обхватывая его руками. – Это правда, я такой, - он кинул меня на кровать, - просто хочу остаться на ночь. – Надо будет очень хорошо постараться, даже не знаю, - я игриво смотрела на его обнажённый торс. — Тогда скажи, что мне делать, — его голос стал тише, но глубже, почти дрожащим. — Покажу, — шепнула я, и, не дожидаясь ответа, сняла с себя платье. В этот раз я была без лифа сверху. Сайлас прикрыл лицо ладонью: – Ты была на презентации без лифчика? Я на четвереньках приблизилась к нему и дотронулась пальцами до ремня. Было видно, как ткань на его брюках натянулась слишком сильно. – Да, а что? Просто пыталась тебя соблазнить. – Ты уже давно меня соблазнила... Оу, блять... Я взяла в рот его массивный член, пытаясь заглотить его полностью. Кинув взгляд на парня, я поняла, что делаю всё правильно. Ощутив на голове его руку, которая помогала мне сосать его член, я сжала его руку, показав, что он может схватить меня за волосы. Он так и сделал, слегка усмехнувшись. – Я понял, - он отстранился и схватил меня за шею, поднимая к себе, - ты такая нетерпеливая. Уже хочется снова сказать, что я делаю всё не так? Сайлус отпустил мою шею и я попятилась назад. Парень стянул с себя брюки и двинулся ко мне. – Просто хочу снова убедиться, что ты переоценен. – Да что ты? Тогда почему ты дрожишь от любого моего прикосновения? Сайлас снова дотронулся до моей ноги и провёл ладонью выше к моей талии. – Это кондиционер, - моё тело покрылось мурашками. – Ты не умеешь врать. Я вскинула бровь и снова потянула его за ошейник. – Просто замолчи. – Тогда попробуй заткнуть меня, - посмеялся парень. Я поцеловала его жадно, будто не хотела, чтобы это заканчивалось. – Просто... просто сделай уже это, - мне казалось, что я превратилась в большой пульсирующий узел. – Сделать что? - Сайлас облизал мою грудь, обхватывая её своими ладонями. – Сайлас... – О, а вот и стоны, которые ты называла кринжовыми. – Какая же ты... - я обхватила его ногами и перевернула его на спину, усевшись сверху, тут же вставив член в себя, - мразь. Начиная тут же набирать скорость, я уже совсем забыла об обещании не стонать при нем, но это просто казалось невозможным. – Чувствуешь себя королевой? - сдавленно спросил Сайлас, обхватывая мою талию и помогая мне насаживаться на его член. – Всегда, - чуть ли не плача от наслаждения, ответила я, - особенно, когда ты подо... мной... На секунду я потеряла бдительность, и парень перевернул меня на спину, причём не выходя из меня. Я вся сжалась. – Ваша корона съехала, миледи, - он продолжил входить в меня, сначала нежно, но после моего очередного поцелуя-укуса, понял, что может не сдерживаться. Он перевернул меня на живот, и я вновь встала на четвереньки, ощутив массивный член в себе. – О, Господи, - я сжала под собой простыни, и вся задрожала. – К сожалению, это только я, - Сайлас шлепнул меня по ягодице, - как же долго я этого ждал. – Смотри... не кончи... за секунду, - сквозь хлопки проблеяла я, понимая, что проигрываю ему. Моё тело не выдерживало: я действительно дрожала, пытаясь не стонать, но всё было тщетно. Он схватил меня за волосы и притянкл к себе, придерживая меня второй рукой и продолжая входить, но уже медленнее. – Всё ещё меня ненавидишь? – Да, - прохрипела я. Он отпустил меня и я вновь рухнула на простыни. Сайлас остановился и, пытаясь скрыть рваное дыхание, провёл рукой по моей спине. Я напряглась и начала сама двигаться ему навстречу, борясь с дрожью в коленях. – Быстрее, - прошептал парень. И я ускорилась. Быстрее, быстрее, но силы покидали меня, тогда парень уткнулсялблм мне в спину и начал входить грубо и глубоко, упираясь почти в стенку матки. – Стой, стой, стой... Прошу... я. Но он не останавливался. Он заблокировал мои запястья на спине и с жадностью начал вдалбливаться в мое тело, издавая тихие сдавленные стоны. Он отстранился, перевернул меня лицом к себе и снова вошёл. – Сайлас, умоляю, я... – Тихо, тихо, - он подхватил мои бёдра и начал набирать темп. Сильнее и сильнее. Я уже не понимала, что происходит и видела только его покрытый испариной торс и искусанную в кровь губу. Кажется, он боялся закончить всё слишком быстро, поэтому старался растянуть удовольствие. Я вскрикнула от удовольствия, но парень закрыл мой рот ладонью: – Тихо, если будешь так кричать, я остановлюсь, - он улыбнулся моему изнеможденому лицу, - а ты же этого не хочешь, да? Я кивнула, стараясь не издавать ни звука. Опять игра. – Сколько раз ты думала о том, как я тебя трахаю? – Ни разу. – Ложь, - с этими словами он вошёл глубоко, и я подавила в себе стон. Я увидела как он профессионально пускает нитку слюны прямо на свой член, добавляя смазки. – Я хочу угадать, - он укусил мою шею, - в лифте? В туалете бара? В офисе на столе? Или прямо на улице? – Извращенец, - я укусила его за губу и дёрнула поводок. – Скажи честно, - он вышел и потом снова зашёл сразу глубоко, будто выбивая из меня весь дух. И снова. Вышел полностью и зашёл до основания. – Где? - не прекращал он. – Везде, везде, твою мать. Я хотела тебя везде, - я обняла его и от стыда зажмурила глаза. – Отлично, - удовлетворительно ответил парень и продолжил быстро входить в меня. Его пальцы дотронулись до клитора, и я вся сжалась, пытаясь отстранить от себя эту секс-машину. Тело пробило электрическим током и, как только истома разлилась по моему телу, я почувствовала, как парень тянет меня на себя и просовывает мне в рот член. Его сперма разлилась прямо мне в горло и, я, пытаясь не закашлять, отстранилась от парня, но он вновь притянул меня к себе и заставил заглотить член, кажется, чтобы я выпила всё без остатка. Я жалобно заскулила. И когда он отстранил меня от себя, я без сил упала на кровать. Казалось, я вот-вот потеряю сознание: голова кружилась, всё мышцы тела болели и двигаться совсем не хотелось. Сайлас улёгся рядом, накрывая меня шёлковой простынью. – Умерла? Или просто не можешь поверить насколько я хорош? – Не льсти себе, - я всё ещё пыталась держать лицо, - было хорошо. – "Хорошо"? Пф... - он обидно насупился, - походу мне пора стать отшельником. Я укуталась в простыню и глянула на парня рядом. Что вообще это было? Какой-то бред. Я точно не могу в него влюбится. Но он такой... Он повернулся ко мне, и я увидела в его взгляде что-то особенное, что-то доброе и мягкое. – Надеюсь, ты не думаешь, что мы теперь будем встречаться, - с комом в горле произнесла я. Я хотела совершенно обратного. Но понимала, что Сайлас не создан для серьёзных отношений. – А почему нет? - улыбка спала с его лица. – Был прекрасный опыт, - я села на кровати, прикрываясь и глазами ища свою одежду на полу, - но мы оба понимаем, что это не повторится. Сайлас схватил меня за руку и развернул к себе: – Ты правда считаешь, что для меня это было лишь на один раз? - казалось, что он даже злился. Я сглотнула слезы. Голос задрожал от осознания, что я точно не пересплю опять с этим человеком. – А разве нет? - мы помолчали, - прости. Не могу конкурировать с твоими подружками из клубов. Я вырвалась из его хватки и начала собирать одежду, разбросанную на полу. По щеке кажется текли слезы. Ну вот, только не сейчас. Парень натянул штаны и продолжил злиться: – С каких это пор я ношу поводки ради девушек, к которымя ничего не чувствую, а!? – Без понятия, - я отвернулась, вытирая слезы и надеясь, что он этого не видит. Сайлас подбежал ко мне и развернул к себе. – Да я же серьёзно! Я... Я хочу тебя. Не только в постели. И, если ты не веришь, я могу это доказывать каждое утро, каждый день, каждый вечер. – Звучит так будто ты влюбился, - пробормотала я, стискивая свою блузку в руках и дрожа от его напора. – А если и так? - я увидела, как он вновь улыбнулся, - тебе придётся с этим жить. Я засмеялась и уткнулась головой в его грудь: – Надо было уехать в другую страну сразу же, как нас поставили работать в паре. – Уже слишком поздно, - он обнял меня и вдохнул аромат моих духов, - пионы...